Андрей Остальский – Новая история денег. От появления до криптовалют (страница 44)

Что это было? Ошибка? Безумные последствия компьютерной высокочастотной торговли? Или злой умысел, вольно или невольно продемонстрировавший опасности деривативных контрактов на крипто? Никто ничего вразумительного сказать не может. Понятно только, что во фьючерсах цены могут падать почти до нуля или взлетать до космических значений, и кто-то может мгновенно на этом богатеть, а кто-то разоряться — и шансы погореть куда выше, чем и без того в опасных, но более, уже чуть более традиционных деривативах.

Но зачем же, скажете вы, разрешается такое безобразие, такая спекуляция, не имеющая ничего общего с нормальной экономикой? Производные контракты от криптовалют — это непонятная, пугающая новинка, в которой пока очень трудно разглядеть позитивную сторону. Но в остальных деривативах есть, теоретически, некий смысл. Во-первых, с точки зрения инвестора, во-вторых, с точки зрения макроэкономики.

Можно порассуждать так. Вот вы застраховали свою жизнь — в самой обычной, не виртуальной страховой компании. Тем самым вы фактически заключили пари со страховщиком — поставили деньги на то, что умрете раньше какого-то срока. Страховая же компания, наоборот, ставит на то, что вы проживете долго и ваши взносы окупят возможную выплату (а при определенных условиях, при так называемом срочном страховании, так и вообще ничего платить не надо будет — плакали ваши денежки!). Но если вы это «пари» все-таки выиграете — то есть умрете достаточно рано, — то ваши близкие, по крайней мере, получат кое-что со страховой компании. Чем вам не фьючерс, чем не своп. И еще вы можете считать, что прохеджировали убытки своей семьи на случай потери кормильца. Но, кстати, и вполне традиционная игра на понижение или повышение на фондовой бирже разве не есть тоже и предтеча, и прообраз фьючерсного контракта?

Приходится рядовому потребителю, не имеющему понятия, что такое дериватив или криптовалюта, все чаще иметь дело тем не менее с головоломными финансовыми продуктами. Вот только что на мой стол приземлилась брошюра одного достаточно уважаемого валютного брокера (чтобы не заподозрили в рекламе, давайте назовем эту компанию «Инвалюта сервис»). Она предлагает обменивать деньги и переводить их за границу на весьма льготных, по сравнению с банками, условиях. Среди прочего имеется и вот какая услуга: если вас беспокоят слухи, что курс евро в ближайшее время будет расти, то вы можете зафиксировать курс обмена на нынешнем уровне. Назначив при этом любую дату для самого обмена в будущем — но не больше чем на два года вперед. (Такой тип фьючерсного контракта, с жестко определенной датой взаимных расчетов, именуется форвардным). Никаких дополнительных взносов «Инвалюта сервис» при этом не требует. Только вот сегодня же необходимо будет внести депозит — десять процентов…

«Ага, — воскликнет умудренный тяжким жизненным опытом россиянин, — так это, наверно, кидалово! Возьмут десять процентов за просто так, и ищи их свищи в виртуальном поле!» Нет, в данном случае никто вас кидать не собирается. Это не наперсточники. Другое дело, что если вы не угадаете динамику движения курса, то можете сильно переплатить за свой обмен. А если угадаете, то, наоборот, сэкономите. «Инвалюта сервис» играет с вами в «угадайку» — причем на неслабые деньги. Сама компания, особенно в том случае, если наберется достаточно много желающих воспользоваться ее «форвардом», примет меры, чтобы подстраховаться, подхеджироваться. Например, купит опционы на приобретение евро по более низкому курсу. Или продажу фунтов или долларов — по более высокому. А опцион, он чем хорош — это ведь право, а не обязанность. Можете купить (продать), а можете и не воспользоваться этим правом, в зависимости от конъюнктуры. Или еще пример: на финансовых страницах британских газет стали появляться вот какие предложения. Инвестиционный фонд, тоже с вполне приличной репутацией, предлагает взять ваши денежки под очень высокий процент — гораздо выше, чем вы можете получить в банке. То есть раза в два! Крайне соблазнительно. Но надо внимательно читать «мелкий шрифт»: где тут засада? И она, разумеется, есть! Процент-то вам обеспечат, но вот ваш основной капитал защищен, да не очень. Условия такие — во-первых, вы не можете трогать свои деньги на протяжении пяти лет, во-вторых, на протяжении всего этого срока главный биржевой индекс лондонской фондовой биржи «Футси-100» не должен опуститься ниже определенной отметки. А если опустится, то от вашего основного капитала могут откусить такой большой кусок, что на выходе вы получите меньше денег, чем вложили, и никакой высокий процент вас уже не спасет. Это «пари» опять-таки вполне честное — потому что индекс, скорее всего, слишком низко не упадет. Но исключить такого драматического оборота событий полностью тоже нельзя. То есть вы, вместе с фондом, играете против всемирного экономического спада, и фонд фактически предлагает вам разделить его риски — и поучаствовать в прибылях в случае удачи. Играть в эту игру можно и нужно — но только тому, кто может позволить себе рискнуть (в разумных пределах) некоторой частью своих инвестиционных средств. Я вот, например, не могу. Который день уже сижу и ломаю голову, что мне делать с моими (весьма скромными) накоплениями. Ведь приличной пенсии я себе явно не заработаю, так что на эти накопления — вся надежда. И жуткое дело: каждый день, что они лежат в банке на обыкновенном текущем счете, инфляция откусывает от них кусочек — с каждым днем я становлюсь беднее! А ведь и так фунт стерлингов в результате Брекзита упал очень ощутимо по отношению и к доллару, и к евро, да и ко всем другим основным валютам. А тут еще ходят разговоры о том, что вызванный коронавирусом кризис еще сильнее по британской валюте ударит. Что цены на товары первой необходимости начнут неудержимо расти. Так что же, может быть, мне действительно воспользоваться предложением «Инвалюта сервис» да и «поставить» все на евро (то есть, по-простому, поменять все, что у меня есть, на общеевропейскую валюту и потом сидеть и ждать момента, когда будет смысл менять назад)? Но нет никакой уверенности в том, что я хотя бы «останусь при своих». Другой, еще более рискованный вариант — вложить деньги в акции, сыграть на бирже. Но биржи лихорадит.

