Андрей Посняков – Черная звезда (страница 17)
Приятели помчались по ночному лесу так быстро, как Жека никогда в жизни не бегал. Под ногами погони глухо трещал валежник. Возглавляемые обозлённым Рогойо преследователи обходили беглецов слева, прижимая их к космодрому. Всегдашнее чутьё на этот раз изменило Тогинаро: он слишком поздно догадался об этом. Слишком поздно… Когда беглецы попытались выйти к чёрному валуну, они сразу же нарвались на массированный обстрел.
– Засада! – в отчаяньи закричал Тогинаро, – Вперёд, только вперёд!
Беглецы неслись вперёд, не зная, куда. Позади и слева от них слышался топот и хруст. Иногда трещали выстрелы. Когда выстрелы зазвучали прямо впереди, Тогинаро резко остановился, так, что Жека с разбега налетел на него, чуть не сбив с ног.
– Всё, Женио, – охотник решительн сжал губы. – Будем прорываться?
Жека лишь кивнул в ответ. Оба чувствовали, что вряд ли выберутся из этой переделки живыми.
– Рад был познакомиться, – неожиданно улыбнулся дьяблос.
– Взаимно! – парнишка хлопнул его по плечу и расхохотался, – Ну, что, вперёд? Впрочем, теперь, по-моему, уже всё равно – куда… Хотя! Господи! – он стукнул себя по лбу, – Есть одна надежда, Тогинаро, – Жека взволнованно взглянул на приятеля, – Там, на космодроме, уж слишком знакомый корабль. Я, правда, не знаю, что он тут делает… вероятно, промышляет контрабандой. Но, это – переделанный крейсер. А таких только два, и оба наши, «Каллипсо» и «Андромеда», о других подобных я бы слышал, поверь.
– Меньше слов! – Тогинаро напряжённо обернулся, – Короче, что ты предлагаешь?
– Бежим обратно на космодром! К тому дальнему кораблю, что недавно сел.
– К кораблю, так к кораблю, – покладисто согласился молодой охотник, – Нам с тобой без разницы. К тому же, ты говоришь, есть надежда. Ну, побежали тогда.
Беглецы ворвались на посадочную полосу под аккомпанемент выстрелов и гулкий топот погони. До крейсера, казалось, осталось совсем немного, чуть-чуть, какие-то полверсты. Но эти полверсты надо было пробежать по абсолютно гладкой площадке!
– Петляем, – крикнул на бегу Тогинаро, – Надеюсь, они не очень хорошие стрелки…
Словно попавшие в облаву зайцы, беглецы зигзагами неслись к звездолёту. Выстрелы неожиданно прекратились, видно преследователи решили взять свои жертвы живьём. Это было на руку ребятам – желанная цель была уже достаточно близка.
Каких-нибудь сто метров…
Пятьдесят…
Тридцать…
А погоня всё ближе! Уже отчётливо слышны визгливые вопли Рогойо!
Пятнадцать…
Десять…
С корабля – это всё-таки оказалась «Андромеда» – гостеприимно спустили пандус.
Пять метров… Три…
Ура-а-а!
Они все-таки успели!
Тяжело дыша, беглецы вбежали на борт межзвёздного крейсера. Их преследователи нерешительно остановились у входа.
Теперь уже первым бежал кадет Лейкин. Прямо по коридору, направо… странно, что никого нет… вот и капитанский мостик!
Мягкий искусственный свет. Зеленоватые огни мониторов. Полупустая рубка. На входе – улыбающаяся физиономия капрала Арнольда Шапса!
Боже, как обрадовался ему Жека! Казалось, не было у него человека роднее и ближе! В кресле первого пилота развалился капитан «Андромеды» штаб-майор Гуго Шрайдер. Бритый наголо, лощёный, надменный. Он тоже улыбался.
Беглецы остановились посередине рубки. Кроме Шрайдера и Шапса, там находился ещё один офицер в сером плаще. Он сидел спиной к Жеке, повернувшись к терминалам корабельного компьютера…
Жека и Тогинаро переглянулись. Кажется, на этот раз им повезло!
– Очень рад вас видеть, мой дорогой господин Лейкин, – сладким голосом произнёс капитан Шрайдер, а Шапс улыбнулся ещё шире.
Холодные глаза Шрайдера внезапно прищурились. Капитан смотрел куда-то позади ребят. Лейкин оглянулся – в рубку несмело входил… Рогойо!
Один! Без стражи!
– Что, снова упустили дичь, Рогойо? – тонкие губы капитана искривила нехорошая усмешка, – Поделом вам, упустили, так упустили. У нас на неё найдутся и другие охотники, – Шрайдер обернулся к незнакомому офицеру.
– Верно, любезнейший дон Карадоньо? – произнёс он по-староиспански.
Офицер в сером плаще поднялся со своего кресла и Жека с ужасом узнал в нём главу страшной Коронной Палаты Дутара!
Беглецы не успели опомниться, как оказались скованными наручниками из тонкого металла.
– В трюм! Обоих! – коротко приказал Шрайдер появившимся словно из ниоткуда солдатам.
Капрал Шапс не удержался и больно ткнул Женьку в бок.
– Теперь посчитаемся, Лейкин, – всё так же улыбаясь, шепнул он, – И за столовую, и вообще…
Он вдруг хватанул пленника кулаком в грудь. Выпавший из-за пазухи кадета портрет в коричневой рамки ударился об пол. Шапс немедленно поднял его подобострастно протянул Щрайдеру.
