Андрей Панченко – Болотник (страница 24)

До самой ночи, мы преследовали беглецов, держа их на пределе видимости. Мужики шли медленно, туго, часто останавливались отдохнуть. Когда начало смеркаться они остановились на ночевку. Топором нарубили лапника и собрали хворост, при этом часто спорили и громко ругались между собой. Костёр у них получилось развести не сразу. Не догадались бересты надергать. Истратив около десяти спичек, через минут двадцать, огонь всё же у них появился. Достав какие-то продукты из сидра, они перекусили и сразу завалились спать. Ружье, как и в прошлый раз было поставлено к стволу дерева, дулом вверх.

Выждав для верности несколько часов, мы, сняв лыжи, тихо выдвинулись к лагерю зеков. Подойти получилось практически вплотную. Тщательно прицелившись, я выстрелил в ружье, прислоненное к сосне. Попал удачно, успел увидеть краем глаза, как двустволка разлетается на несколько частей. Не теряя время, я выпрыгнул на освещенный костром участок лагеря и со всей силы ткнул, еще горячим от выстрела дулом ружья, в лицо ближайшего ко мне зека. Брызнула кровь из рассечённой губы. Семён тоже время даром не терял, и приставил свой ствол к голове второго зека.

- Тихо сидеть суки! Кто шевельнется башку снесём! – заорал я.

- Не стреляй начальник! – истерично завизжал контролируемый Семёном зек – Пожалуйста не стреляй! Мы сдаемся!

Мой клиент говорить пока не мог. Своим ударом я сильно попал ему по губам и видимо повредил челюсть. Он мычал от боли и испуга, не решаясь поднести руку к больному месту, ствол всё еще упирался ему прямо в рот.

- Легли лицом вниз, руки за голову, ноги в стороны развели! Быстрее бляди! Кто хоть взгляд поднимет, замочу тварей! – я продолжал орать, не давая им опомнится – Вяжи их по очереди Семён.

Семена долго упрашивать не потребовалось. Связал он их крепко и качественно. Веревки не пожалел. В это время я контролировал беглецов, держа их под прицелом и не забывая давить голосом, угрожая застрелить за каждое неверное движение.

После того как бандиты были надежно связаны, первым делом я принялся обыскивать лагерь и самих преступников. Нашлись два ножа и топор, два коробка спичек, восемь снаряженных патронов к гладкоствольному ружью двенадцатого калибра. В рюкзаке лежала три банки тушёнки, банка сгущенки и тушка ободранного глухаря. На каждом из бандитов, было надето по несколько слоев одежды. По две телогрейки, и две пары ватных штанов, явно гражданский свитер, и множество другого тряпья. За пазухой у более крупного из зеков нашлись связка документов, небольшая пачка денег и несколько золотых изделий, кольцо и нательная, явно старая, иконка. Быстро осветив фонариком документы, я понял, что с Иваном Коневым точно не всё в порядке. В связке был его паспорт, разрешение на оружие, план-наряд и комсомольский билет.

- Ну ка переверни их Семён – попросил я напарника.

Семён ногой перевернул бандитов лицом вверх.

- Смотри Сёма, чего нашел - я показал Семёну документы и украшения. Он побледнел и сжал в руках ружье так, что казалось сейчас раздавит. Подскочив к ближайшему бандиту, он схватил его за грудки и резко встряхнув, заехал кулаком по морде. По случайности, это оказался тот же самый зек, что получил от меня стволом ружья в зубы. Навезёт сегодня парнишке.

- Что вы с Ванькой сделали твари! Говори сука! – орал Семён, нанося всё новые и новые удары. Второй бандит испуганно молчал. Тот же которого спрашивал Семён, говорить не мог по более объективным причинам. Не очень-то поболтаешь, когда тебе прилетает в зубы с периодичностью пару ударов в секунду.

- Подожди Сёма. Отойди. Я сам узнаю. Убить их всегда успеешь. – мне с трудом удалось оттащить Семёна от уже изрядно поплывшего бандита.

- Вам ребятки лучше ответить на вопрос моего коллеги, а то ведь он снова спрашивать начнет – спокойным тоном начал я допрос. Получилось удачно. Классический злой и добрый полицейский – вот ты говори – я ткнул пальцев в целого зека.

- Мы не виноваты! Не бейте! – завизжал урка, с испугом глядя на Семёна.

- Ты рассказывай, сучара, а кто виноват я сам решу – надавил на него я – что с этим парнем, вещи и документы которого у вас нашли? От куда взяли? Говори тварь, а то глаз ножом выну!

- Вы права не имеете! Я на вас жалобу напишу! – похоже зек уже начал приходить в себя и пытался нас взять на испуг.

