Андрей Мельник – Статус: Клинок Системы (страница 8)

Герда бросила дротик в тот момент, когда орк ещё только заносил меч. Железный наконечник вошёл в бедро чуть выше колена с такой силой, что орка развернуло на месте, а ногу вместе с экипировкой порвало на части, словно из пушки выстрелили. Дротик врезался и расколол камень в конце арены, погружаясь на полметра вглубь.

Конечность висела на лоскутах кожи. Орк выл, бил кулаком по окровавленным камням. А Герда разочарованно сплюнула и стала ждать, пока он умрёт. Промазала, получается…

Три минуты длились мучения орка. Он даже попытался добраться до Герды, но она спокойно ходила по арене, сохраняя дистанцию. Ей была нужна победа одним ударом, поэтому она ждала, пока орк сдохнет. Тернистый и жестокий путь у Герды к новому титулу…

И если орки не поняли с первого раза, что произошло, подумали, что её противнику просто не повезло, то вот как только она вытащила дротик и со вздохом посмотрела на меня, до меня дошло, о чём именно она сожалеет.

Я мигом подошёл к шаману и предупредил его о проблеме… Атаки Герды могли убить… случайно чуть больше орков, чем запланировано в дуэли. Он вопросительно посмотрел на меня и спросил, что я имею в виду. Я сказал, чтобы он отдал приказ оркам поднять щиты. Он задумался, но ничего не сделал. Я же добавил, что всё последующее — на его совести, и, повернувшись, сказал Герде, чтобы не сдерживалась больше.

Вторая дуэль Герды заставила заорать весь двор. Дротик разорвал не только её противника, но и ещё пять орков позади, что с пеной у рта поддерживали своего бойца и требовали порвать «людобабу». Шаману пришлось на пять минут прервать дуэли, чтобы успокоить всех, и только потом Герда вышла с арены, что стала для неё защитой. Священные законы дуэлей орки нарушить боялись, пожалуй, даже больше, чем ослушаться приказа своего царя.

Герда дошла до трупа и потребовала у орков вернуть её оружие. Шаман гаркнул, и ей вручили её драгоценность из стали, выкованную нашим замечательным кузнецом.

— Следующий! — рявкнула она.

Третий бой дался ей тяжелее. Орк был умнее предшественников и не полез в лоб, а начал кружить, выматывая дистанцией и уклоняясь от дротиков. Герда потратила все метательные снаряды и перешла на топор, но орк оказался увёртливым и быстрым для своего размера.

Его клинок резанул Герду по предплечью, оставляя длинную резаную рану, из которой хлынула кровь. Валькирия зашипела от боли, отступила на шаг, и я увидел, как её правая рука дёрнулась к поясу, к кобуре с пистолетом.

Выстрел грохнул по двору и отразился от каменных стен. Пуля попала орку в грудь, прямо в центр нагрудника. Появилось маленькое отверстие в доспехе.

Орк зашатался, начал кричать, рванул в атаку, но было уже поздно. Герда выбрала стратегию обороны, и слабеющий враг допустил ошибку, после которой лишился безрассудной головы.

— Иди лечись, — вышел я на арену, указывая на льющуюся с руки кровь.

Она не стала спорить. Взяла погибшего орка целой рукой, закинула на плечо свою добычу и перешагнула верёвку.

Я вновь был в бою, и орки как-то поутихли… А вместе с тем и бои продолжились с прежней частотой. Противники не иссякали, предпочитая путь самурая: лучше умереть с честью, чем дать заднюю.

Очередь у верёвки не становилась короче, потому что на место каждого убитого приходили двое новых. Слухи расползались по крепости и за её пределами, привлекая орков из ближайших казарм и постов. Кто-то шёл мстить за погибшего друга, кто-то хотел проверить себя, кто-то просто был достаточно пьян или зол, чтобы считать это хорошей идеей.

Час за часом, тело за телом… Солнце перевалило через зенит и начало клониться к западу. Я уже потерял счёт противникам и ориентировался только по их номеру на лбу. Куча трофеев у стены росла и уже напоминала оружейный склад. Как-то это всё ещё утащить надо будет… О! Павоз Элеи! Загрузим и покатим. Он ведь тоже пространственный артефакт.

Через какое-то время я вышел из круга и передал эстафету скучающему и раз за разом предлагающему сменить меня Мэду. Оборотень скинул всю свою экипировку, оставшись лишь в безумно огромных семейниках. Орки, видя это, пришли в неистовство, мол, враг совсем охренел, уже даже экипировку сбрасывает, чтобы уравнять шансы! Титул главного выпендрёжника у меня забрали мигом и сразу же вручили Мэду. А потом он преобразился…

Хочу сказать, что в его зверином боевом стиле, рвущем орков на части, есть что-то необычное… Я словно в транс впадал или медитацию. Как там говорится? Можно бесконечно смотреть на три вещи: как течёт вода, как горит огонь и как вервульф рвёт на части орков.

Я стоял у стены, наблюдая за его боями, и уже собирался сменить его и вернуться в круг, когда далеко позади, в стороне осадного лагеря, раздался взрыв, от которого вздрогнули даже стены крепости.

