Андрей Попов – Попала в чистилище. Врата через которые проходят все (страница 19)

Материал врат был непонятным. Не камень. Не металл. Что-то среднее. Поверхность переливалась. То становилась прозрачной, и сквозь нее проглядывал свет. То темнела, становилась почти черной.

Мария подошла ближе. Протянула руку. Коснулась поверхности.

Теплая. Живая. Под пальцами чувствовалась пульсация. Как будто врата дышали.

— Удивительно, правда? — сказал голос рядом.

Мария обернулась. Проводник. Старый. Не по виду — здесь не было возраста. По ощущению. От него исходила мудрость веков.

— Да, — кивнула Мария. — Каждый раз смотрю и не перестаю удивляться.

— Я здесь уже много столетий. И все еще нахожу новые детали.

Мария присмотрелась. Действительно. На поверхности врат были узоры. Тонкие. Едва заметные. Они складывались в рисунки. Лица. Фигуры. Сцены.

— Что это? — спросила она.

— Истории. Каждой души, что прошла здесь. Врата запоминают всех.

Мария ахнула. Значит, здесь, на этой поверхности, есть и ее история? И история Ольги? И миллионов других?

Она начала всматриваться. Искала знакомые черты. Но узоры менялись. Плыли. Как вода. Уловить конкретное лицо было невозможно.

— Не пытайся, — усмехнулся старый проводник. — Врата показывают, когда считают нужным. Не раньше.

Мария отступила. Посмотрела на врата целиком.

— Кто их создал?

Старик пожал плечами.

— Никто не знает точно. Говорят, они были всегда. Еще до первого человека. Говорят, их создал сам Бог. Или они — часть Его. Или они и есть Он. В каком-то смысле.

Мария задумалась. Бог как врата? Граница между мирами?

Это было… странно. Но и логично. Бог — не просто существо где-то наверху. Он — везде. В каждом переходе. В каждом моменте.

— А что за вратами? — спросила она.

Старик посмотрел на нее долгим взглядом.

— Не знаю. Не проходил.

— Но ты же проводник. Значит, прошел через огонь?

— Прошел. Но за врата не пошел. Остался здесь. Как и ты.

Мария кивнула. Понимала. Но любопытство грызло.

— А те, кто прошел, не рассказывали?

— Нет. Не возвращаются. Или не могут рассказать. Или не хотят. Не знаю.

Тишина легла между ними.

Мария смотрела на врата. Пыталась представить, что за ними. Рай? Следующий уровень? Слияние с Богом?

Никто не знал. И это было пугающе. И волнующе одновременно.

— Не бойся незнания, — сказал старик, словно прочитав мысли. — Незнание — часть пути. Если бы знали все заранее, не было бы веры.

Мария улыбнулась.

— Вы правы.

К вратам подошла группа душ. Человек двадцать. Все светились ярко. Прошли огонь. Готовы идти дальше.

Мария отошла в сторону. Наблюдала.

Врата начали открываться. Медленно. Бесшумно. Свет из-за них хлынул потоком. Яркий. Но не слепящий. Теплый. Зовущий.

Души пошли вперед. Одна за другой. Лица их были спокойными. Радостными. Никакого страха.

Мария завидовала. Но не горько. Светло. Она знала — когда-нибудь и она пройдет. Но сейчас — не время.

Последняя душа вошла. Врата закрылись. Свет исчез.

Тишина вернулась.

— Красиво, — прошептала Мария.

— Да, — согласился старик. — Каждый раз красиво.

Они постояли еще немного. Потом разошлись. У каждого — своя работа.

Мария вернулась на площадь. Новые души уже ждали. Всегда были новые. Поток не останавливался.

Она подошла к одной из них. Молодой мужчина. Растерянный. Напуганный.

— Здравствуйте, — сказала Мария мягко. — Я помогу вам освоиться.

Мужчина посмотрел на нее. В глазах — мольба.

— Где я?

— В месте между. Между жизнью и смертью. Между землей и… дальше.

— Я умер?

— Да.

Мужчина опустился на колени. Закрыл лицо руками. Плечи затряслись.

Мария присела рядом. Положила руку на плечо. Не говорила. Просто была рядом.

Иногда слова не нужны. Иногда достаточно присутствия.

Мария привыкла к толпам. За время работы проводником видела тысячи душ. Может быть, десятки тысяч.

Но однажды ей показали то, что потрясло до глубины.

Ольга пришла за ней рано. Точнее, не рано — времени здесь не было. Просто пришла.

— Пойдем, — сказала она. — Хочу показать кое-что.

Мария пошла за ней. Они покинули площадь. Пошли по улицам города душ. Долго. Мимо зданий-воспоминаний. Мимо других проводников. Мимо душ, бредущих в разные стороны.

Наконец вышли на открытое пространство.

И Мария замерла.

Перед ней была очередь.

Не маленькая. Не из сотен. Из миллионов.

Души стояли плотными рядами. Уходили вдаль так далеко, что конца не было видно. Может быть, его и не было.

Мария открыла рот. Закрыла. Слов не находилось.