Андрей Миля – 47 отголосков тьмы (Антология) (страница 56)

Дверь приоткрылась, и я замертво упал в проход. Шайба, схватив меня за ворот, протащил к печи.

– Грейся, Коля, грейся, пес. Живы будем – не помрем, – хриплым голосом промямлил Шайба.

Я лежал на полу и не верил своему счастью – жив… еще жив. Немного придя в себя, я встал на колени.

– Колян, давай сюда, – гундосым голосом сказал Гульден.

Шайба и Гульден сидели за столом. Скинув бушлат, я присел к ним.

– На, пей, – протянул кружку Шайба.

Вдохнув пары спирта, я залпом выпил целую кружку ядреной самогонки.

– А где хозяева? – поинтересовался я.

– Да хрен их знает где. Да какая к черту разница! – весело пробормотал Шайба.

За окном окончательно стемнело. Употребив почти всю бутыль сэма, Шайба решил пройтись по хате. И через минуту мы услышали его ор.

– Пацаны, тут жмур!

Мы зашли в комнату: вонь ударила в нос, запах аммиака и тухлятины проник в меня струей. Меня вырвало на пол. В углу лежала мертвая старушка, обглоданная почти до шеи. Мы выбежали из комнаты и захлопнули дверь.

– Мож, медведь схавал? – спокойным голосом ляпнул Шайба.

Не успев Гульден открыть рот, как мы услышали скрежет под ногами. Мурашки пробежали с пяток до макушки. Шайба ринулся к ведущей в погреб дверце возле печки. Спустившись вниз, Шайба крикнул:

– Парни, помогите! Тут дед живой.

Мы вытащили еле дышащего деда из погреба и положили его на кушетку возле окна.

– Дед, ты чего там делал, что произошло-то? – тряханул его Гульден.

– Щелк… Щелкун… ны, – прокряхтел еле слышным голосом дед.

– Че бормочешь, дед? – испуганным голосом проронил я.

– Заткнись, Колян! – ткнул меня в плечо Шайба. – Не видишь, помирает старый. И тут как по приказу Шайбы дед двинул концы.

– Да что тут, в конце концов, случилось? – не сдержался я.

– Ладно, до утра отлежимся и попрем дальше – к рассвету могут менты заявится, на месте лучше не стоять. Шайба, тащи деда к бабке, будет тут вонят, да и не люблю с мертвяками спать! – скомандовал Гульден.

– Вон пусть Коля тащит, я больше к бабке не пойду!

Схватив с шайбой деда, мы перетащили его к бабке в комнату и положили на пол. Я снова чуть не блеванул.

– Все, спать! – буркнул Гульден. – На заре двинем.

Шайба затушил свечу, и мы кто где разложились на покой. Вырублся я моментально: видел свой дом, жену Ирку, сына, бегающего босиком по огороду.

– Колян, проснись!!! – растолкал мой сладкий сон Шайба. – Ты слышишь?

– Слышу что? – еще в дреме прошептал я.

– Тихо! Слушай!

Гульден спал на кушетке у окна и кряхтя сопел через нос.

– Иди сюда, – подозвал к двери у выхода Шайба.

Я на карачках подполз к нему и прильнул к холодной двери выхода.

Щелк… Щелк… Щелк… Щелк… За дверью действительно слышались странные звуки, будто человек пять столпилось на улице возле хаты и щелкают зубами, причем щелканья настолько сильные, что у нормального человека от таких ударов челюстями зубы повылетали бы к чертям собачьим.

Щелк… Щелк… Щелк… Щелк… Звуки не стихали, а нарастали раз за разом. Стало, мягко сказать, не по себе.

– Мужики, за окном кто-то есть! – проснулся Гульден. – Черт, у него глаза горят, что за херня!!!

Щелк… Щелк… Щелк… Щелк… Звуки нарастали со страшной силой – казалось, они вокруг, и сверху, и снизу, и за спиной.

Я подбежал к окну. Гульден сидел на кушетке и не отрываясь смотрел в окно, за которым стоял длинный человекоподобный силуэт с горящими, как у кошки в ночи, глазами. ЖАХ!!! Вылетело стекло, из разбитого окна потянулись длинные руки с пальцами, как щупальца у медузы. Мы отпрыгнули назад. Нашему взору предстала ужасающая картина: через оконный проем лезло неведомое существо, со склизким туловищем и вытянутой овальной головой, с круглыми кошачьими глазами; рот у него был без губ, с огромными деснами, кривыми и прямоугольными зубами. «Щелк… Щелк… Щелк… Щелк…» – отщелкивало чудовище, проскальзывая в окно.

Мы ринулись к выходу, где стоял Шайба, держащий дверь, которую пытались выбить с другой стороны.

Послышался треск еще одного разбитого окна. Гульден рванул к комнате, в которой лежали трупы стариков, но по дороге его схватил монтстр и облепил его лицо своими щупальцами. Гульден начал биться в бешеной конвульсии. Чудовище разжало руки, и тело бедолаги упало на пол, на лице его были огромные гематомы от убийственных присосок щелкуна; монстр накинулся на бездыханное тело и начал пожирать его.

– КОЛЯ, ПОМОГИ!!! – еле удерживал дверь Шайба.

