Андрей Подшибякин – Игрожур. Великий русский роман про игры (страница 12)
– Чо у нас, на… Давайте, что ли, почту разберём, на, – с трудом проговорил Поплавский. – Поди, принеси, на.
И выжидательно посмотрел на Гноя. Тот лихорадочно заозирался, не понимая, чего от него хотят; повисла неловкая пауза. Наконец, Поплавский пробубнил что-то похожее на «дебил, на» и кивнул Игорьку, в чьи обязанности явно входила доставка почты. Фальшивый Шварцнеггер, явно ждавший сигнала, вдруг метнулся не к своей сумке, а к помойному ведру, отгрёб в сторону окурки и куски кабачков и выудил несколько чумазых конвертов. Гной, который думал, что ничему уже больше в этой жизни никогда не удивится, выпучил глаза.
Поплавский, массируя одной рукой висок и не обращая внимания на галдёж подчиненных, грубо разорвал первый конверт (Гной успел увидеть на нём рисунки: космический корабль, эльфийскую воительницу и Супер Марио) и побежал глазами по строчкам:
– Лучший в мире журнал… конструктивная критика… у приставок нет души… говно, на!
Недочитанное письмо, безжалостно скомканное, улетело в угол. Главный редактор потянулся за следующим.
– Не согласен с вашей оценкой игры Carmageddon… Плохой пример подрастающему поколению, на… Старпёр, на. Фельдмаршал, твой клиент?
Старик не реагировал: слегка покачиваясь из стороны в сторону, он смотрел прямо перед собой слезящимися глазами. Cyberdemon aka Death Knight пнул его под столом ногой и показал глазами на Поплавского; Фельдмаршал встрепенулся и закудахтал:
– Возмущенная, тысызыть, общественность сигнализирует с мест? Хе-хе-хе-хе. Давайте, товарищ Поплавский, я ему напишу, тысызыть, фронтовую корреспонденцию. Просветим гада!
Редактор метнул конверт через стол и продолжил вскрывать остальные.
– Любимая редакция… Говно, на… Конструктивная критика… Говно, на… Много опечаток в статьях… Говно, на… В наш таёжный городок редко привозят ваш журнал, и я беру его почитать у одноклассника… Говно, на… Большой привет Анечке… О, Игорёк, возьмёшься?
Игорь Шварцнеггер вскочил из-за стола, схватил протянутое Поплавским письмо и закружился вокруг стола в издевательском танце, покрывая лист бумаги слюнявыми поцелуями. Главред поморщился:
– Из помойки, на… Свинья, на.
Последним оказалось письмо от эстетствующего педрилы.
– Не нравится наш стиль написания статей, на. Одними и теми же словами, литературные штампы, постоянные повторы, на. Ну этому я сам отвечу, на – не нравится «Манька», иди читай GAME.COM, пидор.
Сотрудники заулюлюкали и затопали ногами, кто-то разразился жидкими аплодисментами. Фельдмаршал назидательно поднял узловатый указательный палец:
– Только, тысызыть, не пишите название GAME.COM, товарищ Поплавский, а то реклама!
Главред отмахнулся. Что такое загадочный GAME.COM, Гной не знал, а спрашивать было неуместно: того и гляди прослывёшь провинциальным недоделком – и это на самом старте блестящей карьеры! Поэтому на всякий случай кибер-витязь топал и улюлюкал со всеми.
– Так, на… Варезов подогнал, Игорёк? Переболвань мне до завтра все, будем посмотреть, на. Ваня, что там Упырь?
Старший следователь Упырь был постоянным автором «Мании страны навигаторов» и важной составляющей успеха журнала: выходившие из-под его пера фантастические истории о вселенной Quake II пользовались у читателей невиданным успехом и породили целую субкультуру поклонников, подражателей и завистников, к числу которых относились и эстетствующие педрилы. Именно с его лёгкой руки сотрудники редакции называли друг друга «геноссе».
Ванечка Дристохватов, отвечавший за рубрику с кокетливым названием «Притончик Упыря», шутливо козырнул:
– Новый рассказ о космических десантниках прибыл на базу имперского флота!
При этих словах Гной ощутил почти физическое удовольствие: именно так, по его представлениям, и должны были общаться между собой настоящие игровые журналисты. Самым приятным было то, что над произнесёнными словами никто не засмеялся, никто не отпустил говорящему обидную «шпалу» и не обозвал недоноском. Вот она, настоящая жизнь!..
– Ладно, на… На игры насрать, на. Главное – «Уголок Геймера». Анекдоты есть свежие, на? Чит-коды новые появлялись? Вова, ты когда прохождение Лары добьешь, на?
Cyberdemon aka Death Knight закатил глаза и изобразил любовный экстаз.
– Ты давай не выделывайся на, чтобы в понедельник всё было. Сорок тысяч знаков без пробелов, на.
Усатый бытописатель Лары Крофт вдруг хлопнул по столу вялой ладонью и взвизгнул:
– Три доллара за килобайт!
Поплавский тяжело посмотрел на него через стол. В редакции повисла звонкая тишина, даже Игорёк перестал шмыгать носом и плямкать губами. Cyberdemon aka Death Knight гулко проглотил слюну.
– Знач так, на. Ещё раз вякнешь – пойдёшь назад телевизорами торговать, на. Два доллара килобайт и спасибо скажи, на.
