Андрей Нуждин – Извне (страница 4)
Палец на полпути замер. Ворон узнал цифры, хотя не набирал их ни разу после возвращения в Петербург. Он ткнул набор и приложил мобильник к уху.
– Привет, сталкер, – отозвался знакомый голос. – Ты где сейчас? Подъезжай на «Точку-два», поговорить надо.
– Что случилось, Колючий? – вместо приветствия прохрипел моментально севшим голосом Александр.
– Разговор не телефонный. Сколько времени тебе нужно, чтобы добраться?
– Это как-то связано с алой вспышкой на купчинской станции? – уклонился от ответа Ворон.
– Ты об этом откуда знаешь? – напряженно спросил знакомец.
– Был там в это время, на моих глазах все произошло, – помедлив, признался Александр. – Значит, дело в случившемся?
– Говорю же – разговор не для телефона. Приезжай как можно быстрее!
– Я ушел, ты же знаешь…
– Знаю, – прервал знакомый голос. – Жду тебя.
Собеседник отключился. Ворон несколько секунд подумал, положил мобильник и пошел собираться. Через полтора часа сталкер оказался на окраине Пушкина. Ноги будто сами понесли его в сторону комплекса, скрывающего от посторонних взглядов вход в Зону, известный как «Точка-два».
– Вот такие дела, – закончил Колючий. – Хочу попросить тебя двинуться на поиски пропавших людей.
– Почему я? Ты же знаешь…
– Знаю, – вновь прервал Ворона старый знакомый. Он встал из-за стола и заходил по предоставленному для переговоров кабинету охраны. – Все я знаю. Когда ты ушел и почему. Но больше некому, пойми…
Полковник-военстал вовремя прикусил язык. Он чуть не ляпнул, что Ворон со своей командой в свое время исходили аномальный Лес вдоль и поперек. Не хватало снова озвучивать этому мрачному типу причины, по которым он ушел за Периметр.
– Столько бродяг в Зоне, а вы меня решили задействовать? – холодно произнес Ворон. – Ни за что не поверю, будто некому заняться поиском исчезнувших пассажиров. Что-то ты темнишь, полковник. Или выкладывай все карты, или я поехал домой.
– Карты, говоришь? Ну на. – Колючий вытащил сложенную карту Зоны и расстелил ее на столе. – Ученые зафиксировали место, где, скорее всего, оказался пропавший вагон. Вот тут. Вероятность более девяноста пяти процентов.
Сталкер наклонился к карте и уставился туда, где находилась отмеченная точка. Глаза его полезли на лоб.
– Ты охренел?! Это же…
– Лихолесье, – закончил за Ворона полковник.
– Мраколесье, – автоматически поправил сталкер. – Даже хуже – его Сердце.
– Да, точно, снова оговорился!
– Не ты один, многие так ошибаются. И не заговаривай зубы! Сколько времени прошло? Часа три? Больше? Люди уже мертвы. Нет, Колючий, забудь.
– А если бедолаги все еще живы? Представь: обычные гражданские, не подготовленные, без снаряги, и вдруг очутились в Зоне.
Ворон заскрипел зубами. Он отлично представлял, что все это означает.
– Колючий, ты меня на жалость не бери! Думаешь, выжили? Отлично, бери своих и выдвигайся на помощь!
– Сидел бы я здесь, будь хоть маленький шанс… Мы, военсталы, ни разу это гиблое место не посещали, и от нас в Мраколесье толку мало! Только людей положу. А может, и сам…
– Ну да, а меня, если что, не жалко, – процедил Александр.
– Прекрати! Мы оба знаем, какой у тебя опыт в таких ходках, Ворон! Не раз же пробирался в это чертово Лих… тьфу, Мраколесье! Что ты мне тут из себя «отмычку» корчишь? – завелся полковник. – Только ты имеешь необходимые навыки! Да, не кривись! Помню я все, не сомневайся! Но обстоятельства требуют, чтобы ты вновь туда вернулся! И я пойду с тобой!
– Нас таких достаточно, не один я, – поиграв желваками, выговорил бродяга. – Нет, выбери кого-нибудь другого.
– В том и дело, что ты – последний! До конца не хотел к тебе обращаться – ушел человек, вернулся к нормальной жизни, зачем его тревожить! Но пойми, некого послать! Да, много вас шлялось по этой чаще, но тех, кто смог бы вернуться туда за попаданцами, – единицы! Какая-то часть здоровье успела потерять, кто-то вовсе уже погиб… С некоторыми никакой связи нет. Только ты остался.
Ворон молчал, тяжелым взглядом буравя военного сталкера. Все его нутро сопротивлялось возвращению в Зону. Тот недавний порыв в электричке не в счет: мало ли, песня навеяла, минутная слабость.
– Я никогда не был в Сердце этого чертова леса, – наконец сказал сталкер. – Хватило нам с ребятами и увиденного у самой кромки. – Ворон снова умолк. Тяжелые воспоминания о напарниках ударили по измотанным нервам.
Колючий молчал, понимая, что творится в душе этого молодого, но многое пережившего бродяги.
