Андрей Мельник – Призрак «X» ранга (страница 1)
Андрей Мельник, Александр М.
Призрак «X» ранга
Глава 1
Грохот ударил посреди ночи, и я подскочил на кровати. Внизу рухнуло что-то большое, разбилось стекло. Но громче всего был оглушающий, раздирающий крик мамы.
Я слетел с кровати, запутался ногами в одеяле и чуть не впечатался лицом в пол. Только открыл дверь и спустился вниз по лестнице, как сразу же услышал надрывной, запыхавшийся отцовский голос:
— Витька, беги! Слышишь⁈ Беги!
Было что-то чужое в этом голосе. Такого хрипа у отца я никогда не слышал.
Где-то в районе кухни шла настоящая война. Гремела посуда, мелькали яркие вспышки света и крики не прекращались ни на миг. С трудом сделав первый шаг, я вернулся в комнату. Ноги будто приклеились к полу. Пальцы сами повернули ключ в замке, и я прилип к щели между дверью и косяком. Куда бежать? От кого бежать? Что случилось?
В щели виднелся кусок лестницы и коридор внизу. Там ворочалась темнота, что-то падало, отец рычал, отмахиваясь зонтом. Мамин крик оборвался на кухне, и от наступившей тишины сердце сковало ужасом.
Мрак развеялся, когда по стенам поползли языки пламени. Над окровавленным телом отца стоял чужой. С виду самый обычный дядька. Рабочая куртка, зажигалка в руке. Но лицо… Безумное, злое, с кровоточащим порезом на шее и сломанным носом. Оно отпечаталось в памяти.
На миг он посмотрел в сторону лестницы, и я застыл, видя хищный взгляд. Отец схватил дядьку за штанину, и тот со всей силы ударил его ногой по голове.
Сплюнув, этот монстр в теле человека поднёс к зажигалке раскрытую ладонь, и огонёк перетёк на неё, разгораясь сильнее. Это неправильно! Так не бывает! Огонь так себя не ведёт!
А потом пламя сорвалось с его ладони и увеличилось в разы, стало настоящим потоком огня. И оно обрушилось на моего отца…
Хотелось заорать, рвануть хоть куда-нибудь, но тело окаменело. Страх сковал меня, превратил в истукана, не способного даже пальцем пошевелить.
Отец замолчал, перестал шевелиться. Сквозь дверь потянуло палёным, и от этого запаха свело желудок. И я очнулся.
Ноги понесли меня прочь от щели, ближе к кровати. Пол заскрипел, когда тот, кто ворвался в мою жизнь, принялся шастать по дому…
— Витька, выходи! Куда ты спрятался, маленький ублюдок⁈
Я нырнул за кровать и перестал дышать. Новый приступ страха сковал меня, пусть и хотелось сделать хоть что-то.
Где-то на улице глухо завыла сирена. Звук пробивался будто сквозь вату.
Шаги внизу замерли, и я, набравшись храбрости, снова подошёл к щели. Я его не видел, но слышал, как он злобно сопит где-то там, в темноте.
За окном снова что-то зашумело. Я дёрнулся на звук и понял, что пристройка с машиной папы уже вовсю полыхает.
— Горит сарай, гори и хата, — проскрипел жуткий голос из тьмы, и из-под двери просочился яркий свет.
Резко стало жарко. Дым полез из-под двери, и я стал задыхаться.
«Нет, меня никто не спасёт… Лишь я сам могу себя спасти…» — появилась мысль в голове, и я подскочил к окну.
Рванул шпингалет, но пальцы соскользнули. Со второй попытки створка распахнулась в ночной холод. Внизу темнела мамина клумба, до земли было метра четыре.
Прыгать было страшно. Тело сделалось непослушным и деревянным. Нет супергероя, что пришёл бы и спас нас… Я должен прыгнуть. Должен спастись… И рассказать всем, кто это сделал!
Собрав волю в кулак, я перевалился через подоконник и оттолкнулся. Земля понеслась навстречу, воздух ударил по глазам, и чувство невесомости схватило мою душу и сжало желудок. И ещё долго меня держало в подвешенном состоянии бесконечного падения, пока я не проснулся…
Сердце билось как ненормальное, ком в горле и слёзы в глазах стояли. Настоящие. Простыня сбилась и намокла от пота.
Я, взрослый двадцативосьмилетний мужик, лежал в собственной спальне и ещё пару секунд доживал падение двадцатилетней давности. На часах у кровати светилось «6:29». Рука сама протянулась к будильнику и зависла над ним.
Цифры мигнули, сменились на «6:30», и писк оборвался, не успев толком начаться. Всегда так просыпаюсь… Это происходит уже само собой, и неважно, как поздно я лёг и что мне снилось. Шесть тридцать утра — пора вставать. Для кого-то такой график — ад, а для меня — уже норма. Из ада я выбрался ещё ребёнком…
Уставился в потолок и медленно выдохнул. Всё как всегда… Чем ближе годовщина их гибели, тем бодрее подсознание крутит мне этот фильм. Ночь за ночью… Плёнка каждый раз стартует с грохота из пристройки, где отец поймал ночного гостя в нашей машине.
