Андрей Посняков – Дикое солнце (страница 26)
Девчонка расслабленно растянулоась на солому.
Выйдя на улицу, юношасразу же съежился – не дождь уже шел, а целый ливень! Льющиеся с черного неба потоки с шумом низвергались на землю. Под ногами хлюпало, а с крыши вода текла водопадом. Молодой человек быстро отскочил в сторону, оглянулся и зашагал к близлежащей сосне. Освободив организм от излишка жидкости, он повернулся к хижине, нагнулся, и выругался, зацепившись амулетом за колючие ветки. Амулет был тот самый – золотой череп с клыками, колдовской символ древней вымершей расы. Эл протянуло к нему руку, поднес к глазам…
И внезапно не увидел хижины! Вот она эе была… напротив! А сейчас… Лес – вот он, тут же поляна, и дождь, а вот хижина… Вместо охотничьего домишка торчал какой-то уродливый пень!
Юноша обескуражено помотал головой. Может быть, избушку просто напросто не видно в темноте за деревьями?
Повесив амулет обратно на шею, Эл выбрался на поляну и облегченно перевел дух. Ну, вот она, хижина! Стоит, как ни в чем не бывало. Добротная, аккуратная, словно с картинки.
Хмыкнув, Элнар распахнул дверь. Внутри хижины по-прежнему было тепло, уютно и сухо, в очаге ярко светились угли, пахло варевом и свежей соломой. Стащив через голову вымокшую насквозь рубаху, юноша разложил ее у очага – сохнуть. Оглянувшись на спящую девушку… улегся, растянулся на лавке, солома оказалась мягкой, вовсе даже и не колючей, Эл улыбнулся, подложил под голову руки, прислушался к шуму дождя. Все же, им повезло сегодня с ночлегом, вряд ли в шалаше было бы уютней и лучше. Да что там говорить! Элнар даже зябко передернул плечами, представив, как, вместе с Ами-Гури, ворочается в сыром шалаше. Нет, все же, изба, есть изба… Лишь бы охотники не вернулись, впрочем, Ами-Гури говорит, что…
Он и сам не заметил, как заснул. Спокойно, без сновидений, правда, где-то глубоко в мозгу зудело, словно надоевший комар, беспокоило что-то. Словно бы пыталось дозваться. Элнар даже проснулся посреди ночи от этого непонятного чувства. Ощущение было такое, будто бы он проглядел что-то, что-то очень важное, лежащее на виду.
Что за дела?
Юноша перевернулся на другой бок, зашуршал соломой – не спалось. Осторожно, чтобы не разбудить Ами-Гури, взял в углу полено, положил на угли. Вспыхнуло желтое пламя, потянулись по стенам дрожащие черные тени. Эл снова вытянулся на лавке, глядя, как идущий от очага дым медленно утекает в волоковые оконца.
Дым… Нет, он вовсе не ел глаза, скапливаясь высоко под крышей, а вот… вот что-то странное показалось вдруг во всей обстановке избушки. Вроде бы, все, как и должно быть – лавки, очаг, стены. Но, все равно, что-то не так, неправильно что-то.
Молодой человек уселся, обхватив голову руками. Внезапно возникшее ощущение неправильности происходящего не проходило, наоборот, усилилось. Интересно, с чего бы? Что? Что в этой хижине было не так? Юноша снова посмотрел на дым… и задумчиво покусал губы.
Бревенчатые стены, стропила, толстые доски крыши были чистыми. Обычное светловато-желтое дерево. Но, ведь от очага шел дым. Всегда шел: когда готовили, разжигали, топили… Значит стропила и стены должны быть покрыты копотью! Просто обязаны. Черными должны быть, вот в чем дело! Если этой избушкой пользуются охотники – а, судя по всему, они ей пользуются, и довольно часто, иначе незачем было бы и строить – тогда и стены у волоковых окон, и стропила, и крыша – все должно быть черным-черно. А ничего подобного не было! Словно бы очаг здесь никогда и не разжигали. Странно, очень странно.
Элнар еще раз внимательно обвел глазами внутреннее убранство избушки. Вроде бы, на первый взгляд, ничего необычного. Но, если внимательно присмотреться… Лавки – тщательно обструганные, геометрически правильные, с четкими линиями краев – словно бы под копирку сделанные, не бывает таких в обычных охотничьих заимках. Очаг… Вернее, камни – стопроцентно круглые, одинаковые все, этакие теннисные мячики, таких и в природе-то не бывает… Не бывает такого в природе! И бревна уж слишком круглые, ровные, одинаковые. Слишком здесь аккуратно все, слишком!
Почувствовав необъяснимую тревогу, Эл быстро разбудил подружку.
– Что такое? – сонно поинтересовалась та. – Уже утро? Уже пора идти?
– Да, пожалуй, пойдем! – парень произнес нарочито бодро. – Я так, к примеру, давно уже выспался и…
Он не успел закончить фразу, почувствовав, как кто-то сильно ударил его под колено. Оглянулся, и, не поверив своим глазам, в ужасе отпрыгнул прочь! Лавка! Хищно изогнувшись, она явно хотела еще раз ударить незванного гостя.
Стоящий очага стол вдруг ощетинился гибкой лозою, потянувшейся к Элу и девушке, спутывая по рукам и ногам.
