Андрей Мельник – Повелитель гоблинов. Том 6 (страница 2)

— Уходим! — рявкнул я оркам, и те синхронно отступили на три шага, развернулись и побежали следом за нами.

Из копьеметалок и моего арбалета в строй вонзились снаряды, убивая ещё одного легионера, закрывшего проход. Это задержало мертвецов на секунду, а мы получили преимущество и продолжили без суеты отступать.

Десять шагов назад — выстрел, минус легионер. Ещё десять шагов — ещё выстрел, ещё минус легионер.

Мертвецы хлынули в брешь без организованного строя: они пытались нагнать нас, отчего погибали куда бодрее, чем до этого.

Как только мы оказались у лестницы на третий ярус, из глубин подземелья раздался то ли крик, то ли визг, и легионеры замерли на мгновение, сбились вплотную и восстановили боевое построение. Стрелять по ним вновь стало крайне трудно.

Третий ярус. Баррикада здесь была мощнее: двойной ряд брёвен, подпёртых каменными блоками, бойницы для стрельбы и площадка сверху для копьеметателей. Спартак встретил нас сразу за укреплением.

— Вижу, гости непростые, — новоиспечённый хобгоблин перехватил меч поудобнее, оценивая приближающийся грохот шагов.

— Полноценная армия, — коротко ответил я, устраиваясь за баррикадой и перезаряжая арбалет. — Тяжёлая пехота в металлических доспехах. Мечи, щиты, боевой строй. По ногам и корпусу бить и стрелять практически бесполезно, надо целить в голову и шею. Там шлемы есть, но они ржавые — пробиваются выстрелами. И у них есть магические посохи, посылающие огненные снаряды, что разносят баррикады за одно попадание, и грамотные командиры.

— Пу-пу-пу… — выдал философское изречение Спартак.

Согласен с ним целиком и полностью. Это полное пу-пу-пу.

— Идут! — крикнула Миори, следя через щель за подножием лестницы.

Я отвлёкся от проверки отряда и взглянул в глубину куда более светлого четвёртого яруса.

Мерный стук шагов заполнил коридор, и в свете факелов снова замелькали тусклые доспехи и зеленоватые огоньки в глазницах. Никакой суеты, никакой спешки. Армия мертвецов продолжала неумолимо двигаться. Словно живые, они заботились о собственной безопасности, прикрывая тела увесистыми щитами. Но тут у нас были для них небольшие подарки…

Мы повторили тактику четвёртого яруса: обстрел через бойницы, ставка на точные попадания в уязвимые зоны. На этот раз стрелки были точнее, потому что уже знали, куда целиться, да и освещение было в разы лучше. Мертвецы падали чаще, щиты не выдерживали нагрузки — спасибо системной механике поломки снаряжения, — но и тут их строй смыкался после каждой потери, заполняя бреши новыми бойцами.

По меньшей мере сорок легионеров погибло здесь по нашим подсчётам, когда мертвецы оказались в трёх метрах от баррикады.

Стрелка с посохом я так и не заметил, хотя был уверен, что он есть и что он далеко не один. Барельеф прямо показывал, что чуть ли не каждый второй здесь должен уметь вытворять нечто подобное. Но пока в бой шёл в основном защищённый металлом авангард.

— Давай! — крикнул я, и Тали разрубила верёвку, что удерживала от падения несколько десятков крупных округлых камней, что хранились в деревянном коробе над баррикадой. Орки рогатинами толкнули вперёд подпорки, что также поддерживали эту конструкцию, и ловушка раскрылась, устраивая камнепад. Тяжёлые булыжники загрохотали и покатились вниз, врезаясь в мёртвых легионеров, сминая их доспехи. Раскидывали мертвецов, словно те были простыми кеглями.

Активизировались по полной стрелки и стоящие на втором «этаже» баррикады копьеметальщики. Упавшие, покалеченные, прижатые соратниками мертвецы пытались подняться. Но они были открыты и уязвимы, чем мы без стеснения воспользовались. Счёт погибших врагов начал стремительно расти.

Я раз за разом перезаряжал арбалет и стрелял, параллельно следя за тылом вражеского строя и пытаясь разглядеть стрелка с магическим посохом. Наконец-то лавина мертвецов раздвинулась, и там, вдалеке этой длинной лестницы в несколько сотен ступеней, показался некто в тёмном балахоне.

Я присмотрелся к нему и прочёл подтверждающую мою догадку надпись:

[Обнаружена угроза: Некромант мёртвого легиона. Уровень 20.]

И он был не один…

Пока он помогал подняться своим бойцам, окутывая их светом некротического исцеления, вдалеке показались ещё три фигуры в балахонах. Не знаю, сколько их всего, но только эта троица представляет огромную опасность.

— Некроманты в балахонах, — передал я Миори. — Двадцатый уровень. За строем идут. Если сможешь достать хоть одного, это сильно нам поможет.

Миори прищурилась, высматривая цель через бойницу. Покачала головой.

— Далеко. Они за щитами прячутся. Подождём. Может, подойдут ближе.

