Андрей Панин – Стая (страница 2)
В один самый обычный день, хлипенький мальчишка лет семи, сквозь толпу пробирался среди толпы на базарной площади. Все его тело было в ссадинах и синяках – буквально вчера его схватил продавец овощей на базаре. Конхобар украл буквально несколько огурцов и помидор, мальчишка нормально не ел уже более недели. Мать избил очередной храмовник, то ли этим святошам нравится уходить в нижний и измываться над и так обреченными людьми, то ли матери попадались такие клиенты. Может быть она делает что-то не так? На все эти вопросы у Конхобара не было ответа. Он только знал, что живот его бурлит с каждым разом все более настойчиво и если он нормально не поест, то, как минимум потеряет сознание.
А вчера Конхобара схватил этот скверный и жадный ублюдок Шарк. Ну что он обеднеет от пары порченных огурцов? А Конхобару надо и мать покормить, в таком состоянии ее никто брать не будет. Но делать нечего, придется снова попробовать что-то стащить.
Мальчик повернул в переулок. Его нос уловил запах жаренного мяса, в животе больно забурлило. Конхобар осмотрелся и увидел трех мальчишек, чуть старше себя. Не контролируя свои ноги, которые сами повели его в их сторону, но в последний миг он совладал с собой и остановился в нескольких шагах.
- Че вылупился придурок? – кинул один из них грубо.
- Да жрать охота, - облизываясь, ответил Конхобар.
Конхобар разглядел трапезу мальчишек – четыре небольшие крысиные тушки жарились на ржавой решетке.
- Слыш малой, иди-ка по добру! – рявкнул один из мальчишек, - а то я тебя отлуплю сейчас!
Конхобар не сдвинулся с места, жадно разглядывая крысиное мясо. Мальчишки внимательно наблюдал за Конхобаром. Один из них поднялся на ноги и направился прямо на него.
- Тиль! Сядь! – окрикнул его самый старший, - на нем и так живого места нет, пусть стоит, может быть хвостики отдадим ему.
- Еще чего! – недовольно рявкнул Тиль, - я ловил этих сраных крыс, чтобы делиться с этим шпинделем?
Тиль подвернул рукава на своей изношенной рубахе, разминая кулаки. Парень был на голову выше Конхобара, да и в плечах раза в два шире.
- Пшел вон пес! – рявкнул Тиль и ударил Конхобара в живот.
Конхобар тяжело упал, держась за живот, на землю. Следующий удар пришелся по костлявой спине. Тиль бил его ногами, а Конхобар сжался в комок не чувствуя боли, ибо голод был намного сильнее всего, что происходило вокруг.
- Тиль прекрати! – рявкнул старший мальчишка, подходя к своему товарищу.
Конхобар продолжал лежать, тяжело дыша. В следующий миг его тело поглотила невыносимая боль, глаза наполнились слезами. Какой же он никчемный – эта мысль полностью поглотила его разум.
- Ты что убил его придурок? – услышал он голос позади себя.
- Нехер меня раздражать! – закричал Тиль отходя, - даже если он сдохнет, думаешь кто-то заметит?
Конхобар в беспамятстве лежал. Запах крысиного мяса снова заглушил боль. Мальчик, не помня себя, поднялся на ноги и побрел к мальчишкам.
- Ты что совсем тупой? – обратив внимание на подошедшего Конхобара крикнул Тиль.
- Так это трусливый сын Сабины! – воскликнул третий мальчишка.
- Та никчёмная рыжая шлюха? – засмеялся Тиль, - батя говорит, что даже бесплатно не станет трахать ее.
Мальчишки громко засмеялись. Слова, как колокол ударили в голову Конхобара. Мальчик оскалил зубы и зарычал.
- Смотри он рычит! – засмеялся один из мальчишек.
- Я же говорю, пес! Вернее сказать, щенок! – громко заржал Тиль, - так я сдерживаться не буду, пшел вон!
Тиль встал с корточек и замахнулся на Конхобара, но не успел нанести удар. Конхобар оттолкнулся от земли левой ногой и прыгнул на Тиля, всем весом влетев в мальчишку, оба упали на землю. Вцепившись зубами в шею обидчика, Конхобар начал рвать его плоть. Ошеломленные мальчишки отошли, а шокированный Тиль обмяк под Конхобаром.
***
- Тебя так задели слова этого мальца? – без эмоционально, спросил Ферокс.
- Я и без него знал, что моя мать шлюха, - усмехнулся Белый Бульдог.
- Так почему ты накинулся на него? – Ферокс, постарался не выдавать своего удивления.
- Жрать! Я жрать хотел! – резко ответил Бульдог.
- И что с мальцом сталось?
- Я перегрыз ему сонную артерию, - спокойно ответил Бульдог, своим сиплым голосом.
- Откуда же ты знал, где она находится? – в недоумении спросил Ферокс.
- Стая собак загрызла моего младшего брата…
***
- Парень! Если ты хочешь? Ешь! – испуганно пропищал один из мальчишек.
