Андрей Панченко – Болотник (страница 9)

На следующий же день, после работы я занялся обустройством. До выходных надо перебраться уже к себе. Платить второй месяц за съёмное жилье я не собирался. В тамбуре пока сделаю себе кухню, а спать буду в моечной. Парилку буду использовать по назначению, мыться тоже где-то надо.

Обустройство заняло четыре дня, я ведь до вечера на работе. На рынке, купил себе односпальную кровать, тумбочку, несколько табуреток, рукомойник, зеркало и керосинку для приготовления еды. Всё, как говорится, б/у но еще крепкое. Кое какой инструмент прикупил. Поселковый электрик, за пузырь, кинул времянку, от ближайшего не поврежденного столба до моего нового жилища. Так что теперь свет у меня есть. На полы постелил домотканые половики, связанные из разноцветных тряпок и купленные так же на рынке. Жить пока можно.

Переезжать мне помогал Андрей, мой единственный пока друг в этом времени. Да и не затянулся переезд, вещей у меня почти не было. На новоселье кроме Андрея я пригласил еще и Иваныча с Семёном. Затопили баню. Заранее купленное и замаринованное мясо было уже на шампурах, а мы за накрытым в беседке столом наливали себе по первой рюмке. Было ещё прохладно, конец апреля всё-таки, но светило солнце и день обещал быть по весеннему теплым. В моей новой квартирке мы бы все не поместились.

- Рота! На помойку в баню становись! - заорал во всё горло дурным голосом, увидев гостей.

Мои сокамерники по больничной палате, весело заржали и через несколько минут на камни полился первый черпак воды, расплёскивая пар по небольшой парилке.

- Не думал, я что кто-то этот дом купит – начал Семен, закусывая купленной по случаю у соседа квашенной капустой – место уж больно жуткое. Не страшно тебе Кирилл?

- А чего боятся? Я приведений не боюсь. Советский десантник вообще ничего не должен боятся – засмеялся я – Сейчас обмоем как положено, и считай освятили место.

- Ну так ведь тут же человек застрелился – продолжал гнуть своё Семен. Он вообще, как и большинство охотников, был человек суеверный.

- Это он в доме, застрелился. Так и нет уже того дома. Сгорел дотла.

- Прекращай Сёма. Не нагнетай. – остановил наш разговор Иваныч – всё нормально будет. Прав Кирюха. Мертвых можно не боятся. Я вот войну прошёл. В пехоте. Знаешь сколько мертвых видел? От живых больше бед случается.

- Ну может оно и так. Тебе виднее – с сомнением, согласился с Иванычем Семен.

- Вот именно. Ты лучше скажи Кирилл, что с домом собираешься делать? Или всё время в бане будешь жить? Место конечно хорошее, но маленькая банька то.

- Нет конечно. Завтра уже начну разгребать завалы. Инструмент нужно купить, или взаймы у кого взять. Всё что более-менее целое на дрова попилю. За весну разгребу всё. Летом дом начну строить. Хочу из кирпича ложить.

- Инструменты у полковника были. Хорошие инструменты. И пила была «Дружба». В гараже или амбаре не смотрел? – сказал Семен, наливая по второй. Андрей пока в разговоре не участвовал, занятый приготовлением шашлыка.

- В амбар не добраться, пока дом не разберу. Завалено всё. А гараж закрыт на замок, пока не хочу ломать, может ключ найдется. Надо порыться на пепелище.

- Это понятно. А вот скажи, машину зачем купил? От неё не осталось уже почти ни чего. Запчасти трудно будет найти. Лучше бы Москвич себе купил. Вещь машина. – мечтательно сказал Иваныч.

- Москвич конечно вещь – согласился я – но где же я его куплю? Очередь. А с рук Каменногорске не продает никто. Ничего. Было бы желание, а починит всё можно. Не лазил я еще туда толком, но думаю можно востановить.

- Ну смотри. По мне так не справишься. Твоё конечно дело. А вот насчет кирпича. Где брать собрался? Лес бы тебе выписали на починку дома, депо выделит, я думаю. А вот кирпич где у нас брать я не знаю. Вроде не продают его нигде.

- Продают. В райцентре. Я узнавал уже – вклинился в разговор Андрей, занося в беседку истекающие жиром шашлыки – можно договорится, были бы деньги. В ПСК (передвижной строительная колонна) с «шабашниками» договорись. Они сами всё достанут. С ПСК вообще можно официально договор заключить, что бы вопросов не было. Ты конечно Кирюха, в депо заявление напиши, что бы лес сухой из фондов своих выделили, как погорельцу. Я справку тебе дам, и сельсовет тоже, не проблема. Лес завезешь, а там уже решай из чего и как строить.

Я заинтересовался. Лес. Тем более сухой очень нужен. И где-то я такое слышал, что можно было раньше в СССР, строй материалы бесплатно получить. Планов у меня куча.

День прошёл замечательно. Мы парились в бане. Выпивали и ели шашлыки. Потихоньку вели задушевные разговоры. Никто нам не мешал и за забор не заглядывал. Отличное место. Тихо и спокойно. Поначалу, Семен и Иваныч еще сторонились Андрея, помня о том, что он действующий милиционер. Но потихоньку выпитая водка и совместные заходы в баню стерли между ними всякие границы.

