Андрей Никонов – Под светом чужой звезды - 1 (страница 28)

— Ну-ну, — я отобрал у девушки бутылочку, отхлебнул, на мгновение отключив вкусовые рецепторы, растер жидкость языком по небу.

— Чего ты там изображаешь? — девушка подозрительно покосилась на меня. Дети уже ушли, мы на пляже остались одни. Так что спиртное я пил, не подавая никому дурной пример.

— Блаженство. Вот поверь, если бы пришлось выбирать, ты, или этот вот нектар, его бы выбрал.

Какой девушке понравится, что ее сравнивают с бухлом? Да еще не в ее же пользу?

— А ну дай сюда, — потребовала она.

— Сразу не глотай, — предупредил я ее, протягивая бутылку. — Сначала будет так себе, постарайся не выплюнуть.

Первое мгновение казалось, что Майю вырвет прямо на меня — она даже подвинулась поближе и прицелилась. А потом глаза ее округлились, на лицо наползло восторженное выражение, да так и оставалось там минимум пару минут. Эх, это ты, детка, еще эн-карни не пробовала.

Бутылку мы вдвоем прикончили — не торопясь, смакуя ощущения. После первых трех шотов запах уже не казался таким противным, и первый вкус представлялся скорее своеобразным, а совсем не блевотным.

— Говоришь, приворотное зелье? — Майя зашвырнула бутылочку в море, та покачивалась на едва заметных волнах. — Сколько ты там на себя, сотню поставил? Значит, выиграешь двадцать чилей?

— Выиграю? — улыбнулся я. Похоже, на этом острове секреты — дело непопулярное.

— Но половина моя, — Майя строго кивнула. — И на что только приличная девушка не пойдет ради денег и выпивки.

Глава 15

Я ни слова никому не сказал, молчал, как партизан. Женщины — странные создания, говорят одно, думают другое, а делают — третье, так что все произошедшее могло быть минутным порывом. Ну не совсем минутным. Но как бы то ни было, совесть и врожденная деликатность не позволяли мне хвастаться победами на личном фронте.

А вот Майе — позволили. Так что к моему возвращению уже все всё знали. Кислые лица местных букмекеров и их клиентов разбавлялись немногочисленными восторженными улыбками моих болельщиков. Правда, улыбки эти были с долей досады, кто же знал, что ставить надо побольше. Витор, так вообще на радостях чуть ли не обнял меня, потом, правда, спохватился, не к лицу авторитету с каким-то лошком обжиматься. Зато Эфия облапал как родного, хоть всего лишь десятку поставил.

Устроитель тотализатора отсчитал мне десять тысячных бумажек — вторую половину девушка уже забрала, поздравил с кислой миной, будто лимонов обожрался, и пожелал удачи в личной жизни. Особенно если муж Майи вернется, там у меня главное счастье и настанет, до самой смерти.

Так что спать я ложился с пачкой местных дензнаков в тумбочке. Не весть какое богатство, но желающих отобрать наверняка будет много, особенно из обиженных.

Как в воду глядел.

Часа в два после полуночи проснулся от того, что кто-то явно собирался меня усыпить. Не слишком умелый колдун с невеликим запасом сил, не стесняясь ни меня, ни свидетелей, создавал рядом со мной соответствующий конструкт. Так себе схему колхозил, даже я, с небольшим опытом, нахватавшись всего понемногу по верхам, сделал бы лучше — экономнее, эффективнее и незаметнее. От возникающих между ладонями линий прямо-таки било по внутреннему зрению.

Первым порывом было наглеца прихлопнуть. Щитов он не выставил, все внимание сосредоточил на неспешном построении заклинания, так что все преимущества внезапного нападения были у меня.

Была еще мыслишка научить бедолагу — такие вещи легко превращаются в шаблоны, вроде как я светляка создавал или плазменный шар, не то что доли секунды, мгновенно. Что-то посложнее и я бы вот так тоже с трудом сделал, но такую простую схемку можно было бы и побыстрее.

Поерзал на подушке, посопел, почмокал губами — не для того, чтобы извращенца привлечь, просто показалось, что так будет естественнее, и выделил небольшую часть сознания для ночного гостя. Осмотрелся.

Судя по всему, нас в комнате двое было, Дрищ должен тоже уже пятый сон видеть. Но кровать его была пуста, а вот наконец сотворивший поделку псион, стоящий рядом, уж очень на него был похож, до степени совпадения. Маскировался, гад.

Дрищ осторожно дотронулся ладонью до моего лба, крохотная искорка приклеилась к нижней части века и через глаз пробралась в мой мозг. Старая школа, сейчас такого и не встретишь. Я, как ан Траг учил, свои заклинания телепортировал, а этот — перемещал. В предыдущем мире тоже так делали, но им простительно, там магия всего около тысячи лет как развивалась полноценно, а тут, в реальности с пятитысячелетней историей, стыдоба.

Схема легла как нужно, простая, на пять часов спокойного, ничем не прерываемого сна. Дрищ улыбнулся, но почему-то в тумбочку за моими капиталами лезть не стал, а осторожно, на цыпочках, словно после пси-воздействия человек может от шума проснуться, вышел из комнаты. И дверь за собой прикрыл.