Конкурсы красоты и радиоактивные осадки

Помню, как в разгар предыдущего кризиса 2007–2009 годов моя коллега-итальянка рассказывала, как она с мужем вложила семь тысяч фунтов в так называемую «айсу» (ISA) — один из частных инвестиционных фондов, в которых, по решению британского правительства, прирост капитала освобождается от налогов. Делается это для привлечения средств трудящихся в фондовый рынок. Способ строительства этакого народного капитализма. Чтобы далекий от биржи простой люд богател и экономика росла быстрее. И вот под руководством опытных и очень высокооплачиваемых менеджеров фонд три года трудился, менеджеры вкалывали без выходных, в пять утра вставая, крутили вверенные им трудовые сбережения, изучали компании, искали недооцененные, с высокой ликвидностью, с добротным соотношением цены к доходам… И что же в итоге? В итоге коллега действительно никаких налогов не платила, но и получила на выходе всего три тысячи фунтов. Семь вкладываешь, три получаешь? Нет, такой способ умножения благосостояния мне явно не подходит. Какое-то поле дураков, ей-богу. Лиса Алиса и кот Базилио. Особенно обидно, что на самом деле — никаких котов и лис. Специально никто никого не обманывал и даже в опасные деривативы не играл. Прямолинейное, примитивное такое вложение — не то что ванильное, а просто сливочное по своей простоте, я бы сказал. Одна только беда: выбрали высокоумные менеджеры набор акций, потерявший за три года почти 60 процентов своей стоимости. И мелким шрифтом в контракте у моей неаполитанки было, конечно, написано предупреждение: стоимость вашего пакета может как вырасти, так и упасть, в зависимости от ситуации на рынке. Насколько внимательно она этот шрифт читала, не знаю. Думаю, что больше всего на нее подействовал тот факт, что в предыдущие три года дела у фонда шли блестяще и все на него подписавшиеся немало заработали, причем весь их навар был действительно полностью освобожден от налогов. Но это все происходило в прошлый бизнес-цикл, явно подошедший к концу. Потом фондовые биржи опять принялись расти и расти, а с ними вместе и скромные вложения миллионов трудящихся. Но что с ними будет теперь, в загадочную и пугающую посткоронавирусную эпоху? Не хотел бы оказаться Кассандрой, но на язык просятся страшноватые прогнозы. Боюсь, никому мало не покажется. Или, наоборот, до обидного мало покажется людям, когда они будут получать причитающиеся им жалкие остатки от их вложенных в фонды трудовых накоплений, превращенных кризисом в пыль. Некоторые предрекают чуть ли не биржевой крах! Но что же тогда делать? Может, выбрать какую-нибудь хитрую, крутую компанию, например такую, которая занимается строительством жилья в Шанхае? Уж ее-то акции точно должны дорожать и дорожать, разве нет? (Но это все теория, а на практике с этой компанией — и с моими деньгами — может случиться все что угодно; и вообще, золотое правило инвестора: никогда не вкладывай денег в бизнес, который не понимаешь и не знаешь, причем желательно досконально. Как я уже писал, относится это и к вложениям в криптовалюты.) Или, может, доверить сбережения фармацевтическим фирмам? Ведь смысл их бизнеса ежу понятен: даже во время спада люди будут покупать лекарства. Тем более это направление кажется перспективным в эпоху коронавируса. Но, с другой стороны, у фармацевтов случаются иногда большие неприятности, когда с грохотом запрещают какое-нибудь знаменитое лекарство, у которого оказались какие-нибудь чудовищные побочные эффекты. Тогда их акции так летят вниз — костей не соберешь! И как можно угадать, какая из них отличится и первой получит качественную и безопасную вакцину против COVID-19? В табачную промышленность не могу вложить денег по принципиальным соображениям. По-крупному вложиться в биткоины? Нет, не готов, там по-прежнему волатильность как на американских горках. Так, может, в банки? Ну нет, после того, что случилось с банками в предыдущий кризис, после проблем с гнилой ипотекой в США да ужасов с «Сосьетэ Женераль»… Нет!