Андрей Никонов – Шаг в сторону (страница 9)

В пакете оказались две пары семейников спокойной серой расцветки, такие же носки, тоже две пары, и майка-алкоголичка неожиданно красного цвета.

- То что нужно, - кивнул я головой.

- Три рыси за комплект.

Хорошо, - я протянул еще две бумажки.

Лейба подхватил деньги, кинул их на черную пластину, довольно улыбнулся, на весах с медными гирьками отмерил почти семьсот грамм орехов, сноровисто упаковал все, кроме карты, в аккуратный бумажный кулек, перевязал бечевкой, достал из-под прилавка небольшую сумочку с изображением глаза, уложил в нее кулек.

- Сумка за счет заведения, чтобы если что, сразу к нам.

- Обязательно, - пообещал я. - Тем более что кофе у вас отменный. И печеньки во рту тают.

- И это тоже за счет заведения, - торжественно сказал Лейба.

Ха, стал бы я за это платить. Кто наливает, тот и расплачивается. Вслух, конечно, этого не сказал, только в благодарностях рассыпался, за что получил картонный прямоугольник с адресом лавки родственников Лейбы в столице удельного княжества, с обещанием хорошей цены и самого лучшего обслуживания, надо только эту карточку там хозяину лавки показать. Знаем мы такие штуки, про рефералов.

Выйдя из магазина, бросил несколько орешков в рот и зашагал обратно в "Белый сад". Неплохо освещенные улицы, бандитов нет, денег тоже - что еще надо для роскошной жизни. Хоть и темно, но фонари над каждым домом освещали мостовую, свежий, почти летний ветерок освежал, но не холодил. Прогулка до трактира обещала быть приятной, то, что надо перед сном - пройтись на свежем воздухе.

- Стой, - послышался сзади голос, и я почувствовал, как что-то уперлось мне между лопаток.

5.

- Пять медведей. Это ж почти пятнадцать золотых ауреев. Рожа не треснет твоя?

Мы сидели с Велием в управе и торговались. В одном медведе получалось почти четыре грамма золота, а сама монета весила чуть больше пяти граммов. Я прикинул - один медведь получался где-то под сто пятьдесят долларов, как-то не очень щедро получалось, хотя начинали мы вообще с сорока рысей. А это хоть сто шестьдесят грамм серебра, но все равно меньше половины медведя. Видимо, считалось, что возможность провести 10 ночей в местном отеле категории "одна звезда", правда, с полным пансионом - достойная плата за мои услуги.

Тем более что ту цену, которую запросил за свои услуги неизвестный мне колдун, он же любитель хамона, я знал, и до какой планки можно торговаться, тоже представлял.

- Ты, Велий Силыч, за рожу мою не беспокойся. Давай окончательно определимся - ты хочешь, чтобы я отправился с тобой на место, где твой отец зарыл незначительные семейные ценности, которые дороги тебе исключительно как память, с завязанными глазами, потом снял с заговоренного места охранное проклятье, и все это где-то в лесу ночью, среди всяких опасностей?

- Именно так. Хотя ценности, это слишком громко сказано. Так, кое-какое барахлишко отец зарыл, а бумагу эту я только недавно нашел. Плюнул бы, оставил в земле, но нехорошо, память все-таки, какой же я сын после этого. А насчет глаз завязаных, сам понимаешь, не могу я чужого человека на секретное место просто так отвести. Вдруг тебе вожжа в одно место попадет и ты своевольничать начнешь? Знаю я вас, латинян, как злато почуете, никакая магическая клятва не остановит. Медведь и шестьдесят рысей.

- Ты сам посуди. Четыре медведя и пятьдесят будут в самый раз. И это за то, чтобы я жизнью рисковал. У вас в лесу, сам говорил, измененные водятся. А если их там толпа?

- Ты хочешь сказать, стая? - поморщился Велий.

- Какая разница. Стая, толпа, я же тебе не могучий волшебник, и вообще моя специализация - ловушки. Если что, один я не отобьюсь.

- Так не один ты пойдешь. Со мной еще звезда воев, не в первый раз. Отобьемся, ребята на такое дело натасканы. Тут из измененных один вид водится - волки. Как прокляли старое капище волхвы пятьсот лет назад, да обратно не упокоили сразу, так вот там в округе такие твари и рождаются. А с волками справиться легко, после смерти они не поднимаются, ядом не травят, только зубы и когти у них, хоть и побольше, чем у простых. Ну а с этим любой воин справится, подумаешь, что с теленка размером, на медведей вон в одиночку ходят. Нападают эти твари парами, большим числом не обьединяются никогда, так что стаи не будет, пока одна пара с нами не разберется, другая не нападет, такое у них правило. К тому же я с вами иду, значит, особо не беспокоюсь, моя-то жизнь подороже твоей стоит. Так что измененные в договор не входят, два медведя с полтиной - как раз за то, чтобы на месте постоять, руками поводить. Ты вот что лучше скажи, проклятие сможешь снять?

