Андрей Орлов – Бастард Императора. Том 25 (страница 11)

В этот момент бой наверху прекратился, и две фигуры опустились перед ней.

— Закончили? — спросила Таня, поднимаясь и видя довольные лица.

— Ага, — кивнул Сергей. — А твои успехи как?

Таня вытянула вперёд руку, потянулась к мана-потоку — и в её ладони начала стремительно собираться молния. Она внимательно следила за реакцией на лице Сергея.

Тот вдруг как-то нервно усмехнулся, чем немного её напугал, и ответил:

— Вообще-то… это не должно так быстро получаться… Все вы действительно неогранённые алмазы.

Видя улыбку Тани, я погладил её по голове. Такое и правда не осваивают на таком ранге так быстро. Тем более на уровне мастера. Она — редкий уникум.

Портал открылся, и мы вернулись. На той стороне нас уже ждали с очередным отчётом с фронта. В последнее время Китайская империя сильно активизировалась. Бои участились, что отвлекало, но с этим ничего нельзя было поделать.

Зато радовало другое — в сумме у меня теперь около двух тысяч бойцов, а не тысяча, как раньше. После того, как мы выстояли у китайского города, желающих присоединиться не поубавилось — наоборот, словно прорвало.

Каждый хотел стать сильнее.

Дела по землям и войне заняли меня до самой ночи, и ко сну, из-за бумажек, потому что Гриша и Тина тренируются, я шёл уже выжатым. Войдя в комнату, увидел Аню. Девушка стояла у окна, одетая в махровый халат и глядя наружу.

Аяна снова в разломе. На волне своего успеха она решила не останавливаться. Вообще, обе — и Аня, и Аяна — почти всё время проводили в разломах, но каждую ночь одна из них всегда возвращалась. Видимо чтобы я не оставался один в постели.

— Серёжа, — произнесла Аня, поворачиваясь ко мне и я вновь увидел на её лице тень сомнений.

— Что такое? — я подошёл ближе.

Она смотрела на меня взволнованно, в глазах вспыхивало и гасло что-то упрямое.

— Я знаю, что ты силён. Знаю, что мы сильны, но… — Аня запнулась, отвела взгляд, но почти сразу, будто заставив себя, снова посмотрела мне в глаза. — Я поговорила с девочками. Они не против. Остался только ты, и последнее решение в любом случае за тобой.

— Я слушаю, — произнёс я серьёзно.

Она глубоко вдохнула, словно собираясь с духом перед прыжком в ледяную воду.

— Я понимаю, что сейчас не время. Однако и дальше, скорее всего, тоже будет «не время». И поэтому… — её взгляд стал твёрдым, как никогда, — я хочу попросить тебя… Сделай меня первой матерью твоего ребёнка.

Светлана Вяземская стояла в своём кабинете у окна, придерживая штору и глядя наружу. В дверь постучали.

— Войди, — произнесла она.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Александр.

— Мама? Ты хотела поговорить?

— Да, — Светлана отпустила занавеску и вернулась к столу, пока сын закрывал дверь. — От Сергея или Гриши так и не было никаких документов?

— Нет, — ответил парень, подходя к столу. — Когда мы виделись на собрании, после моего вопроса они оба посмотрели на меня очень удивлённо. Как будто вообще забыли, что помогали нам. Потом Сергей просто махнул рукой и ушёл.

— Мальчишка… — нахмурилась Светлана. — Хоть он и помог нам, но быть таким заносчивым…

— Не думаю, что это заносчивость, — пожал плечами Александр, беря в руки папку с документами. — Скорее, они оба даже не воспринимают это как какую-то услугу. Помогли, потому что могли и потому что посчитали нужным.

Светлана отвела взгляд, поджала губы. Женщина задумчиво уставилась в стену, проворачивая обручальное кольцо на пальце пальцами другой руки. Так продолжалось несколько секунд, затем её пальцы замерли, и она опустила руки.

Сев в кресло, женщина потянулась за ручкой, подвинула к себе чистый лист и начала писать. Александр, опустив документы, с удивлением наблюдал за матерью.

Ручка скользила по бумаге, оставляя длинные строки и цифры. Светлана писала быстро, уверенно.

Когда закончила, резко отложила ручку, перевернула лист к сыну и так же резко пододвинула, затем встала и отошла к окну.

Александр взял листок и быстро пробежался глазами.

— Это же… — он осёкся и перевёл взгляд на мать.

— Мы никогда не будем оставаться в долгу, — спокойно сказала Светлана. — Я набросала примерные условия. Дальше — уже сам.

Александр снова опустил взгляд на лист, но смотрел так, словно глядел сквозь бумагу.