Cyberdemon aka Death Knight послушно сказал:
– Спасибо…
– Вот так, на. Алё, пионер.
Взоры всех присутствующих немедленно обратились на Гноя, которому стало одновременно очень холодно и адски жарко.
– Возьми там у Игорька из вареза что понравится, на. Чтобы послезавтра была статья.
Впоследствии Гной, прокручивая этот момент в голове, так и не смог понять, что заставило его сказать следующее слово.
– Объективная?..
Поплавский дёрнул щекой, обвёл притихших сотрудников взглядом и, не глядя на Юрика, пробормотал:
– Других не держим, на.
Планёрка подошла к концу; Фельдмаршал немедленно подсел к главному редактору и начал что-то горячо бубнить, то и дело воздевая увенчанный чёрным панцирным ногтем палец. Остальные журналисты начали разбредаться по домам. Игорёк дёрнул Гноя за рукав и шепнул:
– Слышь, это. Ты Поплавского не бойся: он лох на самом деле, его только другие лохи боятся.
Юрик неприязненно отшатнулся: как можно говорить такие вещи про своего сюзерена?.. То есть, конечно, главного редактора – но это почти одно и то же. Додумать мысль он не успел. Игорёк сверкнул очками, утащил Гноя за локоть в тамбур и прошептал, то и дело обдавая запахом гниющей плоти изо рта:
– Это, новоселье твоё отпразднуем сегодня. Эльфийки придут!
Гной опешил.
– Что за эльфийки?..
– Нормальные эльфийки, это. В восемь будут. Пошли домой, это, срач разгребём. Почпокаешься хоть!
Гной дёрнул ушами, как испуганная лошадь.
Эльфийский метод автостопа
Эльфийки оказались крупными тётками позднестуденческого возраста – после потрясений последних дней Гной уже не слишком ожидал увидеть полногрудых воительниц, одетых в три листика на каждую, но всё равно неприятно удивился. Танадриэль и Галадриэль отодвинули суетящегося Игорька и по-хозяйски прошли в комнату – прямо в уличных говнодавах, оставляя за собой цепочку грязных следов. Юрик впервые за всё это время с внезапной теплотой вспомнил маму и загрустил. Поймав Игорька за рукав, он шёпотом спросил:
– Игорёк, а чего-то они какие-то… Точно эльфийки?
Тот непонятно буркнул:
– Ты, это, скажи спасибо, что гномихи не пришли.
Гной промолчал, шокированный пронёсшимися перед его мысленным взором картинами.
Танадриэль гостила у настоящего геймера явно не впервые: она не глядя смахнула с дивана огрызки газеты «Московский комсомолец», тяжко опустилась на их место и начала скручивать пробку с бутылки «Амаретто», стоявшей на заменяющей праздничный стол табуретке. Игорёк попытался было что-то возразить (мол, «на десерт»), но эльфийка гоготнула:
– Не ссы, Боря, десерт натурой получишь!
Гной, давший было себе слово не лезть в разговор до выяснения ситуации, не удержался:
– Боря?..
Личность Игоря Шварцнеггера играла всё новыми неожиданными гранями.
– Я, это, Боромир, – буркнул журналист. Юрик решил в подробности пока не вдаваться.
Вечеринка тем временем набирала обороты. Боромир с Танадриэлью обсуждали каких-то неведомых общих знакомых, называя их «толчками» (с симпатией) и «кастрюльниками» (презрительно); в беседе часто всплывал некий «профессор», про которого говорили с уважением и придыханием – Гной удивился, что у эльфиек за их эльфийскими занятиями ещё остается время на учёбу (про Игорька таких иллюзий у него уже не осталось). «Амаретто» быстро закончился, ему на смену пришли две мутно-зелёные бутылки «плодово-ягодного вина «Извар». Гной, так толком и не пришедший в себя после редакционной пирушки, постановил себе с алкоголем временно завязать, но всё равно налил себе полстакана во избежание ненужных расспросов и издёвок бессердечного Игорька – так вот, судя по запаху, «Извар» был редкостной дрянью.
В других обстоятельствах Юрик бы давно уже отключился от негостеприимной реальности и перенёсся в сверкающую вселенную звёздного богатыря, но сейчас мешала одна тонкость. Галадриэль, вторая эльфийка, явно тяготилась происходящим, тоже не налегала на «Извар» и в полумраке геймерской норы казалась даже симпатичной. Не на уровне Алины Петрозаводской, прикидывал в уме Гной, но и не Бура, конечно, а так… Словосочетание «крепкий середнячок» неожиданно засветилось перед его мысленным взором.
– Это, аллё! Слышь!
Гной снова включился: Игорёк-Боромир настойчиво щёлкал перед его лицом пальцами.
– Дамы желают познакомиться!
Гной с надеждой покосился на Галадриэль, но та по-прежнему скучно смотрела куда-то в угол. Зато Танадриэль, к явному неудовольствию своего кавалера, бросала на богатыря призывные взгляды и даже кокетливо поддёрнула юбку, приоткрыв говнодавы и несколько сантиметров голеней – покрытых, как выяснилось, густыми рыжеватыми волосами. Гной сглотнул. Эльфийка сделала поощрительный жест бровями и глубоко затянулась сигаретой L&M.