– Прости, у нас нет других кандидатур. Отправили было запрос в общую Сеть, мол, нужны опытные сталкеры. Ты бы видел, что нам в комментариях понаписали. При упоминании локации даже самые отчаянные тут же растворились на просторах Зоны.
– Если бы я знал раньше, хрен бы ты меня нашел, – проворчал Ворон.
– Но я нашел! Пойми уже наконец, ты – единственная надежда этих гражданских!
– Мертвым надежда ни к чему. Говорю тебе, выжить им и так вряд ли удалось бы, даже в менее опасных местах. А в Сердце… да всех уже разорвали местные твари. Мы их видели мельком, и то, что они сделали с кочетами… фу, даже вспоминать не хочу!
Кочетами сталкеры прозвали здоровенных мутантов, водящихся лишь в одном месте аномальной территории – в Мраколесье. Огромные туши, агрессивные настолько, что бросались даже на своих сородичей, безмозглые и крайне опасные, но и они пасовали перед теми, кто жил в самом центре страшного леса. Лишь немногие бродяги рискнули добраться до этого центра, однако никто не захотел углубиться в Сердце даже на несколько шагов.
Ворон с содроганием вспомнил, как на глазах его отряда лихой кочет с разбега влетел в густые заросли, отделяющие лес от его середины. И как ударил по ушам рев мутанта, которого за пару секунд распотрошили практически невидимые страшилища. Кто-то шумно поволок мертвого кочета вглубь запретной территории, а в это время за людьми сквозь окровавленные кусты, забрызганные внутренностями несчастного мутанта, следило нечто с горящими жутким огнем глазами.
Сталкеры отступили так поспешно, что со стороны это можно было назвать бегством. И потом отряд Ворона долго спорил, сидя в надежном убежище за пределами Мраколесья, что за чудовищные монстры водились в Сердце.
Конечно, в таком месте никому не удастся выжить, и несчастные пассажиры последнего вагона метро давно уже мертвы.
– Соглашайся, – глухо проговорил Колючий. – Подбери людей, каких захочешь. Если не получится – пойдем вдвоем.
Ворон снова задумался. Полковник не был трусом, но раз он сам готов идти на верную смерть, значит, ситуация безвыходная.
– А что тебе известно об аномалии, переместившей вагон в Зону? – сменил тему Александр.
Полковник молчал. Ворон смотрел на него, уже осознавая, что возглавляющий группировку военных сталкеров офицер вряд ли ответит.
– Это закрытая информация, разглашению не подлежит, – наконец произнес Колючий.
– Понимаю. Подробности мне не нужны, просто скажи: угроза городу существует? Все серьезно? Эти случаи могут повториться?
– Не беспокойся, Петербургу ничто не угрожает. – Военстал решил не мытарить парня и приоткрыл завесу секретности. – Как всегда: ученыши намудрили, а остальным расхлебывать. Но исследования уже свернуты. До лучших времен. Я надеюсь – навсегда! – Взгляд Колючего не оставил сомнений – полковник говорит искренне.
– Вот уроды. Значит, эти вспышки – дело рук научников. Им хоть рассказали, к каким последствиям привели такие развлечения? Совсем Пальчиков подопечных распустил!
– Да ни при чем он здесь, этот проект осуществлялся без ведома профессора. И без постороннего вмешательства не обошлось. Саботажа, если хочешь знать. Виновные мертвы, оборудование уничтожено. Расскажи лучше, что в Питере-то происходило, раз ты в курсе, – поинтересовался военный сталкер. – А то сплошь сухие донесения и отчеты.
– Ну вы даете! Неужто командира военсталов не посвящают в детали? Я у тебя хотел спросить, что да как. Без подробностей, в общих чертах, а то мне еще домой ехать. Интересно, метро хоть заработало? Пока сюда добирался, весь интернет перечитал – ни слова о случившемся, даже «независимые источники» молчат. Была какая-то отписка: мол, сбой на линии, поезда временно следуют до какой-то там станции и обратно, планируйте поездки с учетом ограничений, об изменениях будет дополнительно написано, – заметил сталкер. – Опять на трамвае плестись.
– А ты думал, в новостях об этом расскажут? Жители и так не в восторге, что под боком Зона угнездилась. Всякие неравнодушные граждане подписи собирают, будто от их заявлений, жалоб и митингов Зона исчезнет. Во избежание волнений компетентные органы моментально все засекретили. Я вот тебе разболтал, теперь каюсь и переживаю. Так что смотри, язык за зубами держи.
– Мог бы и не предупреждать. Да и вообще бы ничего не рассказывал – не мое это дело, я больше в Зону не ходок. Хотя пока на гражданке, честно говоря, существовать не привык.
– Понимаю, редко кому удается за Периметром осесть. Сам знаешь, можно вывести сталкера из Зоны, но вот Зону вывести из сталкера… – Колючий умолк.
Ворон снова потемнел лицом, уставился куда-то остановившимися глазами. Полковник вздохнул, но все же решил воспользоваться угнетенным состоянием парня, надавить на тоску по прежней жизни.
– Еще кое-какая информация есть. Сложившейся ситуацией занимается крупный чин. Называть не буду, не проси, но человек очень высокопоставленный.