Андрей Остальский – Новая история денег. От появления до криптовалют (страница 62)
Так что случай моего друга Вильямса еще благополучный — его с детства приучили к деньгам, поэтому они не были ему в тягость, но и счастья они ему не принесли. Но рассчитывать на такое наследство или выигрыш в лотерею вряд ли стоит. Тогда остается второй способ — это каторжный, самоотверженный труд. Кто-то из американцев, писавших на эти темы, отметил, что в принципе любой жалующийся на свою бедность и жалкую зависимость от нелюбимой тоскливой работы может в одночасье изменить свою участь — было бы только желание. Например, взять кредит в банке, купить ферму и трудиться там не покладая рук, от рассвета до заката. Система в американском сельском хозяйстве сейчас такова, что это практически гарантирует вам не просто сытую, но и весьма обеспеченную жизнь. К тому же вы станете сами себе хозяином — замечательная вещь, между прочим! Правда, вкалывать надо дай бог — а что же вы хотите: богатство заполучить, на диване полеживая? Так не бывает! Есть и другие способы почти наверняка и достаточно быстро стать состоятельным человеком. Например, если у вас, что называется, руки с какой надо стороны приделаны, вы можете покупать квартиры и дома, находящиеся в плачевном состоянии — но в хороших, перспективных районах. Опять же взяв под это дело кредит, если нет другого способа обзавестись капиталом. И, отремонтировав их как следует, перепродавать с немалой прибылью. При этом надо хорошенько посчитать, не убийственные ли вам банк навязывает проценты и что будет, если они вдруг сильно вырастут? И прежде чем покупать недвижимость, надо сделать большое, тщательное исследование — сколько стоят здесь дома и какую маржу может дать хороший ремонт. Если вы человек хваткий и справитесь к тому же с элементарной бухгалтерией, то не успеете опомниться, как будете уже стоять во главе целого бизнеса. А дальше многое будет зависеть от вашего умения ладить с людьми, направлять их, максимально использовать их сильные стороны и нейтрализовывать слабые. Если вы будете в этом сильны, то сможете вскоре оказаться владельцем целого агентства недвижимости. Но в любом случае, это — самый надежный вид городского бизнеса. Должен, правда, внести уточнение: редко, но бывает, когда на острие очередного кризиса, рецессии, общего падения рынков, роста безработицы и этот рецепт может не дать быстрых результатов. Придется ждать, пока экономика опомнится от обморока. Но это, наоборот, случай несправедливого, но, увы, иногда возможного отчаянного невезения.
Велик элемент случайности и в финансовом успехе модных блогеров и влогеров, звезд инстаграма, ютьюба (он же ютуб), тиктока и прочих соцсетей. Конечно, для того чтобы преуспеть на этом новом и для экономистов пока загадочном поприще, требуется набор определенных способностей. Но кого-то может вполне случайно осенить некая идея, которая по не совсем понятным причинам совпадет с общественным настроением и принесет быстрый сногсшибательный успех. Но мода на эти вещи чрезвычайно переменчива, ее движения непредсказуемы — почти в той же степени, что движения курса биткоина. А потому одно можно сказать с уверенностью: для того, чтобы не просто однажды поймать удачу за бороду, но и удержать ее в руках, нужны все те же качества: почти ослиное упорство, готовность работать до изнурения без выходных, ну и разумеется, способность отделять зерна от плевел и в маркетинге, научиться разбираться в психологии своей целевой аудитории.
Конечно, есть исключения: вон швед Маркус Перссон по кличке Нотч (Notch), безусловно, талантливый компьютерщик и разработчик видеоигр, но таких в нашем мире немало. Однако именно ему пришла в голову идея Майнкрафта — видеоигры, сочетающей форматы «на выживание» с «игрой строительства», дающей игрокам привлекательную свободу творчества и фантазии. Почему такая идея именно Нотчу пришла в голову? Понимал ли он всю ее революционность, представлял ли, насколько невероятно популярной она станет во всем мире (126 миллионов активных игроков) и в 35 лет сделает его миллиардером? Сомневаюсь. Интересно, что после сего выдающегося изобретения Нотч ничего близкого по успеху и революционности больше не создал. Каждый год, месяц и день приходят в голову талантливым вундеркиндам очень неглупые оригинальные идеи видеоигр, но 90 процентов из них остаются вовсе нереализованными, а те, что реализовать все же удается, не приносят создателям и доли успеха, выпавшего на долю Нотча.