— И ещё кое-что, — продолжила она. — Как ты знаешь, на днях я стану высшей. Я уже ощущаю прорыв. Если волна действительно прилетит — я отправлюсь к ней.

Александр напрягся.

— Зачем? — спросил он. — Ты ведь только возьмёшь ранг и будешь не так сильна, как другие высшие. Не стоит ли…

— Саша, — Светлана резко оборвала его, твёрдо глядя в глаза. — Когда сам станешь высшим — тогда и будешь рассказывать мне, кто кого сильнее, а кто слабее.

Она медленно вновь подошла к креслу, провела рукой по его спинке и, немного помолчав, продолжила, отвечая уже на его «зачем»:

— Всё очень просто.

Светлана пошла дальше и остановилась у стены с фотографиями. Женщина посмотрела на снимок, где было всё семейство Вяземских, когда дети ещё были детьми. Пальцем коснулась рамки рядом с мужем, и тихо добавила:

— Он тоже мой сын. Пусть я и не вынашивала Сергея, пусть мы и не были в ладах, пусть я и отказывалась от него, но он — Вяземский, и доказал это не словом, а делом. Нас и так осталось немного… Я должна быть рядом с ним, когда прилетит эта волна, чтобы и ещё одного не стало…

Александр отвёл взгляд. В груди поднималось яростное желание спорить, запрещать, удержать её любой ценой. Но перед глазами всплыли недавние сцены, где оба брата стояли плечом к плечу, защищая Род.

Стиснув зубы, он выдохнул, смиряясь и с её решением, и с собственной слабостью.

— Я… понимаю, мама. Будь осторожна. И… береги брата.

— Саша, когда всё это закончится, когда опасность останется позади, мне, как высшей, придётся уйти служить империи. Род останется без сильного мага, — Светлана подошла ближе, взяла его руку и кончиками пальцев коснулась печати герба на его перстне главы Рода. — Ты помнишь, что пообещал мне?

— Помню, — тихо ответил он.

Светлана кивнула, отпуская его руку.

— Не отступай от принятого решения.

От автора.

На тему скипов (быстрого смены времени на неделю или любого другого срока) в последних главах. Да, они есть, но прошу не паниковать, что вот сейчас всё закруглится за пару книг. Нет, не закруглится. Нынешние скипы есть, потому что они нужны, чтобы не тянуть резину. И во время них вы ничего не теряете, так как вся важная информация передаётся.

История резко не свернётся. Мы с вами начали этот путь, мы с вами его закончим. Не будет: «… а это уже совсем другая история», как и не будет забыт ни один важный персонаж. Каждый будет раскрыт, и каждый получит свой конец. Как та же уже забытая вами Елена Бестужева или Виктор Вяземский.

Но при всём при этом история не будет затягиваться, так что тоже не переживаем.

А теперь личная просьба: мы с вами прошли уже действительно длинный путь, двадцать четыре книги — это немало. Я благодарен каждому из вас, за любую поддержку. Поэтому прошу поставить сердечко, кто ещё не поставил. Их процентно стоит намного меньше, чем вас читает. Поэтому если вам не трудно — потратьте секунду. Вам не сложно, нам приятно.

Спасибо!

Глава 7

Угроза, откуда не ждали. Битва за столицу

— Ты уверена? — тихо спросил я.

— Да, — она едва слышно сглотнула. — Если волна… если что-то пойдёт не так, я хочу, чтобы от тебя во мне осталось не только то, что я твоя жена. Я хочу носить в себе часть тебя. Нашего ребёнка. — Она запнулась, но тут же добавила: — И ещё… я хочу это не только из-за волны…

Жизнь всегда делится на череду выборов — правильных или неправильных.

Гоблины в разломе показали, что может произойти, если сделать один из выборов или если не делать ничего. Палка о двух концах: ты либо принимаешь и ждёшь судьбу, либо вершишь её — и есть шанс, что предначертанное не исполнится.

Не знаю, те статуи — это три возможных будущих или цепочка последствий одного решения, но даже задумываться не стану над этим.

Передо мной моя жена. И чьи желания я должен исполнять, как не её? Верить в прихоти судьбы? Вот уж нет… Из-за каких-то надумываний я не стану расстраивать ту, кто любит меня всем сердцем и душой, и готова ради меня на всё.

Не судьба определит наше будущее. Мы сами его построим.

Я поднял руку и легко коснулся её щеки. Она мгновенно прижалась к моей ладони, закрыв глаза, а потом, будто боясь, что я передумаю, шагнула ко мне, сокращая и без того небольшое расстояние.