Андрей Никонов – Дурная кровь (страница 37)

Санитары вышли, женщины остались в камере вдвоём. Маг сняла с Рут браслет, положила в карман. Ларсен открыла глаза через минуту.

– Где я? – слабым голосом спросила она.

– Ты у друзей, моя дорогая.

– Кто вы? Почему я связана? Что это за проводки? Что вы собираетесь со мной делать? – Рут попыталась освободиться, в глазах плескался страх.

– Так надо, Рут. Скоро тебе будет больно, очень больно, ты захочешь кричать, не сдерживай себя, – женщина погладила Ларсен по щеке, – потому что потом будет только хуже. Тебя зайдут проведать через два дня, если выдержишь.

Рут проводила её взглядом, пока что ей внезапно стало очень хорошо – хлынувшая в тело сила была подобна наркотику, она заставляла мозг игнорировать опасность. И так продолжалось ещё несколько минут, а потом в тело женщины ударил первый электрический разряд.

Врач спустилась ещё на один этаж, в большой аппаратной сидели пятеро – вся местная смена фабрики.

– Она слишком молода, мы договаривались, что следующий экземпляр будет старше, – недовольно сказала женщина, укладывая блокиратор в центрифугу. Та загудела, вращаясь всё быстрее и быстрее, по браслету бежали синие искры.

– Работаем с тем, что есть, док, – грузный мужчина в оранжевом комбинезоне с белыми полосами сосредоточенно смотрел на экран, где мелькали цифры показаний датчиков, – и так приходится осторожничать, зато посмотри на того, что шесть дней назад привезли, Лука Мендоса, он до сих пор сопротивляется, чуть было не освободился ночью. Гилу пришлось запустить для него четвёртую ступень, и представляешь – он выжил, крепкий парень. Плохо, что у нас всего три камеры, и одна всё время в резерве.

– А ты начальству пожалуйся, – ехидно усмехнулась доктор. – Всё, следующая поставка по плану через две недели, я свою работу сделала, оставляю вас здесь одних. Не шалите.

– Уезжаешь отдыхать? – Молодой парень открыл глаза, потянулся с наслаждением. – Чёрт, уровень раствора упал… Боб, ты там на новенькую передёргиваешь? Бегом на склад, проверь, опять клапан заедает. Так как, Нора, едешь одна или нет? Может, расслабимся вместе?

– Губу закатай, – Нора фыркнула, – завтра смена Марси, тогда и расслабишься.

– Только не она, – грузный мужчина встал, подошёл к панели управления, увеличил содержание кислорода в воздушной смеси, которая подавалась в камеру номер два, – только не Марси, она же нас живьем тут жрёт… Босс обещал, что её переведут в основную лабораторию.

– Вот последний раз вам нервы потреплет, сожрёт пару птенчиков, и переведут, – женщина сбросила халат, оставшись в обтягивающей тунике, вытащила из шкафчика сумку. – Пока, мальчики.

– Эти сучки с браслетами слишком много себе позволяют, – сквозь зубы сказал один из лаборантов, дождавшись, когда доктор уйдёт.

– Заткнись, – сказал старший, – и при них такое не ляпни, иначе будешь на складе раствор готовить.

Во второй камере к делу подключился огонь, струя пламени выжигала мясо на пятке Рут. Та кричала, плакала, умоляла её отпустить, но никто не отзывался. Многослойные стены камеры надёжно отсекали происходящее внутри неё от внешнего мира.

Жерар вывел на экран подробности перестрелки в лесу. Женщина, сидящая рядом с ним на диване, внимательно отсмотрела то, что засняли три воздушных дрона. С высоты схватка смотрелась как на ладони, программа убрала листья, ветки деревьев и прочие помехи.

– Убедилась? – маг дождался, когда его гостья закончит просмотр. – Его реакция значительно выросла, я могу точно об этом судить, в августе прошлого года он был обычным, хоть и очень способным эспером. Ты права, он определённо сам выбрался с полигона наших друзей. Кстати, что за послание?

– Это была идея Лео, – женщина усмехнулась, тряхнула короткими чёрными волосами. – Назвали яхту моим именем, решили, что я куплюсь и всё прощу.

– Ты не собираешься?

– Ещё не время. Смотри, как он контролирует обстановку, – Ирина Громова кивнула на экран. – Нет никаких признаков, что мальчик теряет контроль. Но всё равно, даже если он точно следовал тому, что передал ему Кавендиш, коррекции в первые десять дней не было, он может свихнуться в любой момент, даже через двадцать восемь с половиной лет. Как Маркус.

– Не понимаю, – Жерар недовольно посмотрел на собеседницу, – ты так спокойно об этом говоришь. Это же твой сын.

– Я буду рядом, когда это произойдёт. Как моя мать, когда это началось с тобой, помнишь? Пока пусть им займутся другие, мне надо сосредоточиться на переводе лабораторий. Лео не видит дальше собственного носа, как всегда, но Хельга – она подозревает и сможет помешать. А ты, мой дорогой, отыщи наконец дочку Маркуса, ей сейчас девять… Самое время забрать девочку себе. Приюты, семьи магов, где-то он должен был её спрятать.

