Андрей Никонов – Под светом чужой звезды - 1 (страница 45)

— Зачем тебе столько денег? Ты уже получил два миллиона.

— И потратил. Посмотри сама, там только твоя часть осталась. А, вот и пришли, — я показал на секцию дома с головывеской на всю поверхность стены. Две девушки танцевали, обнимаясь. Одета была только одна, точнее говоря — обута.

— И что мы тут будем делать, милый? Не то чтобы мне не нравились девушки.

— Как всегда, лейтенант Оморхес. Торговаться.

Ждать пришлось недолго. Мы выпили по стаканчику местного бренди, неплохого, но с чамби не сравнить, и смотрели, как на сцене в воздухе кружится танцовщица. По причине отсутствия посетителей — лениво, просто отрабатывая время.

Сначала появился местный охранник, включил в зале свет, потом зашел еще один человек — лысый, в элегантном костюме и мягких ботинках, пошевелил пальцами, по руке пробежали оранжевые искры, танцовщицу сдуло — в прямом смысле этого слова, куда-то за кулисы, парочка гостей, разбавлявшая пустоту, исчезла, словно их тут и не было.

Лысый подошел к нашему столику, слегка поклонился. Татуировка орла на голом черепе повторила кивок.

— Марк Аврелий, гости прибудут через пять минут.

— Спасибо, Лион.

Маг зажег светляк над нашим столом, подмигнул мне и вышел.

— Откуда ты знаешь сына Тироса? — Аглая пыталась связаться со своими. Ага, щас. Тут блокировка стояла такая, что даже я, а точнее говоря — браслет, с трудом пробивались.

— Благодаря тебе, — совершенно честно ответил я. Не сошли она меня на этот остров, разве стали бы эти солидные по местным меркам люди со мной хоть какие-то отношения поддерживать. — Когда связь восстановится, сообщи, что уже пятьдесят два.

В зал вошли четверо в полной боевой экипировке, разошлись по стенам, расставляя силовые накопители. Барьер засиял, накрывая нас куполом. Бойцы встали у двери, проем открылся, и прямо через барьер в зал прошел еще один человек — средних лет, в свободной, слегка мешковатой одежде, высокий, рыжий и голубоглазый. Не обращая внимания на нацеленные на него метатели, легко опустился за наш столик.

— Лейтенант Оморхес?

Я похлопал Аглаю по руке

— Иди, поговори со своими. А мы пока кое-что обсудим.

Брюнетка молча встала и вышла, спина прямая, походка четкая.

— Держу пари, она только делает вид, что хочет остаться, — очередной рыжий улыбнулся. — И зря они так долго думают, пятьдесят миллионов за то, что ты предложил, это практически даром.

— У нас говорят — курочка по зернышку. А у вас отличные информаторы.

Рыжий рассмеялся.

— Ты не угадал. Кстати, хорошая поговорка. Позволь представиться — зу Александр Миллин.

— Миллины, — я сделал вид, что припоминаю, — это ведь из царства Урук? Ассу-аридес? Эн Кириас Миллин, кажется, твой отец?

— Двоюродный дядя. Так вот, Марк. Марк Гарецки, правильно?

Я кивнул.

— Нам не нужны информаторы. Бандиты, гвардия, даже эти парни на Юге думают, что сами по себе. На самом деле они все — делают то, что говорим мы.

— Вы?

— Да, внешники. Так они нас называют. Поэтому я предлагаю сделать вот что. Полчаса, чтобы утрясти все твои дела — с орлами, гвардией. Даже с бунтовщиками — кстати, как ты узнал, что Майя из этих?

— Девушки в некоторых ситуациях слишком разговорчивы. К тому же, с детства питаю слабость к революциям. Свобода, равенство, братство.

— Отличный лозунг. Слышал, какой-то ас-ариду из Эшуна, кажется зу Гиль Атен, это придумал, а потом в одном отсталом мирке воплотил, когда тут не вышло. Думаешь, как там все получилось?

— Скорее всего, паршиво, — признал я.

— Так может, не стоит давать им деньги?

— Может быть, но я обещал.

— С одной стороны, отличный ход, ты сделал то, что нам самим стоило бы придумать. Что-то мне подсказывает, что недовольные властью в ближайшее время будут заняты дележом капиталов, переругаются и беспокоить нас не будут. А с другой, это все усложняет, — рыжий слегка поморщился. — Признаться, мы сначала думали, что тебя именно деньги интересуют. Так гораздо проще, и договориться легче, но думаю, нам все равно есть, что тебе предложить.

— Вроде ракеты в корму истребителя?

— Ты ведь сразу понял, что никто не собирался вас уничтожать. Просто наша встреча случилась бы чуть раньше, только и всего. Предлагаю продолжить разговор в другом месте. Нужно пообещать, что тебе ничего там не угрожает?

Почему бы и нет. Слово с зу я взял. За язык ведь его никто не тянул, да?

— Я сразу понял, что с тобой что-то не то, как только носитель обследовал. Не мог ан Кассель до прыжка ничего с ядром сделать, оно бы просто не активировалось, — зу Миллин вовсю изображал из себя добродушного дядюшку.