Выхватив нож, Элнар рубанул по лозе и тянущимся откуда-то сверху веткам. Хижина затряслась, все вокруг зашаталось, завыло, расползлось, принимая причудливые формы. И отовсюду – со стен, со стропил, от двери – потянулись к путникам хищные ветки.
– Ай! – отбиваясь от наползающих веток, вскрикнула Ами-Гури. – Они кусаются!
– Кусаются? – Элнар яростно отмахивался ножом. – Да, похоже, этот домик хочет нами поужинать. Скорее! Скорее, прочь! К черту!
Выбраться наружу, однако, оказалось не так-то легко! Дом яростно упирался, не желая расставаться с добычей. Веток становилось все больше, вертясь волчком Элнар ощущал, как они больно царапали спину.
– Дверь!
Вырвавшись из оплетающих зарослей, юноша кинулся к выходу, разламывая ветки. Изба затряслась, завыла.
– Пригнись! – внезапно закричала девчонка.
Эл едва успел втянуть голову в плечи – пролетевший мимо него камень с силой ударил в дверь. Второй ушиб плечо. Молодой человек не на шутку разозлился… Этот поганый домишко оказался сильным соперником! Что-то нужно было срочно придумать, иначе…
Юноша быстро пригнулся – два просвистевших над самой головой камня шмякнулись в стену. Интересно, сколько их в очаге? В очаге… Очаг!
Поднырнув под качающиеся ветви, Элнар на животе проскользнул по полу – не очень-то приятно прокатится так голым пузом! – и, обжигая руки, выдернул догорающее полено. Тут же ткнул им в гущу ветвей, не обращая внимания на боль, вой и грохот. Запахло паленым, хижина словно бы съежилась изнутри, пытаясь сбить ветвями начинающийся пожар.
Ага! Не нравится?
Да уж, с огнем ты малость перемудрила, поганая избенка! Хотела создать максимум уюта, чтоб расслабились, чтоб не ушли. А теперь – вот тебе! Обмотав мокрой рубахой руки, Эл расшвырял по углам все, вытащенные из очага, угли, и бросился к двери, где его верная спутница уже успела проделать изрядную щель, осталось лишь чуть-чуть помочь.
Элнар взмахнул ножом, потом передал клинок девушке, сам же что есть силы дернул за край двери! Поддалась! Хоть чуть-чуть, но… А вот уже – и не чуть-чуть… Вот уже и достаточно места, чтобы пролезть, протиснуться… А пожар разгорался и густой сизый дым ел глаза, вызывая слезы. Только бы не задохнуться, не потерять сознание, только бы успеть!
– А ну, давай, Ами!
Буквально выпихнув подружку наружу, юноша бросился следом, царапая в кровь спину и грудь. Из последних сил, домишко, злобно завыв, попытался ухватить жертву в дверном проеме – Эл почувствовал, как едва не хрустнули ребра. Дернулся, обрывая опутавшие ноги ветки. Выпрыгнул, вылетел, словно пробка, упал!
Вокруг угрюмился темный ночной лес, корявые вершины деревьев царапали низкое, затянутое тучами небо. Шел дождь, настоящий ливень. Такой приятный, прохладный, родной!
Выбежав на поляну, Элнар с удовольствием подставил потокам воды исцарапанное разгоряченное тело. Встав рядом, Ами-Гури посмотрела на хитжину с удивлением и страхом. То ли от взгляда ее, то ли от каких-то своих причрн, избушка неожиданно съежилась, втянула в себя крыльцо и крышу, превратившись в огромный безобразный пень, еще дымившийся от пожара.
– Ну и дела, – юноша удивленно присвистнул. – Ты когда-нибудь слышала о таком чуде?
– Слышала, – подойдя ближе, кивнула девчонка. – Но не думала, что когда-нибудь увижу. Это ардан – лесной морок. Говорили, такие давно вымерли.
– Про зилонгов тоже что-то такое несли. А они – вот они, живы и здоровехоньки.
– Что это за амулет у тебя на шее? – сузив глаза, неожиданно поинтересовалась Ами-Гури.
– Да так, – юноша отмахнулся. – Прикупил еще в Альбеззе, на рынке.
Элнар почему-то не хотел рассказывать спутнице о дупле и черепах давно исчезнувшей расы. Почему не хотел – не знал и сам, не хотел – и все тут.
– А, – пожала плечами девчонка. – Так это просто украшение.
– Сказали, что очень полезная, волшебная вещь!
– Волшебные вещи не продают на рынках.
«Много ты знаешь!» – хотел было ответить Элнар, но промолчал. В последнее время его что-то стали терзать смутные сомнения относительно способностей и знаний Ами-Гури. По лесу рыскала – не поймешь как, такое впечатление, что шли вообще наугад, морока этого, гада лесного, не распознала – ну, блин, и проводничок! Как говаривал еще в интернате незабвенный завхоз – «Иван Сусанин». Вот вдеь черт… Скорей бы уж дойти до Мертвых земель, право слово.
Молодой человек искоса взглянул на девушку – та стояла, подставив лицо тяжелым налитым каплям. Похоже, ей очень нравился дождь и вообще – вода, сырость.