Я наложил на себя схему отрицания, авось поможет, как-то, помню, Силу Ухтомского минут пять искал, пока по еле заметным приметам не нашел. И вышел за сокамерником в коридор.

Мы шли растянутой колонной. Впереди Витор и двое его подручных, за ними метрах в двадцати — Дрищ, а уже за соседом по комнате я. Тоже поодаль, а то еще заметит и застесняется. Ночные прогулки в условиях мягкого климата, со свежим, но не холодным ветерком, шумом листьев и моря отлично подошли бы совсем другой компании, например мне и Майе. Но моего мнения никто не спрашивал.

Пройдя через болота к побережью, и даже подстрелив по дороге парочку крокодилов, преступная троица спустилась на пляж и отправилась к четвертому поселению. Силовой периметр проходил недалеко от берега, попыток сбежать Витор и его подручные не предпринимали, шли тихо, не буянили. Да еще амулеты на них были, сделаны топорно, но работали — для скрытности. Так что охрану мы не заинтересовали.

Четвертое поселение мы прошли, не останавливаясь, точка назначения оказалась на полпути к третьему — пещера прямо в скалистом обрыве. Трое бандитов прошли внутрь, Дрищ остался снаружи, вроде как подглядывать, выпустил из рукава неизвестно как оказавшегося у него дрона, тот завис над водой напротив входа.

Перехватить сигнал браслетом я смог почти сразу, так что мой сосед и я теперь могли видеть одно и то же. И слышать.

Витор и Эфия стояли в центре пещеры и что-то шептали друг другу. Дрон пытался вычленить речь, но мешали амулеты, кроме скрытности они еще и звуки искажали. Я мог бы помочь, но подумав, не стал — мало ли как Дрищ отреагирует на магическое вмешательство.

Наконец, обсуждение закончилось. Эфия кивнул головой, подошел ко второму помощнику, показал ему что-то на ладони. И пока тот рассматривал, всадил ему кинжал прямо под ребра.

Клинок с усилением легко разрезал плоть, рука Эфии скрылась по самую кисть в теле напарника, наверняка до самого сердца достал. Мертвое наверняка тело дернулось, и придерживаемое приятелем, опустилось на землю. Дрищ только дернуться успел, судя по его лицу, такого он не ожидал.

— Сдох, падла, — Витор подошел, пнул лежащее тело, брезгливо вытер испачкавшийся в крови носок ботинка об одежду бандита. — Ищейка из гвардии. Как ты такое пропустил?

— Тирос его рекомендовал, не могу же я афентикосу не доверять.

— Да, ты прав. Хорошо, что вычислили вовремя. Сколько еще осталось?

— Должно уже появиться.

И действительно, на вертикальной стенке пещеры, на которую напряженно пялились бандиты, словно дырку хотели в ней протереть взглядом, что-то подобное возникло.

Круг диаметром в метр, в полуметре от пола, налился черным на светлой стене. По контуру шли оранжевые всполохи, в центре зеленая искорка вращалась по крохотной орбите, в верхней точке подпрыгивая.

— Ну и когда? — Витор, судя по всему, круг не видел. — Как это вообще происходит?

— Дигона просто втянуло в стену, — пожал плечами Эфия. — Стоял вот примерно на таком же расстоянии, как ты, а потом исчез. Только силуэт на фоне стены мелькнул. Мы потом подходили, ничего не происходило, значит, только одного переносит.

— Как думаешь, кинуть могут? — Витор беспокоился.

— Нет, тут такое не в первый раз. Если кого обманули, слух бы уже пошел. Да и риска никакого, если не получится, просто вернемся обратно в дом.

Зеленая искорка подпрыгивала все выше и выше, оставляя оранжевые следы. Дрищ оживился, и начал формировать ловушку, неловко перебирая пальцами. Оранжевые нити, которые он складывал в небольшой комочек, слушаться не хотели, псион-недоучка злился и от этого еще больше торопился. Даже желание подойти и помочь появилось, вот он удивится-то.

— Ладно, вроде все порешали, — Витор подошел к стене поближе. — Ты знаешь, что Тиросу передать. На новом месте осмотрюсь, тогда и сообщу, что и как.

— Будет сделано, — Эфия поклонился спине Витора. Как мне показалось, не слишком почтительно. — Что с телом?

— Бросишь в воду, там есть кому позаботиться. Тут вроде глубоко.

— Да, если от берега подальше отойти. А с соседями нашими?

— С Дрищем и эмпо? Прирежь их тихонько, если вдруг что-то слышали или заметили. Только аккуратно, лучше будет, если на них же и подумают, будто повздорили. Появлюсь во внешней сети, доложишь, что и как.

— Будет сделано, — Эфия отступил подальше, достал нож.

Витор на него уже не смотрел. Круг обозначил себя — по контуру зажглись светляки, словно обруч из цирка манил к себе тигра-бандита. Красиво, светлячки не просто горели одним цветом, а переливались, по пещере забегали тени, наверное, даже с моря было все это хорошо видно. Я пригляделся — нет, странно, но свет не выходил за пределы пещеры. Словно какой-то барьер стоял. Мне-то все было видно хорошо, а вот обычный человек пройдет мимо, и не заметит.