Андрей Попов – Игра в правду (страница 8)
Нет. Не думать об этом. Прошлое осталось позади. Теперь только вперед.
Лифт остановился. Двери открылись.
Она вышла в холл. Прошла мимо охранника. Кивнула. Тот кивнул в ответ.
На улице уже темнело. Фонари зажигались один за другим.
Екатерина достала телефон. Набрала номер.
– Да? – раздался сухой мужской голос.
– Это я. Внедрение прошло успешно. Выхожу на работу завтра.
– Проблемы?
– Нет.
Она солгала. Но признаваться в проблемах было нельзя.
– Хорошо. Держи связь. Докладывай раз в два дня.
– Понял.
Она отключилась.
Пошла к метро. Народу было много. Час пик.
Екатерина растворилась в толпе. Спустилась в подземку. Села в вагон.
Ехала и думала.
О Максиме Соколове. О том, как он смотрел на нее.
В его взгляде была не просто подозрительность. Там было что-то еще. Узнавание.
Он помнил ее. Из того бара. Из той ночи.
Она тоже помнила.
Слишком хорошо помнила.
Когда ей дали задание, она не знала, что объект – тот самый мужчина.
Узнала только когда увидела фото в досье.
И чуть не отказалась.
Потому что спать с объектом наблюдения – одно дело. Работать с ним под одной крышей – совсем другое.
Но отказаться не могла. Приказ есть приказ.
Поэтому пришла. Прошла собеседование. Получила работу.
И теперь должна была находиться рядом. Следить. Собирать информацию.
А он будет смотреть на нее каждый день. И вспоминать.
Как она стонала под ним. Как вцеплялась в простыни. Как шептала его имя.
Екатерина почувствовала жар в щеках.
Остановись. Это было задание. Просто задание.
Она вышла на своей станции. Поднялась наверх. Прошла три квартала до съемной квартиры.
Зашла в подъезд. Поднялась на четвертый этаж. Открыла дверь ключом.
Квартира маленькая. Однокомнатная. Минимум мебели. Ничего личного.
Точно такая же, как у Максима.
Екатерина скинула туфли. Сняла пиджак. Прошла в ванную.
Посмотрела на себя в зеркало.
Усталое лицо. Круги под глазами. Волосы растрепались.
Она распустила пучок. Сняла очки. Смыла макияж.
Посмотрела снова.
Вот теперь похожа на ту женщину из бара. На Анну.
Хотя Анны не существовало. Как и Екатерины.
Была только Ольга Савельева. Которая умерла три года назад.
Вернее, должна была умереть.
Но выжила.
И теперь играла роль за ролью. Чтобы остаться в живых.
Екатерина включила душ. Разделась. Встала под горячие струи.
Вода смывала напряжение дня. Но не смывала воспоминания.
О том, как Максим касался ее кожи. Как целовал. Как входил в нее медленно и глубоко.
Она провела рукой по телу. Закрыла глаза.
Нельзя. Нельзя об этом думать.
Он – цель. Объект. Ничего больше.
Но тело не слушалось разума.
Екатерина вышла из душа. Завернулась в полотенце. Легла на кровать.
Смотрела в потолок.
Завтра снова увидит его. Будет работать рядом. Разговаривать. Притворяться.
И он будет смотреть на нее тем взглядом.
Который говорил: я знаю, кто ты.
Но он не знал.
Никто не знал.
И не должен был узнать.
Потому что правда убивала. Быстрее пули.
Она сама когда-то так сказала. В ту ночь. Максиму.
И не соврала.