Андрей Осипов – Сатирический роман Двойник (страница 4)
– У-у-у-у, – загалдели пролетарии, оживляясь.
Многие считают, что клей БФ, сделанный, как утверждают химики, на основе модифицированных фенолоформальдегидных смол по ГОСТу 12172–74, предназначен для склеивания различных поверхностей и отличается высокими прочностными характеристиками. Может быть, это так и есть. Но те, кто работал на заводе в старые времена, где этот клей применялся, хорошо знают, что предназначен он вовсе не для склеивания каких-то там поверхностей, а для опохмелки пролетариев, у которых нет денег, чтобы опохмелиться как положено – водочкой. Ну и, конечно же, не в чистом виде, как это сделал слесарь Мишка, который потом долго бегал в сортир и ужасно кричал, раздражая работающих, а после нехитрой технологической обработки. Это знает любой технолог, даже не имеющий высшего образования. Всё очень просто: надо добавить в клей немного поваренной соли, хорошенько перемешать, подождать чуть-чуть, и сразу же под станок. Лучше использовать длинную фрезу, а не сверло, но можно и сверло. А где нет станка, сверло можно крутить дрелью. Через несколько минут вся смола накручивается на сверло, достается и выбрасывается. А в ёмкости остается роскошный, крепкий, правда, немного солёный и мутный напиток – мотня. Или, как его ещё называют в народе: «Борис Федорович». Из пяти литров клея можно запросто получить пол литра Бориса Федоровича.
– Готово! – констатировал Сергей Сергеевич и нажал красную кнопку “Стоп”. Все облегченно вздохнули. Сергей Сергеевич аккуратно вынул из станка фрезу с огромным комом накрученной на неё резины, потряс над жестяной банкой с мотней, чтобы сбить последние капли, и откинул в угол.
– Ну, Сергич, ты клей притащил, ты первый и пьёшь! – сказал парень в тельняшке, аккуратно наливая из жестянки в гранёный стакан.
Сергеич взял стакан и, стараясь не расплескать драгоценную влагу, спросил:
– А зажрать?
– Откуда, Сергеич? Мы мануфактуркой, – улыбнулся парень, показывая замасленный рукав тельняшки.
– Я без закуси не могу! – отрезал Сергеевич. – Не приучен. У меня есть чуть-чуть, но на всех не хватит. Пардонтий! – он достал из кармана четверть сушки. Шумно выдохнув, он быстро, в четыре больших глотка опорожнил стакан. Вдохнул. Опять выдохнул. Быстро бросил в рот кусок сушки и стал её разжевывать.
– Эх… жизня́! – удовлетворенно протянул он. Сергеич был мастер. Мотню он пил красиво. Опытно. Кто помоложе, того закрутит: мимика, отрыжка, дыхание собьёт… Сергеича – никогда! Одно слово – мастер.
После первого стакана народ оживился. Языки развязались – отпустило. Начался шум и гомон.
– А всё-таки, Сергеич, мотня резиной попахивает, – заключил парень в тельняшке.
– Дурак ты! – бросил ему Сергеич, блаженно улыбаясь. – Галошиками пахнет! Не резиной!
Быстро перекурив, дали вдогонку по второму стакану. Четвертушку сушки Сергеич разделил на пятерых – на всех. Через некоторое время твердо стоять на ногах не мог никто. Карпыч, не привыкший к таким сценам, стоял, как во сне. Внезапно в мастерскую вошел завгар. Быстро оценив ситуацию, он сразу направился к Сергею Сергеичу.
– Ты, Сергеич, завязывай моих слесарей спаивать! – строго вставил завгар. – Они и без тебя мастера выпить. Он опять БФ приволок! – обращаясь уже к Карпычу, сказал завгар.
– Как же вы пьете эту дрянь? Сергеич? – возмущался завгар. – Вот посмотри, Мишка язву же заработал!
– Мишка – дурак, – медленно, как бы нараспев, проговорил Сергеич, – он же технологию не соблёл.
– Ну всё равно. Это же клей! Бурда, гадость! – горячился Карпыч.
– Да что ты в жизни понимаешь? Пацан! – так же благодушно, нараспев молвил Сергеич. – Гадость? – он ухмыльнулся. – Мёд… И мёд! Эх, жизня́…
– Мёд и мёд, – задумчиво и медленно повторил Карпыч, потом плюнул и быстро вышел из бокса.
