Андрей Посняков – Око Тимура (страница 34)

– Я ж и его хотел забрать, да вот не удалось… Достали стрелою. Ничего, даст Бог, посчитаюсь еще с Феоктистом!

Раничев лишь недоверчиво скривился. Ага, посчитаешься, как же! Рыцарь удачи – профессия весьма прихотливая, и пиратское счастье – переменчиво, как настроение взбалмошной девицы. Нифонт откупорил второй кувшин и, выслушав сжатый рассказа Ивана – вполне лживый, конечно, но не без правдоподобности, – в свою очередь поведал, как мыкал горя в Кафе, вновь захваченной войсками Тимура-Кутлуга и Едигея.

– Едва и там не схватили, – поджал губы пират. – Преследовали как литовского послуха… пришлось покинуть этот негостеприимный город на первом же попавшемся судне – и сойти лишь в Александрии, хотел в Константинополе, но там слишком уж сурово проверяют корабельные списки – кто, да куда, да зачем? На что мне их глупые вопросы, тем более что в пути я близко сошелся с Акридием, шкипером. Этому парню давно уже надоело пахать на своего хозяина – прижимистого старикана Гвидо Ардженти. Нашлись у шкипера в Александрийском порту знакомые лихие ребята, ну а дальше уж нужно было просто-напросто выбрать приличный корабль и подходящий случай.

– Слушай, так ты, я смотрю, давно с Родины.

– Давно, – согласился Нифонт.

– Как там Лукьян, Авраамий?

– Да служат. Тебя все вспоминали, Авраам даже в княжий суд жаловался, просил помощи в твоих поисках. Олег Иваныч, князь, даже специальных людей собрал по твою пропавшую душу да по души убитых сватов и воеводы Панфила… Старшим Аксен назначен, боярина Колбяты Собакина сынок… Что-то медленно двигалось дело.

– Аксен? – с грустной усмешкой переспросил Раничев. – Ну ясно, что медленно…

Так, за беседами с Нифонтом, летело время. Три дня шебеку, носящую теперь гордое имя «Святая Инесса», мотало по волнам, то швыряя в поднебесье, то вновь кидая в покрытые злобной шипящей пеной зеленые водяные ямы. Зима – не лучшее время для навигации, но тут уж, как говорится, охота пуще неволи. Так, затянутый плотными тучами, остался по левому борту Кипр, а где-то впереди, на горизонте, замаячили белые стены Ираклиона – главного порта Крита. К радости весьма страдавшего от морской болезни Раничева, ветер постепенно стих, и изумрудно-лазурное море подставило солнцу плоские, чуть подернутые небольшой рябью спины успокоившихся волн.

Измученный и бледный Иван выбрался на палубу кормовой надстройки и наблюдал, как шкипер ловко орудует румпелем. Хотя дул небольшой ветер, но «Святая Инесса» рыскала, словно ищущий добычу волк. Судя по всему, Нифонт вовсе не собирался как можно быстрее оказаться в Сицилии. Похоже, ему было мало пленников и меди, хотелось чего-то еще… и разбойничья шебека озабоченно рыскала на перекрестье торговых путей. Хоть и не сезон, но… Бог милостив.

И в самом деле, Бог оказался милостив к рыцарям удачи – не прошло и пары часов, как вахтенный заметил на горизонте одинокий парус. Подбежав к бушприту, украшенному позолоченной мордой волка, Нифонт сделал стойку, словно вышколенный охотничий пес. Оживилась и команда. По знаку капитана пираты быстро опустили серые паруса, и шебека притаилась в засаде, сливаясь с серо-палевым ложем моря. Низкие борта не очень-то были видны издалека, лишь три тонкие мачты торчали средь волн. Все ждали, и даже Иван, против своей воли, чувствовал какой-то азарт, сродни тому, что бывает на псовой охоте. Вот-вот сейчас покажется дичь, рванут, заливаясь лаем, гончие, и пойдет потеха!

Корабль между тем приближался, уже стали видны белые треугольные паруса дау – небольшого арабского судна, маневренного и ходкого, с надежным корпусом из крепкого тикового дерева.

– Магометанин! – Шкипер растянул в улыбке обветренные губы. – Ну, помоги нам Пресвятая Дева!

Раничев стоял на корме рядом с ним, вполне хорошо представляя себе, что сейчас произойдет…

– Зеленую тряпку – на мачту! – распорядился Нифонт. – Всем приготовить оружие и затаиться.

Над передней мачтой – фоком – взвилось зеленое знамя, такое же, что и развевалось на корме быстро приближающегося арабского судна. Вот уже стали хорошо видны украшенные затейливой резьбою борта, капитан в белом тюрбане, свесившись через борт, что-то прокричал.

Нифонт – к тому времени водрузивший на голову чалму – ответил, и суда начал сближаться.

– Им знаком наш корабль, – обернувшись к Раничеву, подмигнул чернявый Акридий, шкипер, по национальности грек или сириец. – Встречались в Александрии. Магометанин спрашивает о здоровье капитана. Нифонт благодарит и приглашает в гости… Ага… Ну вот, теперь, похоже, пора!

Поплевав на руки, шкипер всем телом резко навалился на румпель. Судно дернулось, по команде Нифонта вспенили воду весла правого борта… и бушприт с маской волка, протаранив фальшборт, уткнулся в арабское судно, маленькое, куда меньше пиратской шебеки.

