Андрей Остальский – Новая история денег. От появления до криптовалют (страница 61)
Но ведь такого в жизни не бывает…
Часть пятая
Богачи, бедняки и пророки
Секрет: как разбогатеть
В популярном телесериале «Миллиарды» беседуют двое воротил Уолл-стрита. Один из них на подъеме: бизнес растет, и прогнозируется существенный рост доходов. Второй, наоборот, проигрывает крысиную гонку, его хедж-фонд терпит убытки и должен закрыться. «Сколько тебе останется после закрытия?» — спрашивает первый. «Сорок миллионов (долларов)», — отвечает второй. Первый заявляет, что для миллиардерского образа жизни это копейки, которых надолго не хватит. Второй согласен, он удручен, он в депрессии, чувствует себя полным лузером-неудачником, потерпевшим сокрушительное поражение в жизни. «Я разорен!» — трагически объявляет он. Разорен?! С сорока миллионами в кармане?
Сумма как таковая не имеет значения, несчастный рухнул с вершины пирамиды и, как ему кажется, пал невыносимо низко. Мучительное ощущение недовольства и уныния чаще всего возникает не от материальных условий существования, а от опасения, что эти условия могут ухудшиться и мы ничего не сможем с этим поделать.
Ясно, что богатство — дело совершенно необъективное, и каждый из нас, в разных обстоятельствах и на разных этапах своей жизни, вкладывает в это понятие совершенно разный смысл. 500 тысяч долларов для вас — это богатство? И если нет, то сколько? Миллион? Десять миллионов? Или настоящее богатство начинается для вас с миллиарда долларов?
Юморист Уилл Роджерс сформулировал это так: «Когда денег достаточно? Когда их немного больше, чем сейчас». Не понимаю, что здесь смешного. По-моему, так просто очень точное психологическое наблюдение, почти универсальное. Наверняка вы и сами с этим в жизни сталкивались. Вот, кажется, эх, если бы я только получал не двадцать тысяч, а двадцать пять! На все бы мне хватало… Потом тяжким трудом добиваетесь повышения, вот они, даже уже не 25, а все 30 тысяч, и что же? А ничего, опять не хватает. Потребности как-то незаметно выросли. Нет, не тридцать нужно, а сорок. И вот уже и сорок позади, и пятидесяти стало почему-то не хватать, а потом и ста. Роман Абрамович, наверно, думает: эх бы мне всего пару миллиардов лишних, вот бы я развернулся!
Поэтому вполне законен такой, например, подход: истинное, настоящее богатство не в том, что ваша собственность оценивается шести-, семи-, восьмизначными суммами. По-настоящему богат тот, у кого богатая жизнь. А это значит — разнообразная, интересная, достаточно сытая и комфортабельная, это уж само собой. Но добывание денег не должно занимать слишком много вашего времени, иначе вы не богач, а раб. Что толку в больших деньгах, если вы не можете с их помощью обеспечить себе достойный образ жизни? Если у вас не остается времени на любовь, на семью, на воспитание детей, на хобби, на прогулки по берегу моря, на книги, фильмы, концерты?
Мой самый богатый английский друг — назовем его мистер Вильямс — замечательный, интеллигентный, удивительно тонкий и деликатный человек. Может быть, именно потому, что он не «новый англичанин», а «старый». Не в смысле возраста, а в том отношении, что мультимиллионер в третьем или четвертом поколении, что его отец и дед заседали в палате лордов, что он — «старые деньги», а не новые. Мог бы, конечно, изображать аристократическое высокомерие, но родители не так его воспитали. Они внушили ему, что чваниться богатством и родовитостью стыдно. Если и есть в нем скрытый снобизм, то он проявляется именно в нарочитой небрежности одежды, в презрении к моде, предпочтении старых, видавших виды автомобилей новым. Иногда, на мой взгляд, заходит в этом слишком далеко, когда носит свитера с протертыми рукавами или приспущенные от ветхости, хоть и безупречно чистые носки.
Мистер Вильямс вполне счастлив в семейной жизни, но он — самый богатый, но и самый грустный среди моих английских друзей. В его глазах прячется постоянная, неизбывная печаль. Стоит ему расслабиться, чуть-чуть забыться, и она вылезает наружу. И вот я думаю: насколько это может быть связано с тем, что он родился сразу очень богатым? В мире не было ничего такого, чего не могли бы позволить себе его родители или позднее он сам. Каково это — расти в сознании, что в материальном мире, по крайней мере, ему не за что бороться? Захочет пароход — будет пароход, самолет — так самолет… Хоть пять «роллс-ройсов», хоть десять… И какое это имеет значение?