- Лодка почти новая – просвещал меня Семен. Когда мы с ним вдвоем решили всё же, после очередного захода в парилку, окунутся в речку и стояли на самодельном пирсе глядя на лодку, закрытую брезентом - я помню, как её в посёлок привезли. У полковника еще мотор к ней был, «Москва», почти новый, на видел? – дождавшись моего отрицательного качания головой, продолжил - Они постоянно вдвоем на рыбалку и охоту ездили, с Савельичем.

- Это кто такой? – спросил я, стуча зубами и на бегу. Возвращаясь в баню.

- Это прапорщик. Тоже здесь недалеко живет. Они вроде как воевали вместе. А потом Полковник его с собой сюда забрал. На том же складе служит. Везде вдвоем ходили и семьями дружили. Он же первый на пожар прибежал и полковника из дома, горящего вытащил. Да поздно уже было. Сокрушался очень, а на похоронах так и плакал не скрываясь. Крепко мужики дружили.

- Ясно – я вспомнил своих старых друзей. Добавить было не чего. Мужик уже в возрасте. В эти годы друзья остаются только самые крепкие, настоящие. Остальная шелуха отсеивается. Потеря каждого друга воспринимается очень серьёзно и болезненно, как личное горе.

День закончился. Мужики разошлись по домам, а я сидел на лавочке возле беседки и смотрел на огонь костра. Планов много, часть уже воплотилось. Появились знакомые и друзья. Мужики кстати обещали помочь с разбором пожарища уже в ближайшие выходные. Ясное дело, ждать я их не буду, начну потихоньку сам. Но и их помощь не помешает. Впереди было еще очень много работы.

Глава 5

На следующий день, после работы, я приступил к разбору пепелища. Вооружившись топором, ломом, ручной пилой и гвоздодером и переодевшись в старую энцефалитку с армейскими сапогами я принялся за работу. До ночи повалил ещё не рухнувшие стены. Соорудив из более-менее целых досок козлы, я пилил обгоревшие бревна и балки, складывая обрезки в заранее подготовленное место. Пыль и сажа стояли столбом. Завтра нужно раздобыть респиратор, очки и рукавицы. Сегодняшний день показал, что без этого ни как. Я наглотался пыли, глаза резало от сажи. Руки все сбил в мозоли и несколько раз порезался. Нужны мешки для мелкого мусора. Работа предстояла большая.

На второй день пошли первые находки. Обгоревшие предметы домашнего обихода. Я оценивал всё на глаз и складывал всё в две отдельные кучи особо не разбираясь. В самою большую шел откровенный хлам, всё что нельзя восстановить. Во вторую отправлялись вещи, которые еще можно было как-то отремонтировать или отчистить. Сковородки, посуда, железные части каких-то инструментов, и изделий и т.д. Потом отсортирую.

До выходных, день, когда мужики должны были прийти мне на помощь, я разгреб уже примерно треть завала. Гора мусора и найденных вещей выросла до неприличных размеров. Стихийная дровница достигла огромных размеров. Были и серьёзные находки. Обгоревшая шкатулка, с оплавленными женскими золотыми украшениями и обгоревшими орденами, и медалями. Видимо раньше деньги в ней тоже были. Вся шкатулка была полна пепла от сгоревших бумаг. Металлический ящик, с трофейными, серебренными столовыми приборами. На эхо минувшей войны намекала свастика, выговоренная на каждом столовом ноже. Нашлась связка ключей. Но попробовать открыть гараж я пока не мог. «Победа» мешала подойти к воротам. Придут мужики, нужно оттолкать ее подальше.

В воскресение мужики появились почти в 8 утра. Никто не выказал своего не довольства, что работать придется в свой единственный, законный выходной. Все горели энтузиазмом и желанием помочь. Наученный горьким опытом, я подготовил всё необходимое для работы. Старые спецовки, списанные в депо, я выпросил у завхоза, заодно взял у него и рукавицы с респираторами. Очки взял на время у начальника цеха, с возвратом в понедельник. С бабушкой, у которой раньше снимал комнату договорился о приготовлении и доставки на «объект» обеда и ужина, мне будет не до готовки.

Первое, что мы сделали, это оттолкали «Победу» и попытались открыть гараж. На удивление ключ я подобрал с первого раза, а замок легко открылся. Открыв ворота, я понял, что начинать надо было именно с гаража. Гараж был по-хозяйски аккуратно убран. Вдоль стен стояли стеллажи, и они были не пустые. Да они просто были забиты под завязку. Какие-то запчасти, лопаты и горы другого инструмента, канистры, ящики и мешки, автомобильная резина, охотничьи профиля и капканы, рыболовные снасти. И самое главное вдоль дальней стены гаража на верстаке лежала пила «Дружба», и разобранный лодочный мотор. На стене, на специальном креплении висел еще один мотор, размером побольше. Степан как специалист, пояснил, что большой мотор, это новая «Москва», а тот что лежал, вместе с пилой на стеллаже - «Кама». По своей сути разобранный мотор представлял собой бензопилу «Дружба», к которой вместо полотна с цепью прицепили ногу с гребным валом.