Андрей Мельник – Законы рода. Книги 1–4 (страница 114)

Савельевы помогли мне. Дали шанс и возможность развернуться. Стать тем, кто я есть, и тем, кем я стану… Долг платежом красен. Фабрика – это глупое недоразумение. Сегодня я стану ночным кошмаром, что выведет из игры многих из их врагов. А ещё больше тварей я отдам им на растерзание, послав весточку Кармазовым.

Я оказался в многоквартирном доме. На девятом этаже меня встретила старая, повидавшая многое на своём веку дверь. Кто бы знал, что за ней в скромности живёт гнилая тварь, что регулярно обрекает десятки девушек на страдания.

Молча я расплавил замок, а Фома изнутри открыл цепочку, что мешала тихо войти внутрь. Одинокая старуха, попавшая под влияние иностранной мафии, что глубоко пустила корни в нашу империю, поставляла за границу величайший дар России – прелестных юных девушек. Именно через неё пробивался их статус. Обычно искали одиноких, молодых, красивых и низкородных. Таких если и будут искать, то не задействуя гвардию и армию.

Она была гинекологом, имела доступ к электронным базам практически всей страны. Она знала, кто из приглянувшихся мафии всё ещё девственница, а кто нет. Так проходил отсев. Ведь богачам из-за рубежа, что покупали красавиц со всего мира, была интересна в первую очередь чистота тех, кто будет прислуживать им, пока не растеряет свою молодость и красоту. Ну а что с ними будет дальше, их не заботило. Отдать кому-нибудь из слуг или охранников, да даже убить – для них это практически не имеет значения. Да и свои грязные желания на таких вот рабынях осуществлять – для них лучший способ избежать огласки. Подонки… Какая разница, что будет с собственностью, когда та будет более не пригодна?

В общем, именно от этого «божьего одуванчика» зависели судьбы молодых красавиц. И сколько же этих самых судеб она сломала…

Я замер над спящей тёткой, размышляя, как мне быть.

«Для таких, как ты, смерть – это спасение…» – подумал я и в тишине ночи начал рыться в её вещах, пытаясь найти улики. И нашёл! Прямо в её телефоне были сохранены сообщения от одной из этих мразей. Пойдёт в качестве презента Савельеву. Мне незачем делать всю работу. Достаточно начать катить с горы этот ком грязи, а об остальном позаботятся другие.

Тихо подкинул улики с кровью убитого похитителя и вышел из дома, вызывая с её же телефона полицию на этот адрес. Главное, чтобы до выяснения обстоятельств задержали, а уже завтра старуху возьмут в оборот слуги рода, владеющего большей частью этого славного города.

Я двинул к следующему адресу, и там пришлось пролить кровь. Немало крови… Основная база похитителей. Там же они держали своих пленниц, прежде чем вывезти их из города. В этот раз склад при заброшенной судоремонтной верфи был пуст. Лишь та самая грязь, что занималась множеством отвратительных дел, дежурила на нём.

– Фома, захвати у них все телефоны и ноутбуки, фотоаппараты и документы, какие найдёшь. Подержи у себя, пока буду наводить порядок.

Наши далёкие предки, когда видели, что лес поразила какая-то болезнь, порой поступали радикально – сжигали его. А затем на пепелище распахивали поля, засевали их пшеницей, рожью или другими культурами. Так строилась человеческая цивилизация. Чтобы создать что-то, порой требуется что-то уничтожить… Уверен, городу будет всё равно, если этот заброшенный склад внезапно сгорит ко всем чертям. На его месте обязательно построят что-нибудь новое и, надеюсь, действительно нужное и полезное.

Я вошёл через парадную дверь и громогласно объявил всем сонным и не очень, пьющим и играющим в карты ушлёпкам:

– Внимание, ублюдки! Сейчас вы будете гореть! И единственный выход – дверь за моей спиной. Пройдите, если сможете!

Их было немного, всего человек десять. Это при том, что на эту группировку, которая старалась тайно действовать под носом у местных шишек, так или иначе трудилось около сорока человек.

– Мужики, – вскочил один из них, весь расписанный безвкусными тату, – это что за больной?..

– Гори и пылай, очистись от мусора… – сказал я вслух, и Фома не подкачал: выбросил передо мной щит и меч. – Поехавший?..

– Бл*, маг!

– Мужики, чё там за дым в ссаном углу склада?!

Есть ли у них пистолеты, не знаю. Да и знать не хочу. На всякий случай прикрылся щитом. Его ни одна пуля не прошибёт. Особенно когда он заряжен эфиром.

Сбежать у них не получилось. Выхода из этого склада было два. Один там, где я, а второй там, где начался пожар, который вмиг распространился по сухой древесине.

Фома за это время спёр всё, что нам было нужно в качестве улик, а я уменьшил поголовье мразей на семь особей. Ещё трём, что решили сдаться и молить о пощаде, просто сломал ноги и вышвырнул вон, подальше от вспыхнувшего словно спичка склада.