Семья мистера Вильямса создала одну из всемирно известных компаний в области издательского дела. Когда после университета пришла пора, он пошел в эту компанию работать и после коротких стажировок в разных ее подразделениях да пары бизнес-школ стал одним из ее исполнительных директоров. Не главным, но ключевым надзирающим оком семьи — владельцев блокирующего пакета. И каково это было, думал я, знать, что если не проявишь признаков клинического идиотизма (именно в медицинском смысле слова), то непременно будешь директором — не потому, что талантлив, а потому, что так заведено. Можешь сколь угодно быть умен и замечательно вкалывать — все равно этого никто не оценит, ты же не за то в командное кресло посажен. И это было, конечно, несколько печально или, по крайней мере, скучно. И потому мистер Вильямс своей работой немного тяготился, может быть, даже очень тяготился, но тщательно это скрывал, только друзья могли что-то заметить с близкого расстояния. Но что было делать: больше никто не мог заменить его, а кому-то нужно было представлять интересы семьи в бизнесе. Старший брат мистера Вильямса, вполне, кстати, тоже симпатичный, способный и неглупый человек, сразу же заявил, что бизнес не по нему и он намерен делить свое время между воспитанием детей и выпиливанием лобзиком, в каковом деле он достиг немалого совершенства. И все же с каким облегчением мой друг ушел в отставку, когда семья постановила продать свои акции и полностью отойти от управления компанией! Теперь он посвящает себя жене и двум замечательным, скромным и серьезным детям, а также, чтобы не пропадали втуне накопленные знания и опыт, сугубо на общественных началах трудится консультантом в нескольких благотворительных обществах. Он прекрасный семьянин и верный друг, но богатство не сделало его счастливым.
Еще судьба меня столкнула с парой российских «олигархов». Они, конечно, self-made men, создали себя с нуля. Дружить с ними оказалось нелегко — в общем-то, даже невозможно. Но мне удалось разглядеть, что люди они, в общем-то, счастливые — но счастливы они вовсе не тогда, когда тратят свои бешеные деньги. Это им как раз, в общем-то, скучно, даже тоскливо. Хотя швыряют суммы туда-сюда, потому что социальные условности их круга этого требуют. Вопрос престижа. Но делают это скорее с плохо скрываемым отвращением. Счастливы же они по-настоящему только тогда, когда в бешеном азарте деньги делают, подбираются к очередному миллиарду. Люди они умные, жесткие, волевые. Наверно, кроме того, им очень сильно повезло — они оказались в нужном месте в нужный час. Но повторю: они счастливы не потому, что богаты, а потому, что страсть к деланию денег, сам процесс, делает их счастливыми. Ненадолго, правда, потому что, когда цель достигнута, становится несколько грустно. Но надо ставить новую и вгрызаться в нее зубами, сражаться за ее достижение и вертеться как сумасшедшая белка в сумасшедшем колесе.
С одним из самых богатых людей планеты легендарным омахским оракулом Уорреном Баффетом я, увы, не знаком. Но про него известно, что он, живя вдали от больших городов, обходится без обязательных атрибутов богатства — они ему совсем не интересны. Он обитает в скромном небольшом доме в Омахе, штат Небраска, который купил за тридцать с чем-то тысяч долларов в 1958 году, ездит на недорогой автомашине. Все его время, вся его энергия и колоссальные таланты тратятся на процесс создания денег. Инвестирование в фондовый рынок он возвел в ранг высокого искусства, и люди едут в Омаху на так называемые «Вудстоки капитализма», чтобы иметь возможность увидеть и услышать Баффета, со всех концов земли. Его инвестиционный фонд (с 1965 года он называется «Беркшайр Хэтуэй» — Berkshire Hathaway) обрел культовый статус. Еще бы! Он, чуть ли не единственный среди себе подобных, все растет и растет, начиная еще с 50-х годов, уже в десятки тысяч раз вырос. Этот карман не меняется!