– Нашёл, значит… – загадочно усмехнулся тот, – Что ж, тем хуже для него.
Вместительный трюм «Андромеды» был переполнен людьми, в большинстве – подростками. Скованные попарно, они молча лежали на узких пластиковых нарах, мимо которых прохаживались звероподобные охранники, вооружённые станнерами и резиновыми палками. Разговаривать строго запрещалось. Жека узнал это сразу же, как только попытался расспросить кое о чём соседа – молчаливого белобрысого пацана лет двенадцати. Палка охранника со свистом опустилась на его спину! Закричав от боли, кадет упал, как подкошенный. Он уже догадался, сообразил, в чем тут дело! Судно работорговцев – вот что на самом деле представлял из себя учебный корабль «Андромеда», команда которого состояла из отъявленных мерзавцев, завербованных Шрайдером на самых гнусных планетах Галактики. Один только капрал Шапс был из более-менее приличного места… Впрочем, о моральном облике капрала лучше было бы помолчать.
Работорговцы! Вот, значит, зачем им нужны были координаты планеты Эль Койот. Всё правильно – затерянный на задворках Вселенной мир, аграрное общество, лишённое средств межзвёздной связи – всё способствовало превращению планеты в тайную базу торговцев людьми. Вот почему, скорее всего, погибли родители Жеки! Наверняка, потому, что узнали страшную тайну этой планеты… Но, кто виновен в их гибели? А ведь Шрайдер что-то пробормотал, увидев их портрет. Нет, вряд ли он мог тогда здесь находится, ведь координаты планеты он узнал не так и давно, от некоего Хайдера Гуэрри с планеты Снежок.
«Андромеда» – работорговый корабль! Уму непостижимо! А Женька так стремился к нему, надеясь на помощь… Помогли, блин… Только зря подставил Тогинаро. Мог бы ведь и вспомнить, что когда-то именно бот с «Андромеды» чуть было не уничтожил самого Жеку (и не только его) ещё на Орсе… интересно только – почему? Чем таким могли им тогда помешать ничего не подозревающие кадеты и две девчонки, Рея и Сильвия – кандидатки в студентки учебных заведений Сириуса и окрестностей (или – где-то ещё, чёрт их знает). Как они спешили тогда на тот грузовик, Рея (или Сильвия) то и дело посматривала на часы… модные, красивые, с сиреневым циферблатом в виде лилии, как у знаменитой актрисы Баль Сайуры с Марса…
Боже! Женкьа вздрогнул. Точно такие же часы болтались на шее у первого представителя народа болотных дьяблос! И он сказал, что купил их на рынке в Дутаре! Что это? Простое совпадение? Скорее всего… По крайней мере, кадет очень на это надеялся…
Работорговцы… Однако, чем привелкателен рынок рабов на этой осталой планете, расположенной, как говаривали в старину, у черта на куличках? Вообще, даже продав всех вот этих невольников, что сидели сейчас в груовом трюме, вряд ли окупишь межзвездное топливо!..
Так, а цистерны у полосы? Их слишком много для обычной дозаправки. Не-ет, здесь не только торговля рабами. Кто-то ворует и перепродает топливо! И это дело поставлено с размахом! Да еще артефакты, черные археологи – вполне себе прибылный бизнес. В общем, пользуясь отдаленным положенеим планет, каждый промышляет во что горазд.
Напряжённую тишину трюма прорезал резкий дребезжащий звук. Рабы зашевелились, загремели цепями – двое надсмотрщиков принесли ужин в большом пластиковом котле. Обычный сухой паёк из хлореллы. Довольно мерзкая, надо сказать, пища. Правда, очень калорийная, хоть и не вкусная. Впрочем, другой и не предлагали.
Через силу проглатывая зеленоватую желеобразную массу, Жека с грустью вспоминал о вкуснейших болотных змеях. Как здорово их готовил Тогинаро! Пальчики оближешь!
В трюме было прохладно, если не сказать – холодно, видимо, экономили энергию. После ужина был объявлен отбой. Кое-как уместившись на нарах, Женька забылся тяжёлым тревожным сном, тесно прижавшись к Тогинаро.
Утром пленников разбудили рано. Невыспавшиеся охранники хмуро подгоняли рабов увесистыми пинками, а особо нерасторопных от души лупили палками. Женьке снова досталось – уж слишком медленно, по мнению охранника, он протирал глаза.
Построенных в колонну по два пленников вывели из трюма и вывели на улицу через вспомогательный шлюз, узкий и грязный. Местное солнце ещё не показалось из-за далёких гор, лишь его первые лучи золотили синие вершины высоких корабельных сосен. Дул верховой ветер, шумел еле слышно кронами деревьев, нёс по гладкой поверхности космодрома обрывки бумаг, пластиковые пакеты и прочий мусор. Кадет покрутил головой и замер, поражённый увиденным: прямо на посадочной полосе, чуть ближе к западной части поля, возвышалось огромное шапито, удерживаемое мощными тросами. Ярко-жёлтые строительные роботы деловито ползали по металлическим фермам перекрытий, заканчивая монтаж крыши. Со всех сторон космодрома возвышались сумрачные громады звездолётов. И от каждого… ну, почти от каждого… тянулась в направлении шапито тоненькая вереница рабов!