Не подошли… Вместо этого один из некромантов поднял посох, и навершие вспыхнуло тем же зеленоватым пламенем, что разрушило прошлую баррикаду. Я среагировал за долю секунды:

— ЛОЖИСЬ!

Залп ударил в верхнюю часть баррикады. Копьеметальщиков сбросило с деревянного помоста. Они упали, получили травмы. В них вонзились щепки разрушенной преграды. Хорошо, что они были в экипировке и за такой защитой. Без этого умерли бы мгновенно.

Пока мы приходили в себя, а я перезаряжал арбалет, в стену прилетел ещё один залп…

Я едва поднял оружие, как заметил летящий зелёный шар и рухнул на землю, попутно прикрывая поднимающуюся Миори. Второй выстрел снёс правый фланг укрепления. Два залпа за пять секунд, и наша баррикада из надёжного укрытия превратилась в нагромождение обломков.

— Третий ярус не удержим! — крикнул Спартак, стряхивая с плеч древесную крошку. — Отходим!

— Отходим! — повторил я громко. — Утаскивайте раненых. Идём, как прежде: залп, отступление, залп. Эта армия не может быть бесконечной, как мана у магов!

Мёртвый легион продвигался с четвёртого яруса на третий. Мы отступали, отдавая пространство, но уже познакомились с врагом и его возможностями.

Медленное и неминуемое наступление без страха смерти, против быстрых и точечных ударов ловких гоблинов и мощных орков. Это битва на выносливость…

Раненых должны были уже доставить на поверхность и отправить вниз резервы стрелков. Ну а мы отступали ко второму ярусу под неутихающий лязг металла мёртвого легиона и постоянно прореживали их ряды.

Некроманты плелись в конце наступающей колонны. Они точно могли исцелять мертвецов, но не были способны их оживлять. Я не заметил ни одного такого случая, пока мы продвигались по широким залам третьего яруса. Это хорошо.

Ещё двадцать легионеров погибло. Стрелы стремительно заканчивались. Дротики и болты — тем более. Но мы скопили большие запасы, готовясь к обороне.

— На лестницу. Каждые десять ступеней перезарядка и выстрел!..

До врагов было метров двадцать. Они шли размеренным шагом, словно роботы. Отсюда я смог хорошо рассмотреть, сколько всего противников нас ждёт. Мы не прикончили и пятой части этой массы, прикрытой металлом…

Противник не торопился и не ошибался. Мертвецам было некуда спешить. Они не устают. Не голодают. Не теряют боевой дух. В запасе у них сотни бойцов. И каждая минута работала на них… Некроманты берегли ману. Не тратили её, если не видели конкретных препятствий. А вот мои бойцы расходовали стрелы, дротики, силы и нервы беспрерывно. Но это давало свой результат. Да и снарядов наши мастеровые сделали столько, что и за всю ночь можно не расстрелять.

К моменту, когда мы добрались до второго яруса, я мысленно подсчитал потери с обеих сторон. Мы убили около сотни легионеров, потеряв семерых ранеными, включая одного гоблина, придавленного обломками баррикады. Он живой, но без сознания. Его утащили в тыл.

На втором ярусе Шрам подготовил самую серьёзную баррикаду из всех. Тройной ряд каменных блоков и брёвен, стянутых верёвками, узкие бойницы и каменный парапет для стрелков. Но я уже понимал, что и она не выдержит. В лучшем случае переживёт на пару залпов больше.

К слову, ещё в прошлый раз заметил, что некромант вступил в дело лишь тогда, когда до баррикады оставались считаные метры. Стоило хотя бы одному легионеру пересечь невидимую черту и упасть перед ней замертво, маг расчехлил свой посох.

Как я дошёл, сразу дал команду фокусироваться на тех, кто ближе всех к нашему укрытию. Смерти передовиков давали нам небольшой, но крайне важный запас времени, позволяющий убить ещё хотя бы парочку мертвецов до того, как маги, которых было не достать, используют свои посохи.

— Шрам, как только начнут бить посохами, уводи всех наверх. Не жди, пока рухнет.

Хобгоблин кивнул:

— Понял.

Хоть он и рвался в бой, но, видя наши уставшие лица и раненых, всё же сохранил хладнокровие.

Я стоял за баррикадой Шрама и смотрел, как вверх методично ползёт эта стальная гусеница мертвецов. Их шаги отдавались в стенах, вибрировали в полу, били по нервам.

Уставших гоблинов сменили бойцы Шрама, Миори провела новым стрелкам инструктаж, Орочи заменил копьеметателей, позволяя отдохнуть своим бойцам, даже если те взяли уровни и вновь были готовы рвать и метать. Их сила нам ещё понадобится. А остальным тоже желательно взять хотя бы уровень до того, как мы покинем подземелье.

Зеленоватые огоньки глазниц покачивались в такт маршу, словно мишени, потому стрелки вновь открыли огонь. Но большие щиты принимали на себя почти всё. Пробить их мог лишь мой арбалет и орочьи дротики.

Лучники получили приказ пытаться стрелять «навесом». По сути, прямо, но так, чтобы стрелы уходили за передние ряды и метили в тех, кто идёт сзади.