Глава 15. Лаборатория

Мелани была в восторге от нового гитариста… Казалось, он заранее чувствовал, как именно она хочет спеть ту или иную строчку, и подстраивал мелодию под её голос и тембр. Виктор выглядел и вёл себя немного странно, он не пялился на певицу, не спорил, не требовал прибавки и не выставлял свои таланты напоказ. Одну песню Мел для разнообразия спела без группы, под одну только гитару, и зал ревел от восторга. Остальные музыканты ревновали, но поделать ничего не могли, контракты позволяли певице вышвырнуть их на улицу в любую секунду, заплатив небольшие отступные. Администратор был бы только рад – музыкантов, помимо денег, надо было ещё и кормить, и поить, и покупать им инструменты. Лапорт был неприхотлив и даже на покупке новой гитары не настаивал, Мелани сама заказала ему у Смолова новый инструмент, недешёвый, за двадцать тысяч. Виктор играл только на акустике.

Барабанщик на третий день попытался про учить Лапорта, отделался сломанной рукой и ушёл из группы сам, за следующие несколько дней за ним последовали остальные. От этого популярность Мелани только выросла, она выходила к зрителям, садилась на барный стул, так, что отлично были видны её стройные ноги. Виктор всегда стоял в стороне, свет его словно обтекал, высвечивая лишь гитару. Пайпер пела так, как ей хотелось, связки будто сами подстраивались под ноты, былой успех почти вернулся, и Веласкес больше не был ей нужен.

– Не понимаю, что вы собираетесь там найти, – Розмари внимательно изучила план здания, – три этажа, практически пустые, людей почти нет, защитных систем – тоже, и один этаж внизу, его как раз успели закончить, только теперь эти трубы, рециклеры и запасные энергоустановки использует соседняя фабрика. Даже я не вижу в этом ничего криминального. Почему вы не хотите сосредоточиться на Бауме?

– Мотив… – сказал Павел. – У Баума, возможно, был стимул убить Хоппера, но с остальными он никак не связан. Вы ведь проверили?

Лейтенант кивнула.

– Хорошо, выдвигаемся туда через четыре часа.

Он отключился.

– Вот твари, – Волкова не торопясь расправлялась с халявной бутылкой. – Прекрасно знают, как Хоппер в этом замешан по самую макушку, и молчат.

Настя не поленилась, съездила на работу, надавила на сержанта и в делах, переданных Бюро, нашла кое-что интересное. Например, что пластиковые шарики, которые нашли в гараже у Марковица и которые потом таинственным образом исчезли вместе с криминалистом фон Зюдовым, перевозились компанией, в которой работали Хоппер и Баум. И что Бюро, которое заблокировало полиции доступ к расследованию убийства, внезапно расщедрилось и открыло его в тот же день, в который они с Веласкесом побывали на складе и на пляже.

– Брендон и Кайл работают на складе, на котором Лилу забирала груз, о котором, в свою очередь, наши новые друзья не хотят ничего говорить, – Настя поймала языком последнюю каплю тростникового самогона, повертела пустой стакан в пальцах. – Вместе с ней на склад приезжал Марио Конелли, которого я пристрелила. Эта же Лилу вместе с Абернати нас похитила. Кстати, почему я ничего не помню про похищение?

– Я тебе уже говорил – нас накачали какой-то дрянью и разделили. Что там произошло за эти несколько дней, не помню, очнулся в порту, потом кое-как добрался до дома.

– Да, я выучила наизусть эту историю, от неё так и несёт враньём, и я докопаюсь до того, что случилось, будь уверен.

– Ладно, – Веласкес сдался, – когда разберёмся с этим делом, получишь свою историю, только подробности ничего не изменят.

– Это я сама решу. Обещаешь?

– Да.

– Только попробуй снова соврать. Ладно, Хоппер с ними не связан, но фирма «Перевозки Фарко» привезла товар Марковицу, которого убили… Фабрика солнечных панелей, кстати, отсылает товар на тот же склад, откуда везли шарики. Я попыталась найти владельца «Фарко», всё упирается в твоих друзей-мафиози.

– Лидия?

– Для меня сеньора Гарсиа-Черская, её адвокат сказал, что клиентка уже дала показания Бюро, и «Тайли Энтерпрайз», где она занимает скромную должность ответственного секретаря правления, владеет только десятой долей. Остальное принадлежит какому-то фонду в Тахо.

– Это не она, – Павел покачал головой, – меньше всего Лидии нужно лишнее внимание, и этих компаний у неё сотня, за всем не уследишь. Такими делами занимается Фишер. Когда закончим с этим пустым домом, где наверняка ничего нет, я попробую с ним поговорить. И ещё, в фирме должен быть человек, который приглядывает за делами, попробуй ещё раз просмотреть всех сотрудников. И подумай, кто мог собрать брокера Лещинского, двух складских работников, Хоппера и банковского клерка вместе.