Столько лет прошло, а картинка всё такая же пугающе яркая, как и в тот проклятый день. Псионик… Сраный псионик возомнил себя сверхчеловеком и позарился на машину отца, классику из семидесятых, которую тот реставрировал в свободное от работы время. Ублюдок…
Я так и не нашёл его… Надеюсь, он давно сгнил в земле, в безымянной могиле.
Я и сам стал псиоником… Только вот совсем не спешил говорить об этом хоть кому-то. Причин у меня хватало, но главная — тяжело поверить тем, кто сперва арестовывает убийцу, а потом берёт на службу, забывая о его грехах.
Псионики заменили ядерные ракеты, и теперь государства меряются силами совсем иным способом. Пусть формально урод и отсидел свой срок, а потом пошёл на сделку со следствием… но я как представлю, что этот ублюдок с зажигалкой теперь на службе у властей…
Подавив вспышку гнева, я заставил себя подняться. Зло должно быть наказано, а злость нужно укрощать, чтобы не погубила меня самого. Надо держать себя в руках.
— Надо бы на неделе съездить на кладбище… Прибраться там, подкрасить оградку, — тихо произнёс я в пустую квартиру. — Да и вообще, пора вставать.
Я щёлкнул пальцами, и плотные шторы поползли в стороны, впуская в спальню ленивый весенний восход. Следом в гостиной ожил телевизор, приглушённый до невнятного бормотания, а на кухне взялся за дело чайник.
Технокинез в быту оказался крайне полезен: техника слушается меня напрямую, без приложений и голосовых помощников. Вдвойне комфортно, когда своими руками из разных компонентов сделал себе «умный дом». Теперь мне даже не надо тратить пси-силы, чтобы устанавливать контакт с каждым устройством отдельно. Всё управляется из одной коробочки, красота! То что нужно для утренней разминки псионика.
Через пару минут я всё же поднялся. У способностей есть предел, и завтрак они за меня не приготовят. Пока что…
Заварил чай и устроился у окна, прислушиваясь к новостям. Ведущая утреннего выпуска бодро отчиталась:
— … по данным управления внутренних дел, за последние полгода уровень преступности в городе снизился более чем на треть. В связи с этим вчера состоялась торжественная церемония награждения. Генерал-майор Огнев получил орден за выдающиеся заслуги в организации охраны общественного порядка…
На экране показали и самого генерал-майора, солидного дядьку с таким количеством наград на кителе, что в грозу к нему лучше не подходить. Он пожимал руки и явно не сомневался, что треть преступности испарилась исключительно благодаря его мудрому руководству и потрясающей раскрываемости.
Я отхлебнул чай и, щёлкнув пальцами, выключил телевизор. Всё равно правды там ни за что не скажут…
Например, не скажут, кто на самом деле так активно взялся за вычищение городских улиц и сдал с потрохами полиции несколько банд со всеми уликами, записями телефонных разговоров и прочего. Они, конечно, спишут всё на войну банд, мол, одни других сдают, разосравшись, и заслуги за развал преступного мира в виде медалей да орденов навесят на китель доблестных стражей правопорядка. Впрочем, пусть носят на здоровье. Мне железки без надобности, а им приятно. Пусть считают это волонтёрской помощью ветеранам кабинетных сражений.
Допил чай, поднялся, помыл кружку и вернул на полку. Дальше по расписанию тренировка. Отжимания и подтягивания на турнике в дверном проёме. Всё скучно, без огонька, зато тело потом весь день не ноет и не просится обратно в кровать. Оно у меня капризное… но мы давно научились договариваться: я гоняю его по утрам, а оно не подводит меня в остальное время.
После последнего подхода руки гудели, а майка прилипла к спине. Я хоть и отношусь к псионикам или, как стало популярно говорить, «суперам», но в плане физических сил от обычного человека не отличаюсь ничем. Мышцы после тренировок болят, как и у всех, и это, пожалуй, к лучшему. Заставляет оставаться в тонусе и не надеяться исключительно на проснувшиеся десять лет назад силы.
Душ я запустил по пути, мысленным импульсом выставив температуру, так что к моему приходу вода уже прогрелась. Постоял под струями, смыл усталость и окончательно проснулся. А дальше — пробежка за завтраком с попутным осмотром территории.
Натянул спортивный костюм и вышел на улицу. Наушники ждали своего часа в кармане.
Соседи на улице возились рядом с авто. Все разъезжались по работам… Ну а я в домовом чате формально считался замкнутым в себе программистом, сидящим на удалёнке. Один раз бабульке на лавочке обмолвился, чтобы она теорий и догадок не строила, так теперь весь дом в курсе…
Бабуля оказалась чрезвычайно подкованной пенсионеркой, разбирающейся в соцсетях и чатах. И, насколько я знаю, даже в какие-то онлайн игры играет. Ещё чуть-чуть и стримером станет…
Я размеренно побежал, минуя не очень-то и знакомых соседей. Маршрут у меня отработанный, через два района, с финишем возле кафе с самыми потрясными завтраками среди местных забегаловок. Даже занёс бы их в список лучших в городе.