– А ну, ребятушки! – Бросив в море чалму, Нифонт вытащил из-за пояса широкую абордажную саблю. – С нами Бог и Святая дева!

Он первым перепрыгнул через борт дау, вонзив саблю в грудь попавшемуся на пути матросу. Арабы закричали, забегали по палубе, пытаясь отвернуть в сторону. Тщетно! На низкий борт мусульманского судна уже полетели, цепляясь, абордажные крючья.

Нападающих было не так много – севшие в Александрии люди шкипера плюс сорок гребцов… Тем не менее на корабле противника их оказалось еще меньше. С воплями, свистом и гнусной руганью пираты несколькими волнами бросились на добычу. Зазвенели сабли, и первые капли крови оросили чисто выскобленную палубу дау.

Раничев не принимал участия в атаке – исход скоротечного боя и так был ясен. Пираты имели явное преимущество в людях, да и решимости им было не занимать, а вот их противники… Они не очень-то и сопротивлялись, едва поняли, как глупо ошиблись. Арабский капитан что-то крикнул своим и, остановившись перед Нифонтом, протянул ему саблю.

– Разоружите всех, – с легким полупоклоном принимая трофей, распорядился пират. – Капитана и шкипера в мою каюту, остальных пленников в трюм… Кто это там истекает кровью? – Нифонт обернулся на одного из александрийцев, раненного копьем в живот. – Эй, Лука! Лука! М-да-а… Похоже, ему уже ничем не поможешь. Жаль, Лука хорошо умел управляться с парусом, лучше б на его месте оказался кто-нибудь из гребцов…

Связывая пленным морякам руки, абордажная команда пиратов препровождала их на узкую палубу шебеки. Иван с любопытством и жалостью рассматривал смуглолицых людей в белых одеждах, понуро спускающихся в черный зев трюма. Впрочем, кое-кто из пленников, похоже, был даже рад такому обороту событий. Ведь могло быть и хуже, прикажи капитан сражаться и умереть во славу Аллаха!

– Магометанин не владелец судна, просто наемник. – После допроса пленных, потягиваясь, поднялся на палубу Нифонт. – Потому и счел за лучшее не рисковать жизнью команды. И правильно, по-моему… Ума не приложу, что делать с их кораблем?

– Так разве плохо вместо одного судна иметь два? – вопросом на вопрос ответил Раничев. – В крайнем случае трофей всегда можно продать, и даже с выгодой. Что там у него за груз?

– Верблюжья шерсть. – Нифонт задумчиво посмотрел в небо. – Предлагаешь продать корабль? Ну-ну… А ты подумал, кто его будет вести? Управление парусами – сложная штука, этому учатся далеко не сразу. У нас таких всего восемь человек, за минусом убитого Луки. Остальные гребцы – шиурма. Да, они смелые парни, но что толку в их смелости, когда надобно умение? А его-то и нет. Некого мне поставить на чужой корабль, некого! И – это не лодка, чтобы тащить его за кормой на веревке. Что делать, придется топить, перегрузив часть груза на «Святую Инессу»…

Нифонт поежился под внезапным порывом ветра. На фок-мачте шебеки все так же развевалось зеленое исламское знамя – еще не успели снять.

– Капитан, – оставив румпель подбежавшему матросу из александрийцев, к борту, где стояли Иван с Нифонтом, подошел кормчий и, отчаянно жестикулируя, начал что-то быстро говорить по-итальянски, время от времени кивая на трофейное дау и показывая руками куда-то на юг, за линию горизонта. Бритое лицо пиратского капитана, вначале выражавшее скепсис, постепенно светлело; видно, Акридий предлагал вполне стоящее дело. Стоящее и, по-видимому, опасное…

– Магометанин из Эль-Кайисы, селения на берегу, – когда кормчий отошел, поведал Раничеву Нифонт. – Кораблик их там хорошо знают… Ничего не заподозрят, если войдем в гавань… Ну а дальше – как Бог даст! Акридий говорит – в подобных местечках можно вполне безбоязненно захватить приличное количество пленных.

– Куда вам еще пленные? – не выдержав, возмутился Иван. Его не очень-то прельщала кровавая перспектива пиратского рейда. – По-моему, уже всего достаточно и нужно скорее идти в Сицилию, пока не наткнулись на арабские суда.

– Здесь нет регулярного флота, – засмеялся Нифонт. – Особенно – в это время года. Одни авантюристы, типа нас и вот этого мавра, на свою голову решившего немного поправить свои пошатнувшиеся дела… А рабы – везде рабы. Мне нужно чем-то рассчитываться с командой и нанять в Палермо опытных моряков, а это тоже стоит денег. Рабы – это деньги, а денег много не бывает. Да – риск! Но не такой уж большой, к тому же – нужно ловить удачу!

Иван махнул рукой:

– Делай, как знаешь.

Часть команды – несколько «александрийцев» для управления парусами дау и «охочие» люди из числа гребцов – перебралась на трофейное судно. Капитан Нифонт решил лично возглавить операцию, позвал с собой и Ивана. Раничев хотел было отказаться – стать непосредственным участником пиратского рейда? Вот уж увольте! Но потом, немного поразмыслив, согласился – в конце концов, ведь эта самая Эль-Кайиса лежит на побережье Ифрикии, как арабы называли Тунис, так, может, там и повезет узнать что-либо о «Детях Ваала»?