Андрей Мельник – Законы рода. Книги 1–4 (страница 37)
Мужик принялся складывать в мешки другой свой товар и, подойдя к окну, крикнул кому-то:
– Холодильники резервные вруби! Сразу два можешь!
– Надо всё. Несите всё, что есть, – улыбнулся я, ожидая, что он пошлёт меня, а я с радостью пошлю его и пойду уже отдыхать.
– Ладно. Жди, – неожиданно согласился он, и вскоре передо мной стоял сундук, что весил, пожалуй, не меньше кабана.
– На, смотри, ройся. Я скажу, почём то, что тебя заинтересует. Только это, сразу скажу: фантики себе оставьте, меня только зёрна интересуют, – предупредил он нас, и мы вдвоём стали копошиться в сундуке.
Укреплённая современная армейская разгрузка и куртка под неё, бронежилет, каска… На дне виднелся пулемёт, а сбоку стояла в коробе пулемётная лента.
– Нет. Что на дне, не отдам, – сразу отмахнулся скупщик, видя мой заинтересованный взгляд. – Я тебя первый раз в жизни вижу. Так что без шансов.
– А огнестрелом вообще можно торговать? – удивился я наличию такого оружия в этом ящике с «полезным барахлом на обмен».
– Каким огнестрелом? Это просто скромный музейный экспонат устройства по продырявливанию монстров. Но, как я уже сказал, вам я его не отдам.
Ясно с ним всё. Сейчас ещё скажет, что у нас «документов нету».
Из всего барахла меня в первую очередь заинтересовала куртка с разгрузкой с полезными кармашками и проводящие магию наручи.
– Куртка – без вопросов. Хороший товар, качественный. Ещё долго послужит и защитит, если вы на совсем уж бесовских отродий не попрёте. На, подержи, оцени, сколько весит. Там стальные пластины вшиты и подкладка нейлоновая повышенной прочности. А наручи… Морозов, только из-за твоих приключений, под рассказы о которых мы в баре не одну кружку пива выпили. В общем, наручи не советую, мужики. Одноразовые. Лучше новые возьмите. У этих четыре ремонта было. Трижды мне их возвращали товарищи тех, на чьих руках лопнули крепления. Посреди боя – мало приятного. Лучше зелья возьмите в комплекте. Универсальный набор. И противоядие универсальное, и восстанавливающий эликсир, и зелья маны – сразу три штуки, – и зелья здоровья, одно так вообще мощное, правда, на самогоне… Но что самое важное, качественное. От него не будет мигрень два дня мучать, как от домашних поделок недоалхимиков, – выдал свой вердикт нашему выбору Жбан, а затем назвал сумму зёрен на обмен. – Зелья за сотню мелких зёрен, кольчугу – за сто пятьдесят.
– Подожди, зелья-то открыты, я же вижу! Пломбы сорвали, это не товар, а мусор! – тут же вмешался Михаил.
– Ничего не мусор! Один идиот купил, смешал всё по капле, выпил пробу и отъехал в больничку на пару недель с тяжелейшим отравлением. А сам товар – пушка-бомба! Сертифицированный, качественный! Его реальная цена от пятисот зёрен. Я и так, считай, даром отдаю. А он так-то почти полный и реально свежий! Даже не поленюсь и документы найду! Сможешь сам проверить номер партии на бутыльках. И нет, ничего там не подливалось и не смешивалось. Я Михалычу сразу в лабу отнёс, проверил. Но да, испортятся они за полгода. Потому важно быстро сдать, чтобы добро не пропадало. Отсюда и цена. Короче, слово ликвидатора: там всё зашибись!
– Тогда беру. Берём то есть, – кивнул Михаил, и я полез в мешочек за зёрнами.
– Правильный выбор, – улыбнулся Жбан и с серьёзным видом начал пересчитывать со мной зёрна, сортируя их по размеру.
Они все были едва ли не копией друг друга. Лишь размером отличались. Нестандарта, который оценивался дороже, к сожалению, не было. По стоимости средние оценивались как три малых, а крупные считались сразу за пять зёрнышек. Так и насобирали нужное количество.
– Так, господа довольные клиенты, теперь перейдём к разделке. Давай, малой, дуй в дом, приведи себя в порядок, переоденься в чистое. Есть одежда запасная?
– Есть. А зачем?
– Ну так хряка твоего потрошить будем!
– Ну тем более вопрос становится актуальным! Зачем пачкать чистые вещи?!
– Затем, бестолочь ты безусая, что дяденька Жбан тебе покажет, как надо монстров на самом деле резать. И твоя одежда, в идеале белая, будет индикатором чистоты разделки. Лишь нож и ладони могут испачкаться у истинного профессионала! – пояснил мужик и скрылся в доме.
Через минуту он вышел со свёртком в руках и развернул его на лавочке. Ого, столько всяких ножей. Шикарно выглядят! И все нужны для разделки?
Пока любовался ножами, скупщик перетащил всё остальное добро, кроме туши кабана, в дом.
– Топай прихорашиваться. А я пока инструмент подготовлю, – послал меня мыться Жбан, и я был только за.
