Андрей Нуждин – На одной волне (страница 22)

Интересно, что сейчас делает Долг. Время, выделенное нам, прошло, и долговцы уже вовсю нас искали. В этом я не сомневался, у них всё строго. Шульга не станет прикрывать нас, он и так сделал много, даже слишком. Я поёжился, представляя, как хорошо подготовленные бойцы идут по нашим следам. И в этот момент долетевший снаружи шорох шагов показался безумно зловещим. Я подхватил валявшуюся рядом гайку и бросил в Мину. Мина поймала её, моментально открывая глаза, толчком бедра разбудила Кондуктора и через мгновение бесшумно оказалась рядом со мной. Я закрыл распахнувшийся от удивления рот.

— Шляется кто-то, — поведал Кондуктор. — Четыре пары ног.

— А ты выгляни, посмотри, — посоветовал я.

— Страшненько. Вдруг это за мной? — признался Кондуктор. Мина прислушивалась, потом положила руку на мой Отбойник и опустила ствол вниз.

— Котэ, у тебя нос свистит, — раздался за дверью голос Боцмана. — Денег не будет.

— Боцман, ты тут откуда? — радостно просипел я. В горле пересохло от напряжения, ноздри засвистели, вбирая в себя свежий радиоактивный воздух.

— Я тут одного говнюка выслеживаю. Ушёл, бросил своих товарищей.

— Боцман, да ты понимаешь…

— Зайти-то можно? Или так и будем через дверь беседовать?

Мы сидели в ставшем совсем тесным помещении, Боцман привёл своих «отмычек» и, к моему удивлению, Трубадура.

— Сам напросился, — коротко бросил Боцман в ответ на мой взгляд.

— Мы были у Шульги, он всё рассказал, — продолжил сталкер. — Там в сторону Затона большой отряд долговцев потащился. Вместе с бойцами с Янтаря. А мы по вашим следам сюда. Следы чёткие, одно удовольствие. Представляешь, проходим мимо «Битума», а там куски снорков в изобилии валяются, и мужик в аномалии тусит. Забрал какую-то хреновину, и к Янову отправился.

— Артефакты собирает, — пояснил я. — Зарабатывает человек.

— А, вот оно что. А я-то думал, что он там нашёл, — понимающе кивнул Боцман, не обращая внимания на тихо смеющихся отмычек.

— Это юмор, — высказался Кондуктор.

Мы с Миной, воспользовавшись оказией, покатились со смеху, к нам присоединились отмычки. Боцман улыбался, глядя на нас.

— Хорошо, что он тебя не слышит, — мысленно сказал я Кондуктору.

Отсмеявшись, мы вернулись к проблемам. Шульга повёл людей в противоположную сторону, это давало нам преимущество, но когда-нибудь нас найдут. А как выпутываться из ситуации, я не знал. То ли искать убийцу, что в условиях Зоны почти бесполезно. То ли сдаваться. Терять свободу ужасно не хотелось. К тому же, Мину долговцы не пощадят. А уж это точно неприемлемо. Значит, нужно что-то придумывать. После этого я и заснул под болтовню одного из отмычек, на пару с Трубадуром охранявшего наше убежище.

Глава 13

Утром я поделился своими мыслями с Боцманом.

— Дурик ты, — ответил мне товарищ. — Долгу не так важно, кто убийца. Мина для них останется врагом, что бы ни произошло. Фанатики, ты же знаешь. Попадаются, конечно, умные люди, вроде Шульги. Но тут личная заинтересованность, всё-таки ты ему жизнь спас. А если бы не это, кто знает…

— Мне так хочется найти этого чёртового убийцу, что я даже не подумал о статусе Мины. Становится ещё сложнее, не вечно же бегать от Долга по Зоне.

— Остаётся только выводить за Периметр. Хотя я даже боюсь предположить, что она станет делать там, в «нормальном» мире. Скорей всего, перебьёт всех «братков» в ареале своего обитания, а при этом положит и коррумпированных чиновников, и продажных ментов. Может, ей в Швейцарию податься?

— Смех смехом, а Долгу я её не отдам. У меня тоже личная заинтересованность. Что ты на меня так смотришь? Нет, не настолько личная, а только выдать её — всё равно, что выдать тебя.

— Да понял я, понял. Не учи старших. Будем думать.

Мина в паре с Наждаком выполняли функцию часовых в сочетании с поварами. Ну, как в сочетании, Мина в расслабленной позе сидела у двери, и этого было достаточно, чтобы Наждак от нечего делать готовил нехитрый завтрак. Второй отмычка спал, рядом Трубадур писал что-то на бумаге, вид вдохновлённый, видимо, балладу слагает. Сплошное умиротворение и идиллия. Ну, а что, мутанты Мину за десятки километров обходят, а от бандитов мы отобьёмся, к Монолиту не ходи. Вспомнив про псевдогорилл, я помрачнел. Эти твари тоже чуют Мину за десятки километров. Стоп, а откуда взялись слепыши? Что они делали на территории завода? Как смогли подойти так близко к Мине? Голова ощутимо потрескивала, распухшая от вопросов.