Баффет рос не в бедной, но и не слишком богатой семье, но уже в младших классах школы зарабатывал спекуляцией банками кока-колы и жевательной резинкой. В 13 лет он заполнил свою первую налоговую декларацию, получив вычет на 35 долларов в качестве расхода на капитальное оборудование — велосипед. Но уже тогда, судя по всему, деньги были для него не средством добывания земных благ, а самоцелью. То есть, по Марксу и по Аристотелю, извращение, хрематистика. Сегодня этот человек занимается большой благотворительной и общественной деятельностью. Добивается, кстати, введения запретительного налога на наследство. (Нельзя ведь отдавать олимпийские медали будущих годов детям чемпионов олимпиад прошлых, говорит он.) И сам он не собирается почти ничего завещать своим детям: с его точки зрения, каждый должен всего в жизни добиваться сам. Деньги же богачей должны в итоге вернуться обществу. Уоррен Баффет любит делиться опытом, с удовольствием раскрывает секреты — как делать деньги. Да и секретов никаких нет: в основном упорная, местами изнурительная работа головного мозга. Конечно, мозга незаурядного и умеющего управлять мощными информационными потоками — а значит, и потоками денежными. Он досконально изучает рынок, выискивая имеющие потенциал роста акции. Презирает моды фондового рынка, те самые, над которыми Кейнс издевался, называя их конкурсами красоты. Использует все те же, хорошо со времен того же Кейнса известные критерии — соотношение доходности к капиталу, прозрачность, финансовые потоки, определяет, велики ли накладные расходы и задолженности, каково состояние конкуренции и выдержит ли компания атаку инфляции. Он все время пополняет свой список высокоэффективных компаний, а потом ждет момента, когда они оказываются недооцененными биржей — часто это происходит в моменты общего падения индексов, когда паника рубит всех без разбору. И вот тогда он появляется на сцене. Все вроде бы эту технологию знают, но остальным то ли терпения не хватает, то ли жадность подводит… Один из примеров: заметил Баффет, что в небольших американских городах появилась ярко выраженная тенденция — закрываются газеты, и остается всего одна. Но зато вот эта, единственная оставшаяся, в результате исчезновения конкурентов резко увеличивает свои рекламные продажи и, соответственно, доходы. И вот стал Баффет вместе со своим главным бизнес-партнером Чарльзом Мангером находить в таких городах успешные газеты-лидеры и вкладывать в них деньги. Инъекция свежих капиталов, как правило, ускоряла этот процесс, конкуренты быстрее оказывались поверженными, а Berkshire Hathaway заработала на этом сотни миллионов долларов. Простая, казалось бы, идея, а вот никто другой не додумался. И кстати, теперь, когда интернет отнимает рекламный рынок у традиционных газет, в местной прессе с сугубо местными новостями все еще есть потребность. Но сколько же в мире напечатано книг, подробно описывающих, что надо сделать, чтобы разбогатеть. Несть им числа. Например, книга Хорста Мехлера «Деньги не пахнут». Вообще-то в оригинальном, немецком издании она называется совсем иначе — «Миллионеры, сделавшие себя сами», но российским издателям показалось, что это звучит недостаточно цинично, ведь в России общество все еще верит, что большие деньги можно зарабатывать, только если ты беспредельно безнравственен, хрематичен, так сказать. А если говорится нечто иное, так это так, сказочки для наивных. Так вот, Хорст Мехлер, опросив тучу «сделавших себя» богачей, обнаружил, что все они как один перечисляют, хоть и разными словами, 14 одних и тех же принципов, необходимых для создания состояния. Я не буду заниматься их перечислением, они достаточно предсказуемы, и, наверно, их небесполезно принять во внимание. Но если бы в них заключался действительный секрет того, как стать богатым, то, наверно, вопрос решился бы сам собой — все прочитавшие книгу автоматически входили бы в ряды олигархов и богачей. И если бы дело было только в жестокости и отсутствии нравственных ограничений, то, надо думать, в России богачей было бы очень много. Да и не только в одной России, конечно. Так что дело не в этом. Секрет заключается в том же — что никакого секрета нет. Один способ разбогатеть — это получить наследство или выиграть в лотерею, ну, или случайно набрести на какую-нибудь золотую (или нефтяную) жилу, разбогатеть, не понимая, что делаешь, без особого труда. В силу слепого случая вовремя купить биткоины и вовремя их продать: предсказать движения курса криптовалюты невозможно, но если тупо повезет, то да, можно невероятно быстро разбогатеть, только шансы на такое тупое везение ничуть не больше, чем на выигрыш в лотерею. Такое богатство мало того что требует сверхъестественного везения, когда один шанс из миллионов, так еще и счастье редко приносит. По наблюдениям, случайные миллионеры не знают, что делать с неожиданно свалившимися на них деньгами. Они быстро разбазаривают эти состояния, теряя в процессе друзей и близких, утрачивая присущий им образ жизни и не приспосабливаясь к новому. Спиваются, стреляются, делаются наркоманами. Или просто доживают жизнь в тоскливом одиночестве.