Мой, как я одно время считал, ныряльщик вылетел с космодрома на экваторе. И ни один спутник не почесался запретить ему это. В единственной центральной рубке были только я и Миллин. Аглаю я оставил внизу, с собой тащить еще кого-то не хотелось. Как бы я не говорил о том, что чужие судьбы мне безразличны, подвергать бессмысленному риску кого бы то ни было не собирался.

— Ты в удаленный маршрут залез?

Я кивнул.

— Зря, сам себе навредил. Вас должно было выкинуть в другой системе, там бы оставили на промежуточной станции, а носитель полетел отдельно, с другим экипажем. Инициатива — дело хорошее, только когда вся информация есть.

Я снова кивнул. Что верно, то верно.

— Что думаешь делать?

— А есть варианты?

— Да, — псион вздохнул. — Несколько. Во-первых, навсегда можешь остаться здесь. Так себе вариант, нам нахлебники не нужны, придется работать. С твоими талантами найдем, что предложить. На этой планете ты так быстро заимел нужные знакомства и связи, что мог бы работать координатором. Крайне тяжело руководить людьми, если они не только не осознают, для чего все делается, но еще и ложную информацию об окружающем мире получают, гораздо удобнее делать это через информированного посредника. Ты еще не понял? Эта система не значится ни в одном реестре, ее просто нет. Она исчезает здесь и появляется в другом месте, люди, которые живут на планетах, давно к этому привыкли, и думают, что все так и должно быть. Общение с остальной галактикой идет через ретрансляторы, мы создали целый виртуальный мир. Вся информация извне блокируется, подменяется другой.

— Шикарно, — я искренне восхитился. — А вы, значит, свободно перемещаетесь отсюда во внешний космос и обратно?

— Ну не совсем, — уклончиво ответил Миллин. — Кстати, это подводит нас ко второму варианту.

— Какому?

— Можем тебя выкинуть где-нибудь. Система эта не отслеживается, сегодня она здесь, завтра там. Будет переход фазы, оставим за пределами границ, а когда пульсар оживет, мы исчезнем. Вызовешь помощь, передатчик тебе дадим. Риск есть, но тут уж, извини, сам виноват. Нечего было лезть сюда.

— Значит, и третий вариант есть?

— А как же. Согласишься с нами работать — отправим обратно вместе с Зоис. Вернете ныряльщика, а может и носитель к тому времени будет готов, если ядро скопируется. Ты поможешь нам, мы — тебе. Все честно, есть некоторые ограничения, но они с лихвой окупятся.

— А четвертый?

— Дезинтегратор, — пожал плечами так и не назвавший себя собеседник. — Не хотелось бы, в этой вселенной каждый псион на счету. А уж в системе — и подавно. Знаешь уже, что тут девочки одаренные не рождаются?

— Да. Интересно, почему?

— Не знаю, никто не знает. Но и мальчики — тоже все меньше и меньше. Последняя волна заселения прошла тысячу лет назад, и с тех пор угасание идет. Одаренных с самого начала было много, относительно внешнего космоса, а сейчас — всего несколько сотен на все планеты, из них настоящих Видящих — десятки. Капитан Гидус, которого ты, считай, спас, один из самых сильных. Население вырождается.

— Я подумаю, — пообещал я. — Второй и третий варианты одинаково интересны.

— Это пока, — заверил меня незнакомец. — Что ты на этой отсталой планете видел? А так посмотришь, чем в действительности в этой системе занимаются. Без оглядки на Старые семьи, семь царств, храмы богов и алтари искренности. Кстати, Старые Семьи не звали к себе?

— Громеши присматривались, — сказал я чистую правду, — но не такой уж у меня дар, чтобы в аридос попасть.

— Вот! — Миллин поднял палец, одновременно выводя штурмовик в обычный космос со струны. — В этом проблема нашей цивилизации. Старые Семьи забирают самых одаренных, приближают новую аристократию, при этом внешние миры для них вроде рабской силы, все опутано корпорациями. Куда ни копни, каждая — собственность кого-то из Изначальных. Это на Земле люди не знают проблем, даже рабы, и те какие-то неправильные, а во внешних мирах что только не творится. Войны, убийства, бандитизм, простой народ — пыль под ногами дорвавшихся до власти.

— И вы хотите это изменить?

— Ну уж нет, — Александр рассмеялся. — Ты подумал наверно, что мы тут революцию против Старых семей устраиваем? Из-за этого Майю и ее друзей не трогаем?

Я пожал плечами.

— Знаешь, как называется главный носитель багрового флота царства Исин? — спросил Миллин.

— Нет, — честно признался я. — Как?

— «Карающий меч». Четыре километра в диаметре, под завязку набитые новейшей техникой, а во главе этого — эн Иту Громеш, ригал-командор флота. Если когда-нибудь встретишь его, обрати внимание на три звезды на левом рукаве. Столько сверхновых образовалось после того, как кто-то рассердил его эгира. Нет, с ними нам не тягаться. А вот образовать свое небольшое царство в одном из рукавов мы вполне можем, галактика большая, все, что нужно — это технологии и время.