Конхобар поднялся на ноги, переступая тело Тиля. Его лицо было в крови, затуманенным взглядом, он посмотрел перед собой и направился к мальчишкам, те испуганно попятились и побежали прочь. Конхобар схватил крысиную тушку и жадно начал ее есть.
Закончив трапезу, он взял оставшуюся тушку крысы, вытер рот рукавом своей рваной рубахи и направился в сторону дома.
- Мам! Я поесть принес! – крикнул Конхобар, заходя в маленькую хижину.
Ветхая постройка без окон, дверью которой служила грязная занавеска. Мать лежала в центре единственной комнаты, на циновке.
- Конхобар, не надо воровать! Ты знаешь какие последствия от этого воровства были… – слабо прошептала Сабина, поднимаясь на локтях, - дядя принес немного денег, вот держи! Сходи на рынок.
Сабине было около сорока лет, Конхобар был не первым ее ребенком, но в настоящий момент, только он остался жив. У Конхобара был старший брат, который по слухам попал в Синдикат, где его и порешали. Для жителей нижнего города, попасть в Синдикат было наивысшим счастьем. Правда брата он помнил плохо, а вот своего младшего он запомнил навсегда. Ему до сих пор снились глаза маленького Пия.
Брат был младше Конхобара на два года. Три года назад, мальчишки забрались в заброшенные руины, старшие, говорили, что там можно найти, что-нибудь дельное, а потом продать на рынке. Ходили слухи, что эти руины в свое время принадлежали некоему некроманту и земля эта скверна и проклята. Поэтому лишь самые смельчаки осмеливались подходить к этим руинам.
Помимо Пия и Конхобара, с ними было еще трое ребят. Так как Пий был самым младшим, он смог забраться в погреб, который был завален частями здания, Конхобар должен был помочь брату выбраться, а остальные стояли на шухере. Радостный Пий вытащил золотое блюдо, передав его Конхобару, но сам мальчик никак не мог выбраться. И тогда Конхобар услышал громкий вой собак. Их была целая дюжина, озверевшие от голода, они бежали прямо на мальчишек.
Сердце Конхобара забилось чаще, страх полностью поглотил его разум. Последнее, что он видел, были умоляющие глаза его брата, а потом он побежал. И только, когда он забрался по стенке наверх, куда собаки добраться не могли, он увидел, как тело его брата разрывают на мелкие кусочки.
Трое других мальчишек растрепали о случившемся и тогда Конхобара начали обходить стороной. Никто не желал с ним общаться, считая его трусом и предателем. Хотя ни одного из них не возникало вопросов, почему те трое мальчишек не помогли братьям, а просто убежали.
Конхобар остался один, сначала он испытывал к себе жалость, потом он стал ненавидеть себя, а однажды он понял, что ненавидит всех вокруг. Эта история постепенно забылась, хотя в нижнем городе знали историю о трусливом сыне шлюхи, но с каждым годом она стала превращаться в легенду.
- Я и не воровал! – зло ответил Конхобар, присаживаясь рядом с матерью на корточки, — вот поймал на улице и зажарил.
- Ты что? Это крыса? Так это нельзя есть! Они же могут быть заразными! – отшатнувшись, воскликнула Сабина, — вот возьми деньги и купи нормальной еды, а это выкинь!
Конхобар молча забрал деньги у матери и добытую пищу. Глаза его на мгновение наполнились кровью, но в следующий миг он смог с собой совладать.
- Стой! – окрикнула его мать, - а что с твоим лицом? Это что кровь?
- Нет! Все в порядке! – ответил, как отрезал Конхобар и не оборачиваясь выбежал из хижины.
На улице наступил поздний вечер, редкие фонари освещали грязную тропинку, ведущую к рыночной площади. Вокруг стояли разнообразные строения, чаще всего одноэтажные хижины, но попадались и двухэтажные деревянные дома.
- Какая она избирательная, - бурчал себе под нос Конхобар, - конечно лучше ничего не есть неделями…
***
- Трусливый сын шлюхи, - прошептал Ферокс, - тогда все понятно…
- Не стоит, господин инквизитор! – зло пробурчал Белый Бульдог.
- Я думал, почему же ты накинулся на того бедолагу, а теперь все встало на свои места, - понимающе сказал Ферокс.
- Я был отбросом среди отбросов, - яростно ответил Белый Бульдог, - а знаешь почему я не спас брата тогда? А потому что я взглянул на это сраное блюдо!
- И что же ты там увидел? – после минутного молчания спросил инквизитор.
- Я увидел свое отражение в золотом блюде! И оцепенел! – рявкнул Бульдог, - я не верю во всю эту бредятину, что несут канарейки, тем более про этих некромантов и прочую нечисть! Но в тот момент в моей голове заговорил голос…
- Голос?
***
- Пошел вон! – прокричал торговец.
- Я хочу купить эту курицу! – протягивая деньги, воскликнул Конхобар.