Меня спас Наждак, гостеприимно пригласив к столу. Ах, что это был за стол, судари мои. Разогретый гуляш из натовского пайка в великолепных золотистых упаковках соседствовал с бутербродами — хлеб из твердых сортов ржи в сочетании с нежнейшим паштетом из шпрот (надеюсь, рыба на него пошла не из местных водоёмов) — а также чёрный чай в исходящих паром кружках. И тушёнка, много тушёнки. Желудок спародировал рык снорка, и мы сели трапезничать.

После такого завтрака пришлось заставить себя подняться и отправиться на поиски средств к существованию. Совсем рядом с «Юпитером» находились две аномалии, дающие неплохие артефакты. Мы с Боцманом решили идти к «Бетонной ванне». Выбрались из цеха со всеми предосторожностями, в любой момент ожидая появления чёрно-красных фигур. Через некоторое время мы оказались на козырьке над аномалией. Испарения, идущие от «газировки», могли свести с ума самого непритязательного организма, а уж нам и подавно пришлось не сладко. Респиратор нежно давил на переносицу и психику, бинокли поворачивались, обозревая окрестности, вокруг ничего не изменилось с тех пор, как мы прошли здесь, упокоив по дороге зомби. Их трупы до сих пор лежали неподалёку от аномалии почти в целости.

Не увидев никого неприятного, мы приступили к добыче артефактов. Спустили на тросике Велес, испарения такой металл не сразу пережрут, так что детектор мы потерять не должны. Когда до площадки в центре аномалии осталось совсем чуть-чуть, зелёное свечение газировки померкло в ярких голубых лучах артефакта.

— Есть, — тихо порадовался я. — Держи меня.

— Давай, я полезу, ты тяжёлый, — высказался Боцман.

— Давай. Ты же меньше меня весишь, балерина, — возразил я, обвязываясь ещё одним тросиком.

— А, точно. Всё время путаю, — пропыхтел сталкер, страхуя меня. Через пару мгновений я аккуратно опустился на площадку возле артефакта.

— Осторожнее, не столкни.

— Не столкну, не боись. Иди сюда, «Душа» моя.

В этот момент обуявшей меня любви к прекрасному слух грубо царапнул звук выстрела, а голову — бетонная крошка. Тросик на поясе ослаб, и я вынужден был залечь на площадке посреди исходящей вредным туманом аномалии.

— Бандиты, — проорал Боцман, перекрывая свой и чужой автомат. — Четверо, ты у них как на ладони!

— Порадовал, — ответил я, вжимаясь в площадку, прильнув к ней всем своим молодым телом. — Вытаскивай меня!

— Пока тащу, положат обоих, — отвечал Боцман, не прекращая огрызаться точными дозами пуль. — Лишь бы гранату не бросили!

Представив, как граната попадает в «газировку» и расплёскивает её вокруг, мне стало дурно. Зальёт с головой, которую тут же и проест насквозь, и не только голову. Эта мысль заставила меня запаниковать и достать одного из бандитов. Боцман взревел победно и застрочил из АК, не дав противнику поднять головы. Я подгрёб к себе артефакт, захлопнул крышку контейнера и яростно задёргал тросик. В тот же момент я воспарил над своим убежищем, больно ободрал спину бетонным выступом и злобно застрелил второго бандита, виня его в своих злоключениях. Через мгновение два наших автомата прижимали оставшихся бандитов к земле. У одного из них сдали нервы, он вскочил и бросился прочь от места перестрелки. Мы почти синхронно прострелили бандиту спину, и он уже не беспокоил нас. После того, как его труп рухнул на землю, наступила тишина. До нас долетел звук щелчка сменяемого магазина, а мы спокойно ждали дальнейших действий оставшегося в одиночестве бандита.

— Сталкеры, мля, договоримся! — заорал гнусаво противник. — Всё, разбежались! Я ухожу.

— Сейчас, разбежался разбегаться, — проговорил Боцман и выстрелом заставил приподнявшегося было бандюка вновь залечь.

— Ну чё вы, а? Жалко, мля, шо ли?

— Жалко сам знаешь у кого в попке, — проорал Боцман. — Встанешь — сдохнешь!

— Не, ну чё вы, пацаны? — запричитал обделавшийся бандюк.

— Пацан у тебя в штанах, — презрительно ответил я и по знаку Боцмана откатился в сторону и неслышно спрыгнул с козырька в стороне от аномалии. Боцман принялся постреливать, вызывая матерный скулёж бандита, а я аккуратно обходил его с тыла. Парень в балахоне лежал на земле, прижимаясь спиной к небольшой насыпи, и тихо выл от страха. Рожа у него была припоганейшая, так что я даже с удовольствием увидел его бешеные от ужаса глаза и опустил кулак ему на голову.

— Ну, что тут у нас? — вежливо поинтересовался подошедший Боцман. Он бдительно следил за окрестностями, бросая короткие взгляды на нашего пленника.

— Тать обыкновенный, чернобыльский, — отрекомендовал его я. — Молодой, прям зеленью переливается.

«Тать» вращал глазами и мычал, боясь открыть рот. Удар по голове поверг его в невероятное смущение, что радовало нас с Боцманом. Я поставил страдальца на ноги и показал направление, куда нужно было двигаться. Боцман замыкал наш невольничий караван, вокруг стояла спокойная тишина. Так мы и добрели до нашего убежища.