- Тут гарантировать не могу, - развел руками. - Как пойдет. Я ж сказал, опыта мало, если ловушка какая наложена несложная, смогу снять, а вот если что мудреное, тут гарантий не дам. Я колдун еще неопытный, сразу говорю, чтобы потом претензий не было.

- Поэтому три медведя, - припечатал олигарх. - Отдам, когда склад достанем. Не достанем, не получишь ничего. Да ты не бойся, Марк, там дел на час-два. Прогуляемся по лесу, ночь будет лунная, это местный колдун обещал, стражники убьют несколько волков, страсть их сколько развелось, поганцев, я ж о сельчанах беспокоюсь. Ну и заодно, добро достанем из-под земли, ты заклятье снимешь, и все - получай свои денежки, гуляй, веселись. Копать тебе не придется, для этого подлый люд есть. Но, как договорились, чтобы к завтрашнему вечеру и духу твоего тут не было, мне лишние разговоры не нужны.

- А что местный колдун, почему он не хочет помочь? - задал я вопрос, на который уже знал ответ.

- Да ну его, гордый больно. Не по чину дворянскому простым людям помогать, посадили его сюда, так вообще толку нет, а попробуй что скажи, так сразу своим сородственничкам жаловаться побежит, а они люди знатные, связываться с такими себе дороже. И вообще, этот вопрос тебя волновать не должен. Больше трех медведей не дам, и точка.

- Почему бы одному благородному дону не помочь другому благородному дону в беде, - задумчиво произнес я.

- Чего? - Велий помотал головой. - Какому дону?

- Не обращай внимания, Велий Силыч, это издержки воспитания имперского.

- А, ну да, все вы там в империи на голову ушибленные, любите вон завернуть такое, что нормальному человеку не понять. Вот, держи, - он протянул мне бумагу.

- Контракт? Это правильно, на берегу надо договариваться.

Хорошо, что в гостинице успел карту почитать, в книжечке не только схемы были, но и описания разных мест, и практически без помощи пси-модуля я стал локально грамотным. Латинские буквы, которыми тут пользовались, я и раньше знал, и даже несколько выражений крылатых, спасибо знакомому травматологу. И вообще, хорошо, что место это ближе к Европе, чем к Азии, а то намучался бы с иероглифами.

Существовал тут, правда, какой-то другой алфавит, для жрецов, черточки какие-то, точки, кружочки, но обычный люд давно и прочно перешел на латиницу. Адаптировав под себя написание характерных для славянских языков шипящих и йотированных гласных с помощью надстрочных точек и черточек.

А контракт что, его главное внимательно прочитать, тут вроде до мелкого шрифта еще не додумались, а ведь еще и магическими линиями можно от себя что-то дописать.

In iudicando criminosa est celeritas..

Вчера, ощутив что-то неприятно острое между лопаток, я остановился. Ну как тут пойдешь дальше, если тебя внезапно окружат шесть человек, все вооруженные холодным оружием, а один из них так даже стрелковым - двустволкой калибра не меньше 12-го.

- Ручки-то вверх подними, господин хороший, - ласково попросил человек с ружьем. - А то выстрелю невзначай.

- Уверен? - я послушался, и чьи-то не слишком нежные руки похлопали меня по бокам.

- Чистый, - раздался голос сзади, и колющий предмет убрали.

- Вообще ничего?

- Не, только рукоятка какая-то, Миха сказал - не работает.

Хороший мальчик растет. Правильный, с понятиями. Сам не заработал - дай заработать другим.

- Грабить будете? - поинтересовался я. В принципе, шесть человек, ружье в лавке можно толкнуть, да еще за наводку пощипать, думаю, немного денег подниму. - Так нечего взять у меня. Вот, орешки только, трусы. И четыре рыси. Как делить будете?

- Ты нас за татей держишь? - человек с ружьем развеселился и какую-то блямбу показал. - Мы стража местная, покой села на улицах охраняем, чтобы незнамо кто не шлялся. Подошли к тебе, проверили, и шел бы дальше по своим делам. А вот ты сейчас нас оскорбил, считай, при исполнении, за обиду людей служивых знаешь что будет?

- Нет, - я пожал плечами. Тут прям кого не встречу - актер малых и средних театров.

- Штраф. Десять рысей. Есть чем платить?

- Денег нет, - твердо сказал я. Спорить бесполезно - если решили зачем-то долг навесить, хоть какие аргументы приводи, только хуже будет.

- Тогда пройдемте, милчеловек, до охранного дома, там на тебя грамотку сыскную составим, а потом уже пойдешь обратно домой, если дознаватель отпустит.

Странно как-то. Мы двинулись всей толпой, никто за руки меня не держал и не вязал, и можно было просто убежать, но даже как-то интересно стало, как тут местная полиция устроена. В крайнем случае, не думаю, что местный околоток похож на Алькатрас, и оттуда смогу уйти. Амулетов на стражниках нет, все таки какие-то беспечные они, не простого человека схватили, могли бы и поберечься.