Андрей Небольсин – Зил. Слесарь (страница 6)

– У меня большие планы на будущее, образование для меня – это ключ к успеху и самореализации, – ответил я.

Начальник цеха меня внимательно выслушал, немного подумал и продолжил:

– Мне в крановую службу нужны слесаря, завтра выходите на работу, я беру вас сразу по четвертому разряду, так что не подведите меня!

Я встал, взглянул на выход, в приоткрытую дверь на меня смотрела секретарша, она быстро закрыла дверь. Ее взгляд, полный смущения и удивления, а еще больше заинтересованности, будто овладел мной, я видел ее буквально секунды, но она успела меня чем-то зацепить.

Глава 4

Попрощавшись с начальником, мы пошли в профсоюз, там с помощью Валерия Ивановича нам выдали ключи от общежития. Затем нам выдали спецовки. Это особый ритуал, преображающий тебя в настоящего мастера своего дела. Молодые девушки-кладовщицы улыбаются, добавляя в этот момент нотки тепла и дружелюбия. Их улыбки – это лучики солнца в суровом мире производства, напоминающие, что даже в самых сложных условиях можно найти радость и вдохновение. Мне очень понравилось ходить по заводу, знакомиться с теми, с кем мне придется работать много лет. Мы зашли в раздевалку, где мне должны показать шкафчик для переодевания. Несмотря на то, что был разгар рабочего дня, в раздевалке толпилось много людей. Меня поразило очень большое светлое помещение, в котором рядами стояли металлические шкафы. Это место, где начинается твой рабочий день, где ты входишь в мир труда и мастерства. Железный шкафчик, словно маленький островок в океане завода, ждет тебя, готовый хранить твои вещи и охранять твой покой. Он твой верный спутник, твой маленький дом вдали от дома. Меня подвели к большому шкафу, разделенному на две половины, в одной половине хранятся чистые вещи, в другой – рабочая спецовка. Я повесил свою новую спецовку на вешалку, женщина, которая мне предоставила шкаф, протянула замок с ключами, дверь закрывалась с помощью длинного крюка, сначала нужно было засунуть в дужку один конец, а в другой защелкнуть замок, и оба ящика оказались закрыты одним замком. После этого мы с Толиком в сопровождении Дмитрия Ивановича вышли на улицу.

– Андрей, купи замок, отдай той женщине, – попросил Валерий Иванович.

– Хорошо, – ответил я.

– Нас с Толиком уже давно продолжительное время ждет моя супруга. Ты общежитие сам найдешь?

– Язык до Киева доведет.

– Я позвонил в общежитие, тебя там встретят, даже обещали на первое время дать что-нибудь из мебели!

Я поблагодарил Валерия Ивановича и Толика за участие в моем трудоустройстве на завод, чувствуя легкое волнение перед началом новой жизни. Мы обменялись крепкими рукопожатиями, и я направился в сторону общежития, время от времени я спрашивал у прихожих направление, мне все терпеливо объясняли. Пройдя мост через реку Зуша, я вдохнул свежий воздух, наполненный свежим ароматом воды и зелени. Вскоре я увидел большой магазин под названием «Космос» и решил заглянуть туда. Внутрии меня встретил просторный зал, разделенный на две части. С правой стороны располагались хозяйственные товары, я там себе выбрал подходящий по размеру замок. Кассиру подал сотенную купюру, она взглянула на меня осуждающим взглядом, пробежав глазами по моей одежде, и дала сдачу. С левой стороны были выставлены спортивные товары: блеклые с виду футболки, кеды, разные по весу гантели. Мужчина с сыном выбирал, какие гантели ему выбрать, вокруг них собирались люди, подсказывая, какой вес нужно брать молодому четырнадцатилетнему парню. В центре внимания стоял мотоцикл «Планета спорт», который привлекал своей мощностью и элегантностью, я хорошо помнил этот мотоцикл из своей молодости, у моего друга был точно такой. Единственно, что мне в нем не нравилось, это бак, он круто поднимался от сидения, чем, на мой взгляд, портил вид. Рядом стояли два мотоцикла «Минск» с надписью «продано». Чуть дальше, у окна, величественно замерло несколько мопедов. С такой же надписью «продано». Людей в этом магазине было много, но они больше глазели по практически пустым полкам. В этом магазине я еще купил два полотенца, шампунь для волос и несколько кусков мыла. Покинув магазин, я продолжил путь и вскоре подошел к гастроному № 2. Зайдя внутрь, я был поражен пустыми полками, лишь несколько банок консервов занимали место на прилавках: «Завтрак туриста», паштеты, килька и бычки в томатном соусе. Продавцы, одетые в форменные халаты, скучали за прилавками, ожидая товар или редких покупателей. Молочный отдел меня порадовал некоторым разнообразием товара, я взглянул на прилавок, где рядами стояло молоко из моей молодости, треугольные пакеты надолго задержали мой взгляд и пробудили воспоминания, во рту даже появился тот приятный, неповторимый натурально молочный вкус. Очень захотелось есть, я вспомнил, что сегодня еще ничего не ел. В этом магазине я купил молоко и свежий батон, решив, что этого мне на сегодня хватит. Бросил последний взгляд на полки большого магазина я почувствовал разочарование от скудного выбора продуктов. Утешал себя лишь одним, что в этом мире товар хорошего качества, пусть его меньше, но он будет приятен на вкус, а главное, безвреден, за этим честно следило советское правительство.