Но я не мог. Я оцепенел. БАХ!!! Дверь вылетела вместе с шайбой. В дверной проем потянулись щелкуны, отщелкивая свои зловещие мелодии. Двое из них не задумываясь накинулись на Шайбу. Его крик на момент заглушил щелканье, хриплый и еле слышный голос Шайбы превратился в дикий и невыносимый ор. Отойдя от оцепенения и ужаса, я ринулся в комнату, где лежали старики, щелкуны последовали за мной. Я захлопнул дверь и прижал ручку рядом стоящим стулом. Щелкуны начали долбить дверь; проследовав к окну, я запнулся о тело деда и рухнул на пол. Стул под дверью хрустнул, и щелкуны начали прорываться через проем, создавшийся в двери. Резким прыжком я нырнул в окно и с треском вывалился из избы в сугроб. Еле как выбравшись из-под снега, я побежал в сторону леса. Кровь от осколков окна застилала глаза, я слышал зловещие щелканья за спиной, но я не поворачивался, я бежал, бежал как никогда не бежал, проваливаясь в снег, вставая и вновь убегая от той избушки.

Менты схватили меня поутру, нашли съеживавшегося в сугробе – думал, умру, замерзну, даже не думал, а надеялся. Но судьба распорядилась иначе. Никому ничего не говорил, просто молчал. Били сильно, но я молчал, лишь изредка пощелкивая зубами. Щелк… Щелк… Щелк… Щелк… Насмехался, не знаю над кем, может, над собой. К моим восьми впаяли еще 10 лет строгача. Уж лучше в тюрьме – тут спокойней, лучше, чем на воле. Не хочу туда, они там найдут и придут за мной. Щелк… Щелк… Щелк…

Вы въезжаете в Городок Страхов

История случилась в сибирской провинции.

Около года назад работал я водителем на «Газельке», развозил алкогольную продукцию по сибирским регионам. Был это обычный осенний день, немного пасмурный, но ничем не отличающийся от остальных. С утра на складе, как обычно, получил путевой лист, загрузился и отправился в небольшой поселок N, в котором еще ни разу не довелось мне побывать. Но со мной всегда есть верный помощник – GPS-навигатор, на котором я указал свой пункт назначения и отправился в путь. Ни много ни мало заняла дорога – около пяти часов. После трех часов езды по шоссе GPS отправил меня налево, по убогой дороге, то из щебенки, то из убитого в хлам асфальта, и наконец на чисто деревенскую земляную дорогу, прокатанную здешней сельскохозяйственной техникой – в общем, плакала моя и так неживая ходовка и ругалась на каждой выбоине.

В общем, с горем пополам попал я в это богом забытое место. Хочу сказать, положение у данного поселка удручающее. Проезжая по узким улочкам между старых как говно мамонта домов, разбитых заборов, лающих собак, бабулек на лавочках, провожающих взглядом мое корыто, и шатающихся алкобратьев, наконец выбрался по навигатору к небольшому павильону с обшарпанной и обесцветившейся табличкой с надписью «Продукты». Встретили меня, мягко говоря, не ахти: продавщица советской закалки, с пышными формами и таким же животом, что-то пробурчала зловещее и пошла искать грузчика-синяка для разгрузки зеленого змия. В общем, по времени ушло на сие занятие около двух часов. Ведьма-продавец за это время настолько вынесла мне мозги, что я незамедлительно после ее росписи и выдачи наличмана покинул адское логово под названием «Продукты».

Время близилось к шести вечера. Отъехав недалеко от магазина, я наконец решил перекусить домашней «хаванины», заботливо наложенной моей женой в двухлитровую банку. Набив желудок, решил передохнуть полчасика и отправиться обратно «на родину». После выкуренной сигарки и выпитого из термоса кофе меня немного сморило и мои глаза, не спрашивая меня, захлопнулись, а мозг приказал организму отбой. Проснулся я уже в девятом часу. Не знаю, как так получилось, – обычно если отключусь на работе, то не больше получаса, а тут, видимо, здешняя унылая жизнь подействовала и на меня. Почему-то только сейчас до меня дошли мысли, почему ни разу не звонил телефон, ни от жены, ни с работы звонков не поступало. Взглянул на монитор мобилки – как, в принципе, и ожидал, связь отсутствовала. Надо было срочно выбираться из этого богом забытого места. Недолго думая, завел свою «шушлайку» и отправился обратно домой.

Без того пасмурная погода превратилась в жуткую мглу. GPS-помощник начал глючить и никак не давал мне назначить обратный маршрут: плутая по разбитым улицам, я не раз возвращался к обители зла под названием «Продукты». Никак не укладывалось в голове, как я мог заплутать в четырех улицах, на которых не было ни души. Причем во всех окнах домов не было света, как будто все вдруг испарились. В общем, покружив полчаса по безлюдным улицам, я уткнулся в старинную, наполовину утопленную в землю избушку с проблеском света в окне. Остановившись, я заглянул в окно и увидел, что этот проблеск есть обычная свеча, она одна-единственная в доме стояла на старом столе, и больше внутри ни души. Пока я разглядывал кого-нибудь живого в окне, сзади тихим старым голосов проскрипела старуха: