Андрей Нуждин – Во имя справедливости (страница 38)
«Кондуктор… понимает…» – медленно и неуверенно ответил из рюкзака напарник.
– Он отозвался, да? – тихо уточнил Грамотей. Мина поймала взгляд парня и кивнула.
Возникшую паузу прервал громкий шелест, донесшийся из глубины растущей вдоль путей рощи. Потянувшийся было к рюкзаку сталкер замер.
– Ни секунды покоя, – вздохнул Слепыш и принялся перезаряжать свой АК.
– Точно, – поддакнул Баюн.
Спутники попятились вверх по насыпи, но оторопело застыли: все пути были измазаны кровью и завалены изувеченными останками. Мина хлопнула стоявшего рядом Наждака по плечу и первая пошла через разъезд.
Она хладнокровно шагала, почти не сворачивая с прямой. Из-под ее ног донесся треск попавшей под ботинок кости. Грамотея передернуло.
– Давайте сюда, живо. Кто-то пробирается к станции, вот-вот будут тут, – негромко позвала девушка. Она целилась чуть в сторону.
Такое заявление произвело на всех отрезвляющий эффект. Оскальзываясь, друзья быстро перебрались на другую сторону. Слепыш успел заметить сияющий чистотой костыль, торчавший на своем прежнем месте.
– Что, братья по квестам, страшненько? – преувеличенно бодро спросил Котэ. – Можете не отвечать, я сам в шоке.
– Хамелеон говорил, что ему пришлось исхитриться, чтобы обмануть «сиреневый туман», аномалия ни в какую не хотела уезжать. Так что Судьба сегодня к нам благосклонна, этот монстр сам свалил!
– А ты не помнишь, Слепыш, что случилось с твоими учителями потом?
– Из леса пришли брыси, – упавшим голосом отозвался парень.
Компания шумно выдохнула и ощетинилась оружием. Шелест приближался.
– Эй, сталкеры, выше носы, – вдруг просветлел лицом Домовой. – Тогда с ними Мины не было!
Мгновение спустя молодые загомонили, соглашаясь.
– Тогда вопрос: кто там шустрит? – прервал их Котэ. Неясный шум поднимался в голове, будто далекие голоса нашептывали плохо различимые слова.
«Слышишь? – спросила Мина. – Не понимаю, что это».
– Приготовиться, гости рядом, – буркнул Боцман, хмуро вглядываясь в переплетение ветвей.
Одно из деревьев будто кто-то тряхнул, полетела листва. Кусты приняли тяжелое тело почти беззвучно, но тут же зашумели ветвями, выпуская наружу неспешно двигавшуюся брысь.
В последнее время эти мутанты здорово выросли и стали еще опаснее. Они сильно напоминали обычных рысей, но были гораздо крупнее. У взрослых особей из пастей торчали клыки, шерсть на загривках и спинах топорщилась подобием игл, а глаза даже при дневном свете горели кумачовым отливом.
За первой брысью на насыпь из рощи явились еще две, чуток крупнее. Они преспокойно уселись на пушистые зады, обводя людей своими красными глазищами.
Та, что поменьше, вышла вперед и совершенно по-кошачьи попрыгала через рельсы, брезгливо отдергивая лапы от особенно нечистых участков. Два оставшихся мутанта легли на землю.
«Помнишь… меня? – раздалось в голове вздрогнувшего от неожиданности сталкера. – Искорка… спас».
Котэ ошалело смотрел, как брысь медленно приближается к нему. Мысли скакали, будто жихари, не давали собраться.
«Ты?! Тот малыш, что чуть не упал в аномалию?!» – осененный воспоминанием сталкер опустил автомат. Отряд посмотрел на повторившую этот жест Мину, стволы по очереди уставились в землю.
«Малышка… Вспомнил… Здравствуй».
«Здравствуй! Что вы тут делаете?»
«Мы… услышали… ты думал… Пришли говорить…»
«А где мама? Как она?»
«Она не… здесь… Далеко… дома».
«Подожди, вы тоже не боитесь ее? Мама не боялась», – показал на Мину сталкер. Брысь повернулась к девушке.
«Нет… зачем? Мы помним… она пожалела… и мама… говорила… хорошее».
– Что происходит? – шепотом спросил обалдевший от происходящего Слепыш. Он никогда не видел брысь так близко.
– Не мешай. Не видишь, они общаются, – солидно пояснил Боцман, хотя и сам ощущал дикое изумление.
«Снова… дерешься… снова спасаешь…» – то ли спрашивала, то ли утверждала брысь.
«Да кого?.. А, ну да, спасаю. Мой друг попал в беду и теперь уходит. Не знаю, как объяснить».
«Да… друг… Кон…дуктор? Мы не слышим… а на Искорке… слышали».
«Он перестает отвечать, все меньше говорит. Вот и идем за особенным артефактом, вдруг получится вылечить кота? Я очень на это надеюсь!»
«Я… понимаю… Удачи тебе в этом деле, Котэ! – последние слова прозвучали необычайно четко. – …Помощь… нужна опять… Зоне».
«Зоне? Но мы уничтожили лабораторию. Еще тогда, с помощью вашей мамы. Объясни, что происходит».
«Не могу… я всего лишь… брысь. Идите… спасать друга. И возвращайтесь… туда… где лаборатория…»
Брысь подошла к Мине, ткнулась лбом в бедро замершей девушки и направилась к рельсам. Догадка вспыхнула в мозгу.
«Эй, Малышка! Вас послал Легенда?»
Брысь обернулась на ходу, в красных глазах блеснула хитрая искра. Малышка гигантским скачком миновала разъезд, и три мутанта скрылись в роще.
– Зачем же она переходила по кровище, если могла сразу к нам перепрыгнуть? – спросил у Наждака Домовой.
– Не хотела пугать, – ответил за него Котэ.
В поисках утраченного «мозгоправа»
Сталкер передал разговор отряду. Вопреки ожиданиям вопросов почти не последовало, пришлось лишь рассказать новеньким о произошедших до их появления событиях.
Мина в это время бродила среди мертвых тел фанатиков и хмурилась. Она изучала останки, на которые мало кто из отряда мог смотреть без боязни, что его вывернет наизнанку.
Котэ краем глаза наблюдал за подругой. Наконец он не выдержал, передал бразды повествования Боцману, а сам подошел к сидящей возле почти утащенного поездом трупа девушке.
– Что делаешь? – поинтересовался он осторожно. – Неужели приятно в кишках рыться?
– Ты подозреваешь меня в чем-то? – поддела его Мина. – Полюбуйся-ка сюда.
Палец ее указал на голову мертвеца. Котэ напрягся.
– Кончай маяться дурью, коллекционирование голов меня больше не интересует, – попытался он отшутиться. – А вот маска очень интересная, для Зоны больно уж нестандартная.
Девушка была права, респиратор на мертвом фанатике выглядел так, будто попал сюда из фантастического фильма. Сталкеры пользовались подобной защитой в случаях угрозы здоровью или жизни, например, если в аномалию какую влезть надо или через фонящий участок проскочить.
Фанатики же таскали на себе различные маски постоянно. Считалось, что тому причиной было желание сохранить анонимность. Бродяги же придерживались мнения, что в безмозглики идут только самые уродливые и прячут лица, чтобы скрывать недостатки физиономий. При этом особо злые языки кивали на сходство фанатиков с жихарями.
– Только не говори, что хочешь забрать вещичку как трофей. Я вот брезгую. Но если серьезно, респиратор действительно интересный. Слушай, а давай посмотрим, что под ним?
Мина вздохнула и отстегнула защиту. Под чудо-маской не оказалось ничего необычного – лицо как лицо. Гладко выбритое, без патологий, шрамов и изъянов. Пока Котэ пялился на труп, Химера хмуро изучала устройство.
– Посмотри сам. Что скажешь? – Девушка наконец подняла глаза. Сталкер принял респиратор, повертел его и помрачнел.
– Напоминает разработку спецслужб. Такой не купишь, можно только украсть. Или получить из рук, растущих из очень особенных плеч. Если притащить его торговцу, можно отменно заработать, но при этом нажить большие проблемы на свою задницу, если кто-то стукнет военным.
– Тут есть еще кое-что. Не уверена, что правильно понимаю назначение, нужно проверить.
Мина разглядывала снятый с шеи трупа предмет. Похожая на медальон маленькая коробочка тускло блестела гранями, цепочка крепилась к ней где-то внутри, выходя наружу через два отверстия. Девушка поднялась и направилась к обсуждающему последние события отряду.
– Мне нужен доброволец для маленького и безопасного эксперимента, – заявила она.
Первым встал Слепыш. Он надел найденный прибор и вопросительно поглядел на Мину. Та помедлила, затем жестом приказала снять находку и нахмурилась еще больше.