Андрей Мороз – Эгалитера (страница 45)

Почти не сбавляя скорости, попетляв между растущими прямо из воды, причудливо искривленными стволами каких-то, не слишком высоких деревьев, фыр притормозил.

— Сейчас набери побольше воздуха и задержи дыхание, — пояснила спутница, — в чертогах хозяина воздух есть, но сначала придется нырнуть…

… Я с нескрываемым интересом оглядывал апартаменты болотного босса и очень аккуратно — его самого. Не поражал воображение местный властелин — надо признать. Обычный сухонький старикан с сердитыми вьедливыми выцветшими глазенками и склочным выражением острого недовольного лица.

Одет дедок был тоже весьма непрезентабельно. В какую-то хламиду мятую и тапки домашние. Разве что, на тонкой цыплячьей морщинистой шее поблескивала массивная цепура с кулоном в виде большущего ключа, усеянного сверкающими камнями.

… - Всё эти интриганы молодые. Пидоры кулуарные. Подсидели — гады подводные. Ежа морского им в задницы. Присели на ухо верховному. Напели чего ни попадя. Он и поддался. «Старый ты уже», говорит. «Не в тренде!» Как-будто сам, шибко юный! Понахватался от молодняка словечек, понимаешь. «Деменцией» — какой-то, стращал. «Но поскольку заслуженный, то я тебя в спокойное место переведу». Вот и перевел… в это болото стоялое. А я тут от тоски задыхаюсь. После морского приволья — грязь болотная одна вокруг, представляешь каково мне тут? Сопьюсь ведь, — закончил, наконец, унылый и долгий рассказ о своих предпенсионных мытарствах старик. — Вот так-то! Нет правды на земле, но нет её и выше!

— Пушкин, — машинально кивнул я, — Моцарт и Сальери

— Чего?

— Да нет, ничего. Менестрели одни — популярные заморские, вспомнились. У них там тоже все сложно было. Интриги, яды, козни, зависть.

— О! Именно зависть! Завистники везде! Чтобы им одной морской капустой до смерти питаться! Так к чему я тебе это все вывалил, Ингвар: давай так — я тебе помогу, а ты мне поспособствуешь.

— Чем-же, я-то, обыкновенный скромный переселенец — могу самому владыке морей помочь, уважаемый Бардадым? — именно так звали желчного дедулю, — Пусть и бывшему, но все же, все ещё достаточно влиятельному и могущественному, — на всякий случай, профилактически подольстился к нему я. Заодно и «сиротства», в голос подпустив. Дабы предстоящая просьба старпера, не оказалась чересчур уж глобальной и обременительной.

— В открытой тобой долине, помимого всего прочего, есть большое озеро. Вернее даже сказать: целая цепь сообщающихся озер. О, каскад! — блестнув эрудицией, вспомнил дед, — Вода в них чиста, они просторны, прозрачны как слеза и глубоки. Самое подходящее и комфортное место, для пожилого водяного. Что еще нужно, чтобы коротать старость? — я, демонстрируя полное согласие, понимающе покивал.

— У этих озер есть лишь один изьян. Невероятно здоровенное чудовище, обитающее в их глубинах. Пока оно находится в этих водах, ни я, ни кто-либо иной — не сможет занять место повелителя тамошних озер. Но если его не станет — то такая вакансия откроется. Ну а дальше — моя забота, как её получить…

Уровня высокого зверина сия, не скрою. За три сотни будет.

И сделать это тебе надо до того, как ты призовешь кого-нибудь из тех, кто сегодня был у меня в гостях. Когда локация станет доступна для всех — ничего изменить будет уже нельзя. — он почмокал, пошамкал бледными губами с удовольствием смакуя, на мой взгляд, излишне приторное, красное полусухое, — Ну так как, Ингвар — мы договорились? Я помогу тебе немедленно покинуть эти болота, а ты поможешь мне стать главным во всех водных угодьях новой локации. Заодно избавив свои земли от чудовища. Кстати, тебе же не будет лишним — заиметь еще одного верного союзника, в «своей» долине?

— Я согласен, почтенный Бардадым.

Перед внутренним взглядом промелькнула инфа о принятии задания, из которой я узнал, что озадачен уничтожением чудовища, живущего в озерах «затерянной долины». Срок на это был выделен тот же, что и на призвание нового божества. В средствах и количестве соучастников — меня великодушно не ограничивали. Награда: 30000 опыта и 1000 золотых, каждому сопричастному, улучшение отношений с Бардадымом и рандомное оружие, доспех или украшение из сундуков бывшего повелителя морей — мне индивидуально.

Как я собираюсь уничтожить трехсотуровневого моба? Без понятия, если честно. На него надо хоть глянуть для начала, хотя бы. Выбора-то, все равно, особенного не имеется.

— Уважаемый Бардадым — раз такое дело, то у меня к тебе тоже просьбишка будет.

— Чего там? — хорьком насторожился старичело.

— Повстречал я тут как-то случайно, упоминание о неком знаменитом в прошлом пирате. Грасс его имя. Ну и подписался найти его или его корабль. Не подскажешь — где искать сподручнее? Ты же по морским делам — самый заслуженный. Мимо тебя ничего не проходило, я уверен.

— Ты, Ингвар, из берегов-то не выходи! Ишь, какой прыткий! Тебе палец, я смотрю, в рот не клади — по плечо руку оттяпаешь.

— Ну, прямо уж и по плечо, — возмущенно парировал я, — максимум по локоть. Ибо не приемлю чужих пальцев в своем рту.