- Ты похоже ни понял ничего. Ну ни чё, я тебе сейчас всё объясню. Один раз говорю. Ты думаешь, что мы из милиции? Нет голубь, не повезло вам. Мы промысловики, друзья того парня, чьи документы у вас нашли. А вот это – я показал на Семёна – вообще его родственник. Сейчас вы нам всё подробно расскажите, а если я скажу и покажете, как в театре, ты же говно, был хоть раз в театре? Вот так и будите показывать. А вот мы, с другом моим, решим. Понравилось нам или нет. Если не понравится, я тебя родной живьем сожгу, вот прям в этом костре. А дружок твой посмотрит, может он сговорчивее будет. Что бы нам всё узнать, двое нам не нужны, одного хватит.

- Я ни чего вам не расскажу! – похоже клиент решил поиграть в партизана.

- Твоё право. Не одобряю, но уважаю. Помоги Сёма.

Я схватил, почти не пострадавшего и очень упрямого бандита, за ноги. Семён вопросительно и слегка испуганно смотрел на меня.

- Помогай, я один не справлюсь.

Семён взял начавшего визжать зека за плечи. Мы поднесли его, к почти потухшему костру. Не считайте меня живодёром. Всё было рассчитано. Толстый овчинный тулуп застегнут на все пуговицы, руки связанны за спиной. Мы бросили упрямца животом на угли. Зек всхлипнул и потерял сознание.

- Ты чего делаешь!? – зашептал мне на ухо Семён – давай просто застрелим. Зачем мучать!?

- Заткнись и подыгрывай мне! – в ответ зло зашептал я – тулуп толстый, не прогорит. Ничего ему не будет. Он своим пузом только угли потушит да согреется слегка. Не тупи Сёма.

- Пока твой друг жарится на угольках, давай с тобой, дружище мой, побеседуем – я повернулся к другому зеку и улыбнулся. Тот молча плакал и вздрагивал – ты не бойся меня. Я добрый. Говори блядь! - вокруг стоянки уже отчётливо разносился запах палённой шерсти и кожи.

С трудом двигая поврежденной челюстью, бандит начал взахлеб рассказывать свою историю.

Сбежали они несколько недель назад с колонии строгого режима. Недалеко от Каменногорска зона. Сбежали вчетвером. Все четверо расконвоированные, и были выведены на хоз двор для каких-то работ. Такой шанс нельзя упускать. Нет, поначалу у них не было умысла на побег, просто решили они культурно отдохнуть. Заранее купленная у вольнонаемных и спрятанная до лучших времен бутылка водки, была благополучно выпита. Но что такое, одна бутылка на четверых? Так, понюхать просто. Им не хватило. Решили они быстро в город метнутся, и добавки найти. Кому пришла в голову столь блестящая идея, уже не важно, главное, что так они и сделали. Только вот город не знакомый, да и денег нет. Разочарованные и злые они подались обратно, на любимую зону. И подвернулась им на беду, по дороге девушка, одна, место безлюдное. Грех не воспользоваться. Воспользовались, а девушка и недовольна, что ей столько внимания оказали, угрожать начала. Новый срок никому мотать не охота. Убили подонки девчушку. А когда немного опомнились, в бега подались. Как были, налегке. Двинули в тайгу. На их счастье метель была, смогли уйти почти чисто, по крайней мере погони они за собой не заметили. Шли долго, блуждали, уже надежду потеряли к людям выйти. Еды нет, одежда так себе, обморозились, оголодали, и когда лай собак услышали почти обрадовались. Подумали, что догнала их погоня. Однако вскоре вышел на них простой охотник с двумя лайками и сдаваться они передумали. Охотник ружьем воспользоваться не успел, но и драка простой не получилась. Голыми руками он смог свернуть шею одному из беглецов, пока не свалился, получив несколько ударов заточкой и палкой по голове. Второго беглеца сильно порвали собаки. Их смогли застрелить, взятым у охотника ружьем. Из четверых – один труп, один сильно ранен и двое более-менее целые. Молодец Иван – царства тебе небесного, один против четверых дрался, и смог одного с собой утащить. Сняв с охотника всё, что было можно, ружье, два ножа, топор и тощий сидр с продуктами, они продолжили путь. Куда? Сами не знают, лишь бы подальше. Вещи поделили не поровну. Покусанному ничего не досталось, и скоро, после очередного привала в холодном лесу он не проснулся. Вот уже пять дней они двигались прямо, пока не нарвались на нас.

Пока бандит рассказывал свою историю, в углях зашевелилось наше жаркое. Я обернулся.

- Блин, извини. Дровишки, что ли потухли? Недоглядел немного, не обессудь. Сёма подкинь дров в костер, пожалуйста, наш друг героически умереть не может. Что же мы за люди то такие!? Помочь человеку, что ли не можем?

- Я всё расскажу! Я расскажу! Только не убивайте! Вытащите меня от сюда! Ааа…. Всё что угодно сделаю! – похоже наш партизан, уже не желал героической смерти.

- Сёма, ну-ка вынь его, не на долго. Послушаем, что он рассказать хочет. Сёма? Ты здесь? – я обернулся и посмотрел на Семёна. И тут же бросился к нему отбирать ружье. Семен с бледным лицом, перекошенным ненавистью, пытался трясущимися руками взвести курки на своей двустволке, целясь в рассказавшего нам всё зека – Не дури Сёма!