Андрей Мороз – Фольклорный путеводитель по Каргополью (страница 24)

[КВС: ] Не помню.

[КНН: ] Не помнишь? Вот тожо, того, такой был тожо старик вредный. А тожо Господь наказал его. А дак он пошёл… прихватило его, он напился воды из родника – не перекрестесь-то, из Попова родника. И его прихватило, он пошёл к медику и так и умер в Наволоку. Вася Постнов. <…> Так ему был крест постав-лен-то дак, там. [На том месте, где он умер?] Да, где умёр, на том месте был крест поставлён-то, а этого, схоронён-то на кладбище. [Он выпил воду из Александровского родника?] Нет, там у нас есть Попов родник. [Где?] В лесу. В лесу есть Попов родник. [И он выпил воды?] Выпил воды, не перекрестесь, и… [Надо было перекреститься?] Да, сразу горло схватило, и пошёл к медику, и умёр дорогой. [Где этот Попов родник?] Он в лес… в лесу. Вам не найти. [Не найти?] Не, он… не най… если тот, кто знает, найдёт, а вам не найти. Вода холодная, ключи так бьют так, во всех концах. Раньше дак старики всё чистили его, дак струб был такой, дак вода холодная очень. <…> Ну дак родник, дак. [Почему так родник называется?] Ак вот этого не знаю, какой… кто уж, его уж… это [нрзб.]. <…> [У этого родника тоже, как у Александровских, крест стоит?] Нет, нету там. Ну, там-то было, а теперь-то уж ничё не знаю. А его теперь и нету. Если кто не знат, дак и не найти. [Всегда надо креститься, когда пьёшь?] А как не… вот если из родника пьёшь, да как не перекреститься. [Из любого родника?] Да, нать перекреститься-то, как. [А если из колодца пьешь?] Ну а из колодца-то я не знаю, из колодца-то что ж, постоянно берём, дак. Уж это из родника-то, как это уж не перекрестесь-то пить?

Река, 2000, КНН; КВС

248. [Не говорили, что в Макарьев день клали заветы о скоте?] Да кто как завет кладёт – у нас, например, моя мама болела, дак она вот завет клала, что вот: «Выздоровею да схожу к Александровским родникам босиком», – вот было вот тоже завет считается. У кого какой завет. [Александровские родники где?] За Рекой. [Почему они так называются?] Даже не знаю.

Ошевенск, 1999, ТЛП

Камни-следовики[220]

249. [Были камни со следами?]

И на камне… нет уж, не на камне, что вот на камне есть человеческий след – вот у нас точно говорили, что снежный человек[221], ой.

Лёкшма, 1998, КВМ

250. Тут таки камни есть, вот там тоже, там таки камни огромные, там такое углубление как бы – никто не знает. Что – может быть, там первобытные люди раньше мылись? [Где такие камни?] В лесу.

Усачёво, 1998, ШЛ

251. [КЛМ: ] В Ошевенске <…> – а там же монастырь, и там вроде как есть таки камни, где след есть. [Со следом Христа?] Ну.

[НЛН: ] Я от бабушки слышала, там где-то прошёл. <…> И остался след Христа.

Усачёво, 1998, КЛМ; НЛН

252. На камне след человеческий. В самой середине [озера в д. Кучепалда] камень. Человека след… Бога.

Печниково, 1997, ЕБВ

253. Вот камень такой, на камне след. Человеческий след. На Красной Ляге. <…> Говорили, какой-то святой шёл, ступил на камень.

Печниково, 1997, РЕВ

254. [ПАЕ: ] Вот в этих кустах был большой камень. <…> Справа там есть лесок маленький. Так вот, в этом лесочке был камень большой, и говорили, что нельзя на него заходить, что это приносит [он] то болезнь, то что-то нехорошее, в общем-то.

[ДО: ] Потом он куда-то делся.

Печниково, 1997, ПАЕ; ДО

255. Камень там, в Мартыновой. Между полями большой камень. Как-то рассказывали, что там какой-то след есть – от кого-то, в общем, на этом камне.

Лёкшмозеро, 1997, ПМВ

256. Тут в полях есть камень… в общем, камень – там как бы след. След на том камне, и там всегда вода. Да, ну туда ходили тоже: считается как бы, значит, местом… таким, наверное, предотвращающим от каких-то невзгод.

Лёкшмозеро, 1997, СЕО

257. Блюдце есть в камне-то в этом, и всё время была, мол, в ней вода, в этом блюдце, – мол, это след какого-то святого, говорили. Я не была, не знаю.

Лёкшмозеро, 1997, ВМА

Источник Иоанна Власатого в Каргополе

258. [У ААИ рядом с домом источник, у которого стоит табличка «Святой источник Волосатого»[222]. Вопрос: Что это за источник?] Ну, б… родник, святой родник. И святой родник. Там была раньше, вот за этим родником, вот за нашим, за этим родником, была часовенка, крестили раньше детей. [В часовне?] Да. Бросали монеты. [Зачем?] Бросали; вот как крестят младенца, – и бросают монеты в родник, в родник, в родник, и не… да, никто эти монеты не брал. Там уж потом, когда батюшка вынимал эти монеты (может быть, сам, в этот же день, наверно), но во время крещения бросали монеты. И вот наш соседский мальчик с сестричкой (они погодки) пошли гулять, а у них было детей-то много, они [нрзб.] было четвёртое, а у них-то семеро было. Так некогда было матери-то за ними смотреть, на улице-то за ручку-то водить. Они ушли к роднику, а Коля-то и пал в родник-то. Валька приходит одна домой, мать-то спрашивает: «А где Коля?» – «В ямке». – «Где в ямке?» – «В ямке». Вот и: «Давай и веди, где в ямке». Так вот, выта-скиват этот сосед, Шмаков, Колю, и он был сорок минут под водой, холодная вода, родничная вода, и его достали живого – сорок… Ну, он, конечно, с моим сыном учился в одном классе, ему вот теперь сорок два года, и вначале он болел – в санаторий ездил. Он сейчас… и сейчас еще покашливает <…>. [Этот источник как-нибудь называется?] Там вон написано: «Святой источник Волосатого». [Кто такой Волосатый?] А Волосатов, этот оф… оформил эту часовенку-то – он, наверно, был верующим каким-то, может быть, был батюшкой, может быть, был покойником каким-то – вот этого я вам ничего не скажу. <…> [Почему источник святой?] Дак вот как, почему святой… Значит, тут была… тут брали святую воду, раз святой, дак; так, значит, это святой родник, и надо было носить из колодца. А просто у батюшка был, наверно, родник освящён, и эту воду брали не в церкви, как вот сейчас мы берём в церкви, а прям брали из этого родника… наверно, я думаю так.

Каргополь, 2003, ААИ

Проломинская часовня у села Орлово

259. [О часовне возле с. Орлово] У нас вот[223] была в деревне часовенка, в лесу <…> – все лесом, лесом, лесом, и вот на… такая площадочка, тожо все кругом ельничек такой красивый, и домик был построен откуда-то давным, ну токо, это… В этом от… где-то уже лет пять тому назад кто-то сожгал его. [Пять лет назад?] Наверно, может, лет пять, а может, и больше, сожгали вот его. Туда ходили вот все, это самое, тоже вот заветы делали. Бывает, что даже в этом тёмном лесу с вечера уходят, там ночуют, и наутро вот идут домой. Вот одни сидят вот в таком этом лесу, вот тогда даст вот какой женщине: например, что-то у неё болит – она даёт там завет, что вот: «Просижу там всю ночь», – и вот «в такой-то день», «такому празднику» или что. И она уходит и вот сидит. Это самое, и смотришь, думаешь: вечером уходит, а здесь всю ночь сидит, а утром возвращается домой. И как-то исцеляется человек. Вот оно помогает. [Как часовня называлась?] Ну просто её называли часовенка, часовенка и все. Как у этого домика, такое вот, – это часовенка, раньше вот называли часовенка. Раньше не были церкви, а то часовни были. Она как часовня была. Всё было там, это самое, там все этими обставлено, иконами, – в середине там, это самое, иконостас это стоял, потом столик, на нём тут все было, это самое, и тут свечки ставили, денежки ложили, и все, это самое. А живут… люди ходили – там на… пол намоют, все там приберут, половички… все постелено, все, было что… Кому вот потребовалося? Мы вот в какой-то год приехали – я уж не знаю, много лет назад я ездила, думаю, – ходили на кладбище к отцу да пойдём в часовенку. А они говорят: «Её уже нету», – говорят. [Неизвестно, кто сжег?] Неизвестно кто. <…> До этого было там, тоже… это самое, пахали бы… это, на тракторах, они иконы… некоторые иконы деревянные ведь были, дак они эти деревянные иконы рубили на… на… это самое, на щепки и жгали в из… Ну, представляете? И жгали вот, это самое, на кострах. А тряпки – вот что люди ходят, весют[224], вешают там (платки, полотенца там, все), – они делали на портянки. Вот такое… вот такое… вот такое время было. Раньше ведь не признавали этого ничего. Все было запрещено. А вот так вот, а люди – все равно ведь, кто, кто, если ему исповедование такое человека, дак он все равно ходит и не спрашивает там, чё там запрещёно или нет.

Река, 2000, ВИМ

260. [Как называется часовня недалеко от с. Орлово?]

[ГАО: ] Проломинская. Владимирской Преподобной Богородице иконе построена была часовенка. [Она сгорела?] Да, её сожгли. [Почему – Проломинская?] А там пролом есть.

[ДАП: ] Пролом там такой.

[ГАО: ] Там иордан как. Вот смотри. Вот здесь часовенка, здесь вход <…> а здесь вот пройдёшь и туда немножко спустишься как бы, и там внизу как колодец – пролом. И как этот пролом образовывался…

[ДАП: ] Целебный считался.

[ГАО: ] Во все праздники ходили к этой часовенной, к этой, Проломской часовенке называемой, ходили, как праздник: ну, там Богу помолиться, там и иконы были хорошие. И всегда обливались этой водой. Было если время прохладное – значит, мылись. Помылись, лицо, руки помоют, детям помоют ручки, ножки там, это всё, личико. Ну, и это всё теперь у нас нарушено. Сожгли хулиганы, гопники. <…> Так стена и так стена. Так это были такого большого формата: говорят, что на семьдесят сантиметров были иконы. По этому, по всему иконостасу, по низу и по верху ещё был иконостас. Там поменьше иконки были. Всё украли. Увезли, а чтобы замести следы, подожгли часовенку.