Андрей Первухин – Бродяга. Том 5 (страница 29)

После того как мы использовали артефакты, вверх взметнулся огонь, вражеские одарённые как будто оказались в центре вулкана. Земля и без того дрожала, поэтому мои мощные заклинания за этой стеной огня остались незамеченными. Гагиел вложил в боевые артефакты всю душу. Над врагами загуляли несколько огненных смерчей, которые не смогли развеять маги огня.

У одарённых и без того оставалось мало сил, щиты давно побледнели, а после применения артефактов часть магов сразу же погибли, остальные более удачливые начали один за одним выходить из боя. Атаки по нам тут же прекратились, чем в полной мере воспользовались наши одарённые. Выложились полностью, лишь бы не дать врагам уйти, конечно, выбили не всех, но очень многих. Некоторых наших магов с поля боя пришлось уносить, они теряли сознание из-за сильного истощения. Позади стояло около сотни бойцов, которые и пришли на помощь. Мы свою магическую битву выиграли, победив даже в процентной составляющей, перебили точно больше половины врагов, причём сильнейших из них. У меня было три накопителя, израсходовал все три, правда, они для меня оказались не слишком эффективными. Дело в том, что влитая в них энергия как бы делилась на все направления в магии, что меня совсем не устраивало. Вроде бы залил туда целую прорву сил, а в целом на практике вышло как-то не очень.

Я тоже полностью выложился, хоть и не потерял сознание. Сейчас нашу дружную компанию можно было взять голыми руками. Ударили барабаны и две армии устремились навстречу друг другу. В этом тоже не было особых хитростей, конница вышла против конницы, а пехота — против пехоты. Моим всадникам пришлось встать в первых рядах, все их доспехи зачарованы, могут принять на себя первый самый мощный удар, главное, чтобы не убили лошадей. Как правило, в таких схватках лошадей никто не трогает, потому что туши животных мешают потом не только чужим всадникам, но и своим. Эх, жалко, не осталось сил, можно было приложить накатывающих всадников заклинанием.

Меня как будто услышали сверху. Сначала в рядах конницы возникла стена из земли. Вроде бы невысокая, но бед она наделала немало, кони спотыкались, а учитывая, что уже набрали хороший разгон для удара, давка образовалась знатная. Задние ряды напирали, чем только усугубляли положение первых. Впрочем, часть всё же смогла обойти эту толчею, но радовались они недолго, на этот раз земля как будто пошла рябью. Это заклинание мне хорошо известно, человек или животное проваливался всего сантиметров на тридцать, а потом провалившуюся конечность как будто пропускали через мясорубку, ломая кости как сухие веточки.

Атака вражеской конницы захлебнулась, по крайней мере, прорвалась их незначительное количество. Только сейчас до меня дошло, кто это так резвится. Ведь все наши маги должны были сражаться против одарённых врага, видимо от усталости я уже отупел. Сам же не разрешил своей ученице Аише участвовать в битве против магов. Сейчас её слабой не назовёшь, но в таких стычках никогда не участвовала, могла испугаться, потерять в поднявшейся пыли ориентацию и побежать не в ту сторону, когда щит полностью просядет. А в том, что до конца боя её бы точно не хватило, я даже не сомневался.

В общем, отослал её подальше, не дай боги сунулась бы меня выручать, но никак не ожидал, что всё так удачно сложится. Она ведь явно ударила не просто так, а успела переговорить с кем-то из руководства. Потому что наши всадники к подобному повороту были готовы, они начали дружно огибать препятствие, после чего врезались в ряды врагов. Я стоял на возвышенности и хорошо видел, как группа всадников человек из десяти отделилась от общей массы и ушла в сторону. За одним из всадников заметил худенькую фигурку своей ученицы. Хм, ученицы… И как у меня язык поворачивается так их называть, некогда мне с ними заниматься, постоянно кручусь как белка в колесе, а проблем всё больше и больше.

Тем временем битва набирала обороты. Если пехота хоть как-то могла держать ряды, то в мельтешении всадников было непонятно, где свои, а где чужие. Тут магией лучше не бить, запросто в своих попадёшь, а вот среди пехоты я даже обнаружил свой отряд, недаром Саир не давал им спуска, постоянно вдалбливая в их головы, что нужно всегда держаться вместе. В зачарованных доспехах их очень трудно победить, особенно в таком кулаке. И они держались, хотя врагов было много, страшно подумать, какая там внизу сейчас давка.

Я всё же помчался ближе к сражающимся, немного магических сил оставалось, а король планировал ввести в бой резервы. Они у него имелись, хотя и немногочисленные, личная конная гвардия. Они запросто могли решить ход сражения, сейчас как будто была ничья.

— Господин! — Услышал я крик позади себя, Аиша тоже умудрилась меня рассмотреть.

— Быстро за мной! — Скомандовал я. — У тебя ещё остались силы?

— Ага, — радостно кивнула девушка. — Даже артефакт не использовала.

Ей тоже выдал, только слабее, чем более опытным одарённым, имеется не такой уж большой запас. Видимо командующий королевской армии решил выйти в тыл нашей пехоте. Само собой, этот манёвр видел и герцог, сам готовился встретить врага, собрали всех, кого только смогли, всю охрану. Несмотря на численное превосходство противника, наша пехота начала брать верх, сказывалось качество солдат.

Не стоило брать с собой крестьян. Конечно, они тоже не нежные создания, запросто могут тех же разбойников вилами проткнуть и не станут мучиться угрызениями совести. Только далеко не каждый из них видел столько крови и столько смертей, внизу страшная давка, люди топчутся по трупам. У моих бойцов, которые в составе броневого кулака уже бились впереди, имелись арбалеты. У некоторых крестьян просто сдавали нервы, я видел, как они бросали оружие и пытались убежать, что не добавляло бодрости оставшимся. За что им биться? За то, чтобы на трон сел новый король? Сомнительное счастье, учитывая, что налоги всё равно платить придётся.

Моё войско можно было назвать самым элитным подразделением, впервые бывшие рабы-воины, которых я так активно скупал, приняли бой в полном составе. Они построились квадратом, по краям расположились пикинёры, которые не давали приблизиться мечникам, а внутри встали стрелки, готовые в любой момент дать дружный залп из луков. Учитывая то, что они были хоть и пешими, но полностью закованными в зачарованную броню, добраться до них крайне сложно. К тому же мешали частые арбалетные залпы. Мои ребята тоже гибли, но на место погибшего или раненого тут же вставали другие.

Вскоре подтянулась ещё пара магов, нас стало четверо. Гвардейцы нас не заметили и за свою невнимательность заплатили сполна. Уничтожить их всех мы не смогли, герцог врубился в строй деморализованного противника и довершил разгром, начатый нами. А ведь гвардия полностью состояла из дворян, отпрыски графов и герцогов в ней тоже имелись. Всеми правдами и неправдами высшая знать пыталась пропихнуть своих детей поближе к монарху. Даже думать не хочется, сколько у меня теперь кровных врагов из знати, но мне на них плевать, идёт война, нечего было против нас выступать.

Герцог вошёл во вкус и ударил в тыл пехоте. Конечно, он не стал в неё глубоко врубаться, провёл свой невеликий отряд по краю, работая мечами. Позади стояли плохо защищённые бойцы, к тому же не самые храбрые. Его манёвр позволил моему бронированному кулаку пробиться сквозь вражеский строй. После чего команды изменили построение и ударили врагу во фланг.

Мы всё же смогли вырвать победу. Как мне кажется, если бы король ввёл в бой сразу всех, то есть, не дал бы резервам просто глазеть на схватку одарённых, то всё могло сложиться по-другому. Он посчитал, что сомнёт наших магов, что увидит вся армия и это станет дополнительным стимулом к победе. В результате его воины сначала увидели, как мы победили в противостоянии, а их маги начали убегать. Потом серьёзно потрепали кавалерию, также на глазах у всех, а тут ещё и ударили в тыл. Опять же неизвестно, за что воюют они, ладно бы с внешним агрессором, но сейчас им приходится сражаться против своих.

Мне сообщили, какая пропаганда велась против нас в стане врага. Мы все бунтовщики, а герцог Хит вообще узурпатор и прочее, хоть бы придумали что-нибудь посерьёзнее. Приятно было то, что мне не приходилось заниматься пропагандой, дела говорили сами за себя. О войне было известно уже всем, как и о том, что я поддержал герцога, а не короля. Крестьяне справедливо опасались, что если мы проиграем, то вскоре их сытая жизнь закончится, после чего крепкие парни сами начали приходить и проситься в войско. Некоторых мы взяли, но в обоз, в бой их никто пускать не стал. Хотя после таких серьёзных потерь как бы не пришлось собирать ополчение.

Сначала побежала пехота, об организованном отступлении не могло быть и речи, следом за ними устремилась кавалерия. Наши бойцы помчались следом, рубя отстающих. Преследование надолго не затянулось, все изрядно вымотались и начали возвращаться. Кроме того у врагов остались маги, они тоже вымотаны, но некоторые могут ударить. Тут я почувствовал, что на меня кто-то смотрит, а когда взглянул на холм, где располагалась ставка короля, то обнаружил, что это монарх сверлит меня взглядом.