Уже собирался зайти в дом, как во двор завалился один из местных.
– Жбан, здорово! Это кто тебе, – кивнул гость на тушу мутированного кабана, – такого красавца притащил?
– Секрет, Обморок, секрет. Тебе что-то расскажи, уж через час весь Горлик будет знать.
– Ну Жбан, ну ты чё?! Хочешь, расскажу, кого вояки искали? Ты обалдеешь!
Жбан начал точить ножи перед работой и под этот мелодичный звук вопросительно посмотрел на местного оболтуса, что любит шляться и болтать, а не работать.
– Короче, старшая сводная сестрица самого императора, говорят, не выдержала сурового нрава нашей многомудрой регентши, – улыбаясь во все тридцать два жёлтых зуба, поведал сплетник. – А мож, хрен с твоим секретом? Тут и так всё ясно. Дай водки бутылку.
– Вот поможешь мясо, мусор и кости в яму утильную отнести, тогда и поговорим, – ответил мясник.
Опачки… Дело становится интереснее и интереснее. Враг моего врага – мой друг. Если этот Обморок, конечно, не наплёл чепухи. Что-то слабо мне верится, что целая принцесса империи может вот так вот взять и сбежать, чтобы никто её не нашёл, не увидел и не спохватился сразу. Нет, такое даже элитным спецслужбам не под силу. Разве что… Может, это какой-то хитрый план?..
Глава 18
Нынешняя временная правительница империи Романова Стефания Алексеевна села на край кровати, и к ней тотчас подбежала служанка со стаканом.
– Это что, сок?
– Ваше величество! Вы запретили приносить вина с утра к вашей постели… – виновато склонила голову девушка неописуемой красоты, но ни поклон, ни напоминание не избавили её от гнева вполне себе молодой правительницы.
– Ты что, стерва, думаешь, я забыла?!
И наотмашь ударила по руке служанки. Стакан отлетел прочь и разбился о стену.
– Тупая ты тварь… – шипела Стефания. – Ты что, не видишь, как я устала?! Так ещё и бардак мне тут устроила! Вот и какой, к дьяволу, сок мне поможет с такими недоумками слугами?! Сейчас же принеси мне алазанское рубиновое. Три бокала!
Девушка не смела высказать и капли недовольства, ведь знала, как закончила предыдущая служанка. Возможно, ей повезёт чуть больше, и она доживёт до конца этой недели, а там на её место поставят другую.
– И грязь эту с осколками не забудь убрать! – добавила «усталая» правительница.
У её усталости было своё имя. Даже два: Хавьер и Филипп. Два фаворита, что прибыли к своей госпоже этой ночью и исполняли все её прихоти в постели. Оба низкородные дворянчики, что не имели за душой практически ничего, кроме смазливого лица и сравнительно неплохой физической формы. Оба молодые, горячие и, что довольно важно для Стефании, выносливые. То что надо для такой, как она, что прошла суровейший отбор и заключила династический брак с ныне покойным императором. И, в отличие от его первой супруги, которая родила двух девочек, подарила ему сына.
Дочери не могли быть наследниками Российской империи. Таков закон. И потому Стефания до безумия радовалась, когда родила мальчика, который унаследовал магию отца. Оставалось лишь, чтобы сын стал самым сильным из наследников. Либо же единственным…
Так и случилось, и теперь Стефания пользовалась данной ей властью. Она повсюду поставила своих людей, дабы ничто не смогло помешать её сынуле взойти на престол окончательно после своего совершеннолетия. Преданная гвардия, лучшие учителя, великие стражи дворца, ставшие его личными телохранителями… Она обезопасила своего мальчика так, что и муха не пролетит рядом с ним без её ведома. Таким образом Стефания защитила и своё положение, благодаря чему теперь жила полной жизнью, лишь несколько дней в неделю посвящая себя империи.
Стефания даже не предполагала, что станет так себя вести, когда её супруг уйдёт в мир иной. Она целых две недели скорбела и думала о семье, судьбе, проблемах… Но затем что-то в ней изменилось. Она словно что-то сломала внутри себя.
С самого рождения Стефания жила, чтобы стать той, кто она есть. Её растили в строгости. Она не знала ни ласки, ни любви, ни свободы. А тут…
Её семья прислала весточку и примчалась в империю сразу после окончания траура. Её род уже потирал лапы, желая заграбастать огромные ресурсы одной из величайших империй. Только вот она всех послала вместе с предложением помощи по управлению империей. С гордостью, с самодовольной улыбкой.
«Хрен вам всем! Это всё моё! И моего сына!» – скандировала она про себя.
И всё же она понимала, что многие, очевидно, станут склонять независимую и свободную от военных распрей Российскую империю в сторону многочисленных конфликтов и что без какой-либо поддержки ей будет ой как тяжело править.
Старые дворянские рода – местная аристократия – не были о ней высокого мнения изначально. Ведь всё, что она умела, по их мнению, хорошо делать, это ощущать настроение своего собеседника. И они были недалеки от истины.