— Ступай уже, любимчик богов. Я тебе и так авансом, можно сказать, помогаю. Выполнишь, что обещал — тогда и вернемся к этому разговору. Всё! — отрезал язвительный старикан, — Элиза тебя проводит. На фыре быстро до твердой земли домчишься… Мажор, мля! Ну и про договор наш — не забывай! Время не ждет!

— Ну ладно — пойду. Спасибо тебе, повелитель водный. Да, кстати, стесняюсь спросить, почтенный Бардадым — а что там у тебя в чертогах за война гремит и, похоже, кто-то крушит все, что ни попадя..? Ремонт затеяли, что-ли?

— А, не бей по больному! Это, видишь ли — одна из моих фрейлин, дурищ русалочных, с шайтаном каким-то — с пьяных глаз погуляла, кобыла мокрая! Наутро, даже не смогла вспомнить с кем конкретно — до того ужралась, паскуда. А в результате, вот что получилось, — он болезненно сморщась, с опаской прислушался к происходящему за стенами погрому. Всё не уймется! Бешеный — как пить дать, бешеный!

— Так, что получилось-то?

— Сам слышишь — вот этот демоненок и родился. Мать-то его, при родах представилась, а он, гаденыш неуемный — живехонький. Ни днем, ни ночью житья не дает, аспид энергичный! Все вокруг себя крушит и уничтожает не разбирая. И ведь, что страшно — он же, еще пока мелкий совсем. А что будет, когда подрастет — даже представить боюсь.

— Так что же вы его не…

— Что я, зверь какой, по-твоему? Может он не со зла, просто так резвится. Ведь ребенок же совсем. Хоть и безобразный — до ужаса. Может отцовская кровь в нем играет — не находит себе покоя под водой. Может его зов предков на родину: в лес или в поле тянет неудержимо.

— Так выпусти.

— Рад бы, да не могу. Малой он совсем. Нужно, чтобы кто-нибудь его по доброй воле к себе — на воспитание и призор взял. До совершеннолетия, хотя бы. А кто ж энтакого барбоса, в здравом уме находясь, возьмет? А еще, он как на своей флейте заиграет — так вообще караул… Рыба дохнет!

— А глянуть на него можно?

— Отчего же нет? Пойдем — только аккуратно, одним глазком, через щелочку. Признаться, я и сам его, лишний раз злить опасаюсь.

Я осторожно заглянул в чуть приоткрытую створку двери.

Ё-моё! Сатир! Сатир козлоногий! Точно сатир! Как с картинки. Только небольшой ещё совсем. Даже не подросток — ребенок.

Человеческие: голова с кокетливо выглядевшими рожками и торс — помещались на кривоватых козлиных мохнатых ножках заканчиваюшихся копытцами, с несоразмерно большим фаллосом — болтающимся между них. Не между копыт, слава богам, а ног козлиных, естественно.

ДЕТЕНЫШ САТИРА. 1 УРОВНЯ. ВНЕКАТЕГОРИЙНАЯ СУЩНОСТЬ, ПОЯВИВШАЯСЯ НА СВЕТ ОТ СОВОКУПЛЕНИЯ ВОДНОЙ НИМФЫ И ЛЕСНОГО САТИРА.

ВЫ МОЖЕТЕ ПРИНЯТЬ ДАННОЕ СУЩЕСТВО В КАЧЕСТВЕ БОЕВОГО ПИТОМЦА.

ПРИНЯТЬ?

Вот это поворот! Поискать инфу по питомцам — сатирам, или взять «кота в мешке»?

Надо брать! «Это ж-ж-ж, неспроста!» — нутром чую.

Нда, надо будет тебе, первым делом портки справить, мохнатый. А то девы юные пугаться будут, пожалуй. Или наоборот прилипнут, не оторвешь? Не важно, в общем. Нам ни того ни другого не нужно.

— Аряря! — обмерив мою фигуру маленькими смышлеными глазками, сказал сатир.

— Ну, это-то само собой, разумеется, — согласился я, — Я буду звать тебя: «Чаки», чувак, — доверительно сообщил я, козлоногому мальцу.

Почему Чаки? Сам без понятия. Возникло вдруг в голове внезапно.

Внекатегорий пет — это хорошо или не очень? Судя по-всему: очень даже неплохо.

Вот только, согласно земным мифам: все сатиры склонны к алкоголизму и неумеренно похотливы. Помню еще что-то про их неутомимость в битвах и пьянстве. Малость подрастет и начнутся — повальный кутеж и половые бесчинства!

Ничего — если что, у меня не забалуешь! В момент: «за рога и в стойло»!

— Слушай, Ингвар. Ты же типа эльф лесной, — изобразил пальцами кавычки, саркастичный дедок, — Выручай землячка своего. Пропадет ведь он здесь. И меня до кондрашки доведет. Может, возьмешь демоненка, а? — он просительно сморщил и без того морщинистое как сухофрукт, лицо.

— А что насчет моего вопроса по Грассу?

— Ну, мы же договорились, Стрелок. Я тебе добро — ты мне?

— Я тебе, за твое добро — местечко теплое, а вернее мокрое, добыть подрядился, уважаемый Бардадым. А этот «земеля» беспокойный, уже по иной, отдельной статье пойдет… Впрочем тебе решать. Мне он не особо нужен, если откровенно. — внаглую лукавил я, «напуская тумана», — Боюсь — хлопот с ним не оберешься. А, как еще подрастет, да в силу войдет… Зато твои фрейлины довольны будут. Лишь бы на тебя — заглядываться не начал, а то кто его знает, что там у него с ориентацией. Генетика — наука мудреная и заковыристая.