– Карпыч, – прервал воспоминания Михаил Потапович, – ты помнишь, как на заводе работяги «Борис Федорыча» готовили? Сергей Сергеевич мастером был по этому делу… Прав был старик! Грёбаная жизнь, – Михаил Потапович поморщился, – так этот «Борис Федорыч» перед нынешней водкой, что у нас сейчас продают, действительно мёд.
– Да… Прав был Сергей Сергеевич… Помнишь, когда он перебирал, спал всегда под табличкой «При пожаре выносить в первую очередь!» – Карпыч оживился.
– Миш! Там в холодильнике, на нижней полочке… Достань… Тут по одной рюмке уже осталось…
– Ты что, Карпыч? Хватит уже…
– Не пьет только килька, потому что она закуска. Давай коньячком полирнем. По рюмочке. У меня есть «Арарат» и «Белый аист». В дорогом магазине куплены. Какой наливать?
– Слаб человек, – махнул рукой Михаил Потапович, – давай по «Араратику».
Карпыч открыл бутылку и налил коньяк по рюмкам. Михаил Потапович пригубил и закашлялся. Карпыч выпил и поморщился.
– Нет! – закашлялся Карпыч. – Давай «Белый аист»! Махнув «Белого аиста» закашлялся и Карпыч. – Какая дрянь! Нет Миш, давай лучше «Арарат». Михаил Потапович встал, молча взял обе бутылки и вылил их в раковину.
– Банкет закончен! Мне завтра знаешь куда? – Михаил Потапович сделал серьезное лицо. – В Кремль!
– Зачем в Кремль? Ты же не рассказал ничего! Зачем приехал-то? – он вопросительно посмотрел на Михаила Потаповича.
– Пока ещё сам не знаю, – ответил Михаил Потапович, – звонят с предприятия – срочно явитесь в первый отдел! – Михаил Потапович подцепил на вилку маринованный грибок. – Пришёл: здравствуйте! Мужик какой-то незнакомый, говорят из Москвы, крутил меня, вертел, фотографировал, расспросил обо всём: чем занимаюсь сейчас, какие у меня мысли о текущем моменте, о демократии.
– А зачем это всё? Опять в Америку зовут? – поинтересовался Карпыч.
– Не знаю! Я спросил, говорит: «Вам, товарищ, может быть, будет поручено одно очень важное задание! Государственной важности с очень хорошей материальной составляющей. Это если Москва Вас утвердит». Что за задание, какое? Ничего не объяснил… Наши, заводские «Молчи-молчи», тоже ничего не говорят. Я же их всех, сколько лет знаю. Колитесь, говорю! Какие тут секреты теперь, сами же всю документацию секретную по нашим ракетам куда-то за границу отправляли! «Отправляли! Но мы люди в погонах – нам приказали – мы и отправили… А по поводу тебя сами ничего не знаем!»
– И что дальше? – с интересом спросил Карпыч.
– Что дальше?! Через неделю вызывают опять: «Вот тебе, Потапыч, билет до Москвы, вот повестка в Кремль – завтра выезжаешь… Не опозорь нас там! Удачи тебе!» – Вот я тут!
Карпыч с интересом разглядывал повестку.
– Да… Первый раз про такое слышу: ну, в суд, в прокуратуру… Но в Кремль?!
– Ладно, Карпыч, давай по последней и на боковую… Мне надо завтра в полной боевой готовности быть! – Михаил Потапович разлил остатки водки по рюмкам. – Давай выпьем за нас, за наши семьи, за детей и внуков. Пусть у нас будет всё хорошо!
Они чокнулись, выпили и стали устраиваться спать.
Глава 3. Кадровый вопрос
В большом кабинете собралось очень много людей. Это был кремлёвский кабинет Шулера. Помимо него, сидевшего во главе стола для заседаний, было ещё человек шестьдесят-семьдесят… Присутствовало руководство страны: обсуждался очень важный кадровый вопрос. Был и Секретарь, и фёст-министр Хайдар, и Рыжпейс, и Бурдалис, и люди из Администрации… Президент, разумеется, отсутствовал. Его мало занимали государственные дела, у него были другие интересы… Все собравшиеся являлись приближенными людьми руководства страны: друзья, бывшие сослуживцы, родственники… Публика была очень даже разношерстная. Все внимательно, даже с трепетом, слушали и делали пометки в блокнотах.
– Ну что Вам сказать? – доктор Шулер внимательно посмотрел на собравшихся, – Очень рад всех вас видеть. Вас – патриотов, борцов за демократию в своей стране! Вас, которые возглавят демократические реформы, займут ответственные посты в правительстве и парламенте. Тут нет случайных людей. Каждый получил очень хорошую рекомендацию от руководства страны. Оно знает вас по прежней партийной и комсомольской работе, гарантирует вашу честность и преданность делу демократии. Все вы уже прослушали краткий курс лекций по изучению Плана демократизации России. Поскольку по этому документу мы будем жить на протяжении не одного года, внедрять в жизнь его Положения, вы должны знать всё назубок! Как известно, в Плане подробно описаны все возможные сценарии развития событий в стране, различные варианты перехода к победе демократии и способы их решения. Включая даже мелочи, – доктор Шулер похлопал по нескольким большим томам, лежащим перед ним на столе. – Я коротко остановлюсь на основных положениях этого Плана, способах и методах, выслушаю ваши вопросы, если таковые появятся, и дам соответствующие инструкции.
Итак! Вы все прекрасно знаете, что образовавшаяся на границе Европы и Азии империя, уже не одну сотню лет представляет огромную опасность для всего демократического человечества! Это империя зла и хаоса, и её необходимо разрушить! Тем более что она обладает огромными запасами сырья. Нефть, газ, полезные ископаемые, металлы, лес, вода… Чего тут только нет. На протяжении столетий делались неоднократные попытки силой разрушить её. Но, учитывая странности и своеобразие народов, населяющих империю, эти попытки, ни чем хорошим не закончились. Напротив, привели даже к укрупнению и увеличению этой самой империи. Когда-то давно татарские монголы почти поработили и разорили эту страну, когда она и империей-то ещё не была. Почти все европейские народы ходили войной на неё – и ничего. Но постепенно демократически настроенные народы стали менять тактику: заслали шпиона-предателя в бронированном вагоне. Партийная кличка – Лысый! И он устроил переворот. Коммунистический. – по кабинету прошел ропот. – Да! Я понимаю, что почти все вы раньше были коммунистами и комсомольцами, иначе и быть не могло, иначе бы вы сидели в деревне и пахали картошку с капустой. Я понимай! (разговор у доктора Шулера был чистый, ровный и без акцента, но иногда он сбивался). Без партбилет – хода нет! Но правда – есть правда! И дискутировать я не буду. Этот правда, который я уже сказал, исторический, и переписыват ми его не будем. Этот правда – на века! – он грозно посмотрел на притихших людей в кабинете, – Итак. Много добра этот шпион сделал, много хорошего. Он и раздавать земли начал другим, демократическим, государствам, с религией боролся, нещадно уничтожал своих врагов: казалось, ещё немного, и разорит полностью эту страну, можно будет всё забрать голыми руками… Но не успел, к нашему разочарованию, и помер от нехорошей болезни. А его место занял очень дикий человек, несговорчивый. Партийная кличка – Кобра. Он с гор пришел. Этот дикий тоже добрые дела делал по развалу империи, генофонд нации уничтожал, громил всё подряд… Но так увлекся, что сделал всё наоборот. Опять империя усилилась, появилось ядерное оружие, очередную большую войну выиграли… Ничего не поймёшь…После смерти Кобры начался застой. Делать ничего не делали, только нефть качали да ордена друг другу вешали. Да грозили коммунизм везде построить. Но мир не без добрых людей. Нашелся один хороший человек, господин Лысачёв, который всю эту систему стал ломать. Великий демократ и либерал. Побольше бы таких. И взял за это совсем недорого. Правда, человек малообразованный, очень любит деньги и славу. Из крестьян. Жаден до чрезвычайности! Хорошо, что цен настоящих не знает. Ну вот… Империя рухнула с его лёгкой руки, и наша сегодняшняя задача – укрепить успех, развить его и сделать окончательным и бесповоротным! – доктор Шулер обвел взглядом собравшихся. – Это главная задача, которая стоит перед вами.