Невероятно разбогатев, Нотч явно заскучал, стал жаловаться, что не может найти достойного применения своим талантам. От скуки, наверно, вступил в борьбу идей на стороне крайне правых, стал в последнее время одним из пророков движения трампистов под названием Qanon, обвиняющих демократов и либералов в педофилии (без всяких мало-мальски серьезных доказательств) и предвещающих «шторм» и «великое пробуждение» — победу Трампа над «глубоким государством» и расправу с его противниками. Видимо, сначала в США, а потом и по всему миру. На мой взгляд, вера в такие теории заговоров, мягко говоря, не свидетельствует о большом интеллекте. И кстати, некоторые адепты этого движения позволяют себе рассуждать и на финансовые темы, мня себя специалистами и пророками и в этой области. Высказывают, например, мнение, что из-за проклятых либералов в современном мире вообще нет «настоящих денег».
Случай Нотча и подобных ему в условиях принципиально новых возможностей, создаваемых интернетом, — это все же исключение, подтверждающее правило. Правило же остается прежним: чтобы преуспеть в любом бизнесе, нужно кропотливо изучать рынки, глубоко понимать те механизмы, которые вы собираетесь использовать, создавая деньги. И непременно в итоге необходима любовь к самому делу. А дело, между прочим, по-английски — бизнес. Но для начала: нужны решимость и терпение. Потому что и в делах денежных, как и всех других, действует формула Хемингуэя: «Вялое любопытство не имеет ни права, ни сил чем-либо владеть». С другой стороны, если за стремлением разбогатеть стоит лишь больное самолюбие и комплексы, жгучее желание любой ценой быстро самоутвердиться, то одного этого, скорее всего, окажется недостаточно. Если вы будете мечтать только о результате, не разобравшись как следует в процессе, не научившись получать от него удовольствие, то вас могут ждать большие неприятности. Кто не рискует, тот, как известно, не пьет шампанского, но и рискующий без толку и разбору, бесшабашно, тоже, скорее всего, останется на пиве и воде, а то и закончит тюремной баландой. И при всем при том, увы, элементарное хотя бы везение тоже остается важной составляющей успеха.
Впрочем, нормальные правила и формулы мало применимы к ненормальным обществам, где самый прямой и легкий путь к богатству — воровство и коррупция. Но обычно такие общественные устройства долго не выживают, заканчивая катастрофой.
Неравенство как угроза капитализму
Самое убийственное проявление неравенства, до крайности раздражающее общественное мнение, — это статистика продолжительности жизни. Богатые, оказывается, живут не просто дольше, а ошеломляюще дольше бедных даже в самых благополучных странах. Например, самые богатые — пять процентов мужского населения Британии — доживают до 96 лет, а беднейшие умирают на 34 года (!) раньше. Самые состоятельные женщины живут по 98 с лишним лет — на 31 год больше, чем беднейшая группа. Причем до 1993 года разрыв сокращался, а потом опять стал расти. Логично предположить, что похожая ситуация должна существовать и в России (статистические данные на этот счет отсутствуют). Во времена советской власти контингент Четвертого главного (правительственного) управления при Минздраве СССР тоже жил ощутимо дольше, чем «простые советские люди», но все же такой гигантской пропасти не было.
Накануне явления миру коронавируса десять процентов населения Британии владели сорока пятью процентами общественного богатства. При этом тридцать процентов в нижней части пирамиды — всего двумя. И наконец, десять процентов, находящиеся «на дне», живут «в минусе», их долги превосходят размеры принадлежащих им активов — в среднем на 4900 фунтов на семью. (Это данные Национальной статистической службы.)
Что характерно: предыдущий кризис 2007–2009 годов привел к дальнейшему росту неравенства. Увеличение денежной массы в обращении в сочетании с низкими процентными ставками кредита позволило привилегированной верхушке нарастить свои активы, низам же не досталось почти ничего. Есть основания подозревать, что посткоронавирусная рецессия может еще более усилить эту тенденцию.
Еще хуже дело обстоит в США. А ведь в конце XVIII — начале XIX века американцы гордились тем, что в их молодой стране не было вопиющего материального неравенства, характерного для Европы. Между богатыми и бедными существовал относительно небольшой разрыв. «Может ли любое состояние общества быть более желательным, чем это?» — говорил автор Декларации независимости, третий президент США Томас Джефферсон. И с ним были согласны и другие отцы-основатели молодого государства. Увы, Соединенные Штаты далеко ушли от этого общественного идеала, превратившись в образец неравенства чудовищного. Привилегированный один процент населения получает 20 процентов всего дохода. Это примерно та же пропорция, что существовала в ХIХ — начале ХХ века. Причем к 1950 году доля сверхбогачей в национальном «пироге» сократилась больше чем вдвое. Произошло это во многом в результате Второй мировой войны. Но затем сохранялась на этом же примерно уровне довольно долго — до начала 80-х. А в наши дни, по крайней мере в США, опять дошла почти до той же одной пятой.