Грохот пришёл снизу, из-под земли, и был настолько мощным, что каменные плиты под ногами подпрыгнули. Ратмир упал на колено, удержав равновесие выставленной рукой. Герда, сидевшая на ящике с перебинтованной рукой, вскочила на ноги и схватилась за топор здоровой рукой. Орки в очереди у круга сбились в кучу, кто-то повалился, кто-то выхватил оружие, оглядываясь в поисках врага.

Но врагов не было. Я с любопытством подпрыгнул, активировав «Воспарение», завис над стенами крепости и посмотрел на осадный лагерь, что раскинулся на широкой равнине. И то, что я увидел, заставило меня мысленно похвалить диверсантов.

На месте центра лагеря зияла огромная воронка с парящим столбом пыли над ней. Земля вокруг неё просела на добрый десяток метров, образовав неровную впадину, в которую сползали остатки палаток, повозок, осадных машин и всего остального, что секунду назад составляло лагерь. Кто-то прокопал тоннель под самый центр и заложил заряд такой силы, что земля сначала взметнулась вверх, а затем осела, погребая под собой всё и всех, кто оказался в зоне поражения.

Орки, что находились ближе к эпицентру, просто исчезли. Те, кому повезло оказаться на периферии, были раскиданы взрывной волной, засыпаны обломками и землёй, придавлены валунами, выброшенными из-под земли. По меньшей мере половина гарнизона, размещённого в лагере, была уничтожена или выведена из строя.

Живые, но контуженные взрывом орки шатались то тут, то там, держась за головы. Осадные башни превратились в груды щепок, катапульты и баллисты разнесло на куски.

Я шумно выдохнул и развернулся в воздухе, уставившись на небольшой балкончик цитадели, выходящий во двор: уже слышал, как злобно топает новый владелец крепости. Пара мгновений, и передо мной появилось лицо Дира Завоевателя.

Орочий царь выглядел встревоженным, если не сказать больше. Он уставился вдаль, скаля морду и произнося на орочьем непереводимые, отборные ругательства. Затем Дир перевёл глаза на меня, парящего в воздухе на уровне его балкона. А ведь я предупреждал, что с его лагерем горе может случиться. Но он отказался меня выслушать…

Я пожал плечами, покачал головой, показывая, что я не при делах, и развёл руки в стороны, мол, я предупреждал.

Дир вытянул руку и ткнул в меня когтистым пальцем.

— Притащите его ко мне, — рявкнул он. — Немедленно!

«Воспарение» закончилось, и я мягко приземлился во двор. Вокруг стоял хаос. Орки бегали, кричали, носились к воротам и обратно. Дуэльный круг опустел, его участники забыли о поединках и пялились в сторону лагеря.

Я посмотрел на Графа и позволил себе улыбку, которую с трудом сдерживал последние минуты.

— Граф, бери всех и веди к «Стреле Ветра». Готовьтесь к отлёту. Кстати, вот вам Павоз Элеи, чтобы было куда сгрузить добычу, — положил я перед ним «коробочку» с неразложенным транспортом.

Граф нахмурился, убрал записную книжку за пазуху и посмотрел на меня с привычной невозмутимостью:

— А ты?

— Я либо скоро вернусь с отцом, — ответил я, — либо закончу то, с чем не до конца справился партизан, и всё равно вернусь с отцом. Будет неплохо, если к нашему прибытию левиаток будет готов взмыть в воздух и убраться как можно дальше. Например, домой.

Граф кивнул и выпрямился:

— Хорошо. Надеюсь, нас не остановят.

— Насчёт вас распоряжений не было, — ответил я. — И вы всё ещё дипломаты. Я говорил исключительно от своего имени и делал это неслучайно. Идите. Встретимся на корабле. Говорите, что битва, видимо, ещё не окончена, а для дипломатов это не лучшее место, потому вы возвращаетесь в лагерь.

Соратники быстро собрались и двинулись в сторону выхода из крепости вместе с орками.

Я смотрел им вслед, пока они не скрылись за углом. Затем повернулся к цитадели, откуда уже спускались двое телохранителей Дира.

— Ну… — тихо произнёс я, двигаясь им навстречу, — теперь-то ты перестанешь ржать и потешаться над моими словами и начнёшь прислушиваться к моим просьбам и советам. Либо же у цареубийцы появится повод проявить себя…

Глава 4

Телохранители Дира оказались на редкость молчаливыми. Всего-то сверлили меня покрасневшими от ярости глазами. Что же, я умею произвести впечатление…

Двое широкоплечих орков в тяжёлых нагрудниках и с секирами за спиной провели меня через внутренний двор цитадели мимо суетящихся солдат и крикливых командиров, пытающихся хоть как-то восстановить порядок после взрыва. Хаос стоял знатный. Орки метались между воротами и руинами: кто-то тащил раненых, кто-то просто бегал и орал, не понимая, что делать и куда бежать. Организованная мощь армии Дира обратилась в муравейник, по которому хорошенько прошлись сапогом.