Общежитие номер двадцать один находилось далеко от завода, в первом микрорайоне, моя комната на четвертом этаже под номером сто пять. Перед моими глазами предстал коридор бесконечной длины, словно русло реки, теряющее свое начало и конец среди туманных воспоминаний детства. Стены старого здания были покрыты следами множества жизней, прожитых здесь раньше: едва заметные царапины, облупившаяся краска и пятна, похожие на таинственные знаки давно утраченных цивилизаций. По этому простору проносились дети разных возрастов, словно маленькие планеты, вращающиеся вокруг общего центра притяжения, огромного пространства свободы и безопасности. Их смех эхом отражался от стен, превращаясь в мелодичный гул, наполненный радостью и энергией молодости. Меня, оказывается, уже поджидали. Какой хороший человек Валерий Иванович, он и тут со всеми договорился. Встречали тепло и искренне, четыре женщины поджидали моего появления. Люди здесь относились друг к другу дружелюбно и уважительно, создавая атмосферу настоящего братства, с первых минут, только взглянув на лица поджидавших меня девушек, я почувствовал себя, как дома, окруженный заботой и вниманием новых друзей. Комната оказалась просторной и уютной, на окне висели давно выцветшие занавески. Старенькая кровать, источающая аромат прошедших лет, была покрыта мягким покрывалом, приглашая отдохнуть после долгого пути. Холодильник, скромно стоявший в пустом углу, готовился стать, хранителем моих запасов, обещая верную службу. Этот новый дом встретил меня гостеприимством и теплом, подарив ощущение покоя и уверенности в завтрашнем дне. Здесь в этих стенах каждый мог почувствовать себя частью большой семьи, объединенной общей судьбой и стремлением к лучшему будущему.

– Меня зовут Ирина Палтусова, – представилась симпатичная девушка лет двадцати с приятной улыбкой. – Я твоя соседка, моя комната рядом.

– Катерина Сопычева, – представилась другая и застенчиво вышла в коридор.

Третья девушка просто кивнула головой и вышла из комнаты.

– А ты ничего, – Ирина опять одарила меня доброй улыбкой, – нам позвонили, сказали, что блатной едет, надо приготовить комнату.

Ирина осмотрела внимательным взглядом мою одежду, дипломат.

Я пожал плечами, в этот момент мне не хотелось выделяться из общей массы людей, я решил стать таким, как все, купить себе простую одежду из магазина и слиться в толпе однообразия.

– Ира, ты здесь комендант?

– У нас тут все коменданты! Старших у нас нет, уборщиц нет, сами по графику моем коридор, туалет. Белье сушим в коридоре, но ты свои модные шмотки не вывешивай, ворюга у нас завелся, стоит что-то хорошее вывесить, так какая-то сволочь стырит. Ладно, устраивайся, имей в виду, холодильник на последним вздохе, так что присматривай себе новый. Отдыхай, вечером мужики с работы придут, знакомиться будешь, ребята у нас хорошие, не переживай, не обидят. Хотя ты вон какой здоровый.

Ирина осмотрела мои мышцы и вышла. Я остался один, на меня что-то навалилось, будто огромная плита двух жизней придавила меня. И моя жизнь, и этого Власова шли вперемешку, я понимал, что жить на две жизни будет тяжело, и надо забывать ту жизнь, которую я уже прожил. Теперь я Власов, и надо учиться жить в нем. Я закрыл дверь за Ириной, на ключ открыл молоко, отпил, по моему телу прошел аромат приятного вкуса настоящего коровьего молока, откусил булку, и вновь удивление, это было необычайно вкусно. Съев половину батона и выпив полпакета молока, лег на кровать, теперь я остался один и могу проанализировать все, что со мной произошло. Я лежу, смотрю на руки, ноги, все выглядит знакомо, но одновременно абсолютно чуждо. Навсегда я поселился в этом теле или только на время? Оно мне кажется чужим, легким, при движении ничего не болит, и, если сказать честно, попасть из тела больного старика в молодое, сильное накаченное тренировками тело намного лучше, чем наоборот. Меня не оставляет чувство невероятного одиночества, растерянности и страха перед будущим. Кто этот человек, чье тело теперь мое? Становится страшно, когда понимаешь, насколько глубоко проникают изменения внутрь тебя самого. Мой нос, губы, глаза, которые теперь иначе смотрят на мир, поменялся вкус еды, запахи стали ярче, звуки громче, даже дыхание стало другим. Каково было его прошлое, каким он был? То, что я про него знаю, этого очень мало, мне осталось неизвестным, чем он занимался последние три года, когда вернулся из армии. Толик говорил, что я связался с плохими людьми. Опять вопрос, насколько плохими. Одни загадки, а разгадок нет, я хотел расслабиться, но не получалось. Так и лежал на старой кровати, погруженный в хаос эмоций, пытаясь собрать себя заново. Будто вся моя прежняя жизнь исчезла навсегда, осталась лишь одна задача – выжить в совершенно незнакомых обстоятельствах. Я взглянул на свой таинственный дипломат. Может, в нем есть ключ к разгадке?