Андрей Попов – Три часа ночи - час демонов (страница 1)

Андрей Попов

Три часа ночи - час демонов

Глава 1. Почему именно 3:00

Отец Алексей сидел в своем кабинете при церкви. За окном темнота. На столе горела лампа, отбрасывая теплый свет на старые книги и записи. Он перелистывал журнал, куда записывал случаи, с которыми сталкивался за двадцать лет служения.

— Знаете, — начал он, глядя поверх очков, — когда меня только рукоположили, я думал, что демонология — это средневековые суеверия. Что люди просто больны, нуждаются в психиатре, а не в священнике.

Он усмехнулся горько.

— Потом начались случаи. И я понял — есть вещи, которым наука не даст объяснения. Не потому что она слаба. А потому что это за пределами ее компетенции.

Он открыл журнал на закладке.

— Первое, что я заметил, работая с одержимыми и теми, на ком лежат тяжелые проклятия — они все просыпаются в одно время. Три часа ночи. Плюс-минус несколько минут. Но чаще всего ровно в три ноль-ноль.

Библейская версия: противоположность Троице

Отец Алексей встал, подошел к книжному шкафу. Достал потрепанную Библию.

— Христос умер на кресте в три часа дня. «В девятом часу» по иудейскому счету времени. Это момент величайшей жертвы. Момент, когда свет победил тьму. Когда Бог отдал Сына ради спасения человечества.

Он вернулся к столу, положил Библию перед собой.

— Три часа дня — час Божественной Троицы. Отец, Сын и Святой Дух. Единство. Любовь. Свет.

Пауза.

— А три часа ночи — это насмешка. Противоположность. Антитроица. Демоны издеваются над святым. Они выбирают этот час специально. Чтобы показать — мы здесь. Мы сильны. Мы против Бога.

Отец Алексей закрыл глаза, будто вспоминая что-то тяжелое.

— В этот час демоны наиболее активны. Не просто активны — они торжествуют. Считают этот час своим. Временем, когда могут действовать почти беспрепятственно.

Что говорят экзорцисты о 3 часах ночи

— Я общался с экзорцистами из разных стран, — продолжил отец Алексей. — Католиками, православными, даже с теми, кто работает в других традициях. И все в один голос говорят одно и то же.

Он достал папку с письмами.

— Вот отец Габриэль из Рима. Он пишет: «В моей практике каждый случай настоящей одержимости начинался с того, что человек просыпался в три часа ночи. Сначала редко. Потом каждую ночь. А затем начинались явления».

Следующее письмо.

— Отец Иоанн из Афона. Цитирую: «Три часа ночи — это когда граница между нашим миром и преисподней истончается до толщины паутины. Демоны проходят легко. Особенно если их призвали. Или если человек открыт для них через грех, проклятие или порчу».

Еще одно письмо.

— Патер Томас из Америки. Он специализируется на домах с полтергейстом. Пишет: «Активность всегда усиливается между тремя и четырьмя часами ночи. Предметы летают. Слышны голоса. Появляются сущности. Это не совпадение. Это закономерность, которую я наблюдал в сотнях случаев».

Отец Алексей отложил письма.

— Все экзорцисты сходятся в одном. Три часа ночи — это час демонов. Не метафорически. Буквально. Это время, когда их сила максимальна в нашем мире.

История Джеймса: его 15 ночей ужаса, начавшихся в 3:00

Отец Алексей налил себе воды из графина. Сделал глоток. Начал рассказывать.

— К нам в церковь пришел мужчина. Джеймс. Американец, работал в Москве по контракту. Сорок два года. Внешне нормальный, здоровый человек.

Но глаза... В них был такой ужас, что мне стало не по себе.

Он сел напротив меня. Руки тряслись. Говорил тихо, прерывисто.

«Отец, я схожу с ума. Или на меня напало что-то. Я не знаю. Но мне нужна помощь. Срочно.»

Я попросил рассказать с самого начала.

Джеймс, от первого лица:

Все началось пятнадцать дней назад. Совершенно внезапно.

Я проснулся. Резко. Будто кто-то толкнул меня. Посмотрел на часы — 3:00. Ровно.

Комната была темная. Я лежал и чувствовал — что-то не так. В воздухе была тяжесть. Будто перед грозой. Но тяжелее. Плотнее.

И холод. Хотя батареи работали, было октябрь, в квартире тепло. Но я замерз. Будто лежу на льду.

Я попытался пошевелиться — не смог. Тело не слушалось. Паралич сна, подумал я. Такое бывает. Надо успокоиться, расслабиться, пройдет.

Но не проходило.

А потом я услышал дыхание.

Не свое. Чужое. Тяжелое. Хриплое. Где-то рядом с кроватью.

Кто-то стоял в темноте. Дышал. Смотрел на меня.

Я хотел закричать — голос не шел. Хотел включить свет — руки не двигались.

Лежал и слушал это дыхание. Минуту. Две. Пять.

А потом оно прекратилось. Внезапно. И я смог пошевелиться.

Вскочил. Включил все лампы. Обыскал квартиру. Никого.

Подумал — привиделось. Кошмар. Паническая атака.

Лег спать. С трудом уснул под утро.

Следующей ночью — то же самое. Проснулся в 3:00. Ровно. Холод. Тяжесть. Паралич. Дыхание.

Но на этот раз я видел.

В углу комнаты стояла тень. Человекообразная. Но не человек. Слишком высокая. Слишком темная. Темнее тьмы, если это возможно.

Она стояла и смотрела на меня. Я чувствовал взгляд. Хотя не видел глаз.

Это длилось дольше, чем в первый раз. Может, десять минут. Может, полчаса. Я не знаю. Время будто остановилось.

А потом тень начала двигаться. К кровати. Медленно. Скользя по полу без шагов.

Я попытался молиться. Не знал слов. Не верил в Бога. Но пытался. Что-то бормотал. «Господи, помоги. Отойди от меня. Уйди.»

Тень остановилась. Замерла. И исчезла. Просто растворилась.

Я снова мог двигаться.

Больше в ту ночь не спал.

Третья ночь. Я лег в одежде. С включенным светом. С телефоном в руке, готовый позвонить в полицию, хотя понимал — они мне не помогут.

3:00. Проснулся. Свет погас. Сам. Хотя электричество не отключалось — индикатор на зарядке телефона горел.

Темнота. Холод. Тяжесть.

И голос.

Чужой. Низкий. Гортанный. Говорил на языке, которого я не знал. Но каким-то образом понимал.