– Ну что, ещё один адрес, и к рассвету домой? Там Сокол уже поди заждался…

Я быстро написал СМС, чтобы он уходил в гостиницу, так как у меня дела и ждать смысла нет, и отключил телефон.

Буйное пламя и сирены пожарных остались позади. Меня же ждала поездка за город, на генеральские дачи, где жил один ушлый подполковник полиции, что решил подзаработать деньжат, мешая продвижению дел по похищению людей. Сколько там заявлений было потеряно? Сколько улик исчезло, отчего дела не возбуждались, из-за этой мрази? Много… Там, где налицо похищение, дело квалифицировали как «пропавшие без вести». А иной раз и вовсе убеждали с помощью сфабрикованных записок, в которых говорилось, мол, улетаю в тёплые края или ещё куда. И всё это дело рук одного полковника и его ручной шестёрки – лейтенанта. Пускай мелочью занимаются сыскари. А рыбку покрупнее… Что же, мне будет крайне приятно выбить из этого урода признание, записать его на телефон, а затем оставить послание всем тварям, что решат кошмарить этот город.

Не знаю, почему я так рьяно это всё делаю… Быть может, это совесть моя так реагирует на то, что я сам стал, пусть и не по своей воле, на кривую дорожку с контрабандой из Сибири? Пусть с ней ущерб получают только государственные скупщики… и недополучает налоги моя дорогая и горячо любимая регентша, что пускает их на оплату своих псов, что отправляются убивать малочисленные, но опасные рода империи. С другой стороны, они же идут и на выплаты ветеранам и семьям ликвидаторов…

– Сложная штука, эта жизнь…

Павел Аркадьевич Сабитов, глава местного отделения ликвидаторов, готовился встречать и принимать гостей с раннего утра. В городе было шумно. То полиция сновала, то скорая с пожарными чересчур активничали… Но его это мало заботило. Сегодня выходной. Он устроил званый ужин, на который разослал приглашения всем достойным и находящимся в городе и его окрестностях ликвидаторам. В первую очередь тем, что участвовали в закрытии излома.

Такая вот у него традиция – собирать наиболее отличившихся воителей и магов, что с гордостью носят печатку, после каждого закрытого излома в его зоне ответственности. И к этому мероприятию он относился очень скрупулёзно, желая лично пообщаться с теми, на ком зиждется безопасность близких и дальних городов империи. Но если говорить совсем уж откровенно, то по его мнению – всего мира.

Да, в его понимании Сибирь с её дико богатой на флору и фауну территорией, что занимает размеры большие, чем многие крупные и успешные государства современности, – это ещё тот рассадник заразы. Уж сколько сил, пота, крови и жизней было принесено в жертву безопасности и стабильности из-за её существования…

Он сам выбрал заниматься этой напряжённой и нервной работой. Сам вызвался переехать из столицы вместе с женой и детьми сюда, чтобы стать одним из столпов безопасности этого региона империи. Крупный город Сибири, по сути, был тем, ради чего он боролся и сражался, активно занимаясь вопросами безопасности и подготовки новых молодых ликвидаторов. Особенно ему приглянулся один ярл.

«Миргорд Краст – человек бедный финансово, но безумно богатый на храбрость, целеустремлённость и таланты, – так оценил его Павел Аркадьевич. – Выжить месяц в сибирской глуши, найти там пропавших девиц и вытащить из пекла одного из сильнейших Архимагов империи, будучи при этом обычным Ветераном и магом Новичком… Либо он скрывает свои силы, либо он безумно удачлив. Впрочем, на дуэли парнишка продемонстрировал выдержку и хладнокровие. Таланты битвы и острый ум позволили ему облапошить Сашитовых и поставить их в крайне затруднительное положение. Да и они давно напрашивались… Деньги есть, воители есть, а толку от их существования для центра никакого…»

В личном рейтинге уважения графа Сабитова род Сашитовых плёлся в самом конце.

– Наташа, я хочу, чтобы ты составила мне компанию на приёме, – позвал Павел Аркадьевич свою внучку, прекрасно зная, как она не любит эти шумные встречи.

– Ну деда… – сразу стала отнекиваться пятнадцатилетняя девчонка. – Там опять будет скучно! Понаприедут твои мужланы и мужланки…

– Ната-а-аша, не надо так говорить о тех, кто и ради тебя сражается. К тому же в этот раз среди гостей будет молодой парень примерно твоего возраста. Три года – это ерунда.

– Ну деда-а-а!.. Я уже Аньке обещала в торговый центр сходить, сумочку посмотреть… – продолжала отнекиваться та.

– Аньку твою выпороть надо. Шопоголичка малолетняя… – буркнул граф. – Ещё и ты начинаешь себя так же вести. Смотри мне, Ната, будешь такой же, как она, я терпеть подобное не стану. Мигом тебя приструню!