Андрей Мельник – Повелитель гоблинов. Том 2 (страница 17)

— Полагаю, Дионис наконец-то пригласил вас куда-то. Подумать только, спустя столько лет он осмелился. Прошу не гневаться и дать ему шанс, а также выслушать глупые мысли смертного помощника антикризисного управляющего, — осторожно произнёс я.

Гера усмехнулась, что-то ей в моём ответе понравилось.

— Шанс, говоришь? Сколько шансов я уже давала за все эти годы⁈

Дионис сжался ещё больше. Я решил рискнуть.

— Я знаю Диониса недолго, — начал я, подбирая слова. — Но… он не такой, каким кажется. Есть тайна, которую он скрывал и продолжает скрывать ото всех. Особенно от вас.

— Правда? — Гера скрестила руки на груди. — Не такой, каким кажется? Хочешь сказать, что он не бабник, пьяница и безответственный шутник?

— Вы видите не то, кем он является. А кем хочет, чтобы боги, вроде вас, его видели. Это его защитная реакция. Вы ведь не задумывались, почему он такой, верно?

Гера прищурилась, оценивая меня, помолчала несколько секунд и, величественно кивнула, позволяя мне продолжить мысль, что суетливо формировалась в моём сознании:

— Говори.

Я выдохнул и сурово посмотрел на своего покровителя. Надеюсь, он подыграет мне. А то он явно сейчас сольёт все свои шансы на эту встречу своим кротким поведением. Стоит, как тряпка. Даже руки дрожат…

— Дионис не бегает по женщинам, потому что он… кобель, — подобрал я земное слово, надеясь, что Система правильно его переведёт. — Он влюблён. Давно. Тайно. Безнадёжно.

Гера молчала. Дионис резко поднял голову, уставился на меня с ужасом.

«Ты чё такое вякаешь?»

«Тихо ты, жопу твою спасаю!»

— И в кого же? — сурово произнесла Гера.

Казалось, если я назову имя какой-то девицы, она её уничтожит, как уничтожала любовниц своего бывшего мужа. Если, конечно, верить легендам.

— В одну-единственную богиню, — продолжил я. — Но он боится. Боится отказа, насмешек, непонимания, зная о её силе, статусе и недосягаемости… Он не решается признаться уже очень давно.

Я покачал головой, словно разочаровался в Дионисе.

— Он настолько боится быть высмеянным и отвергнутым, что ищет утешения в компании всё новых и новых нимф и жриц. Он ошивается рядом с красивыми девушками, но каждый раз смотрит в их глаза, надеясь увидеть там взгляд той, кто ему недоступен. Он верит, что это его любовь сменила облик и обернулась новой нимфой и соблазняет его. Что богиня мечты пришла к нему в новом теле, новом образе. Ведь та, о ком он поёт в одиночестве песни и слагает стихи, умеет это делать с изяществом и лёгкостью, недоступной никому другому! Только эта мысль приводит его в экстаз. Мысль о том, что он разделил чувства и близость со столь прекрасной девой, которую любит всем сердцем.

Тишина. Гера медленно повернулась к Дионису. Её взгляд мог заморозить лаву.

— Так ли это?

Дионис открыл рот. Закрыл. Открыл снова. Лицо стало пунцовым.

— Я… то есть… она… мм… — он запнулся, руки задрожали. — Это… как бы… в общем…

Я едва сдержал улыбку. Вот, пожалуйста. Доказательство налицо.

— Видите? — обратился я к Гере. — Этот говорун обычно слова не даст вставить. Трындит без остановки. А сейчас не может и двух слов связать.

Гера молча смотрела на краснеющего Диониса.

— Сердце слишком давит на мозг, — продолжил я. — Он буквально тупеет от чувств. А это и доказывает истинность моих слов. Все эти годы он был вашим тайным воздыхателем, богиня Гера.

Она продолжала молчать. Дионис стоял красный как рак и пытался что-то выдавить из себя, но получалось только бессвязное мычание.

Я решил ещё немного поиграть с удачей, видя, что пока всё складывается нормально:

— Богиня, могу я попросить минуту наедине? — кивнул я в сторону. — Есть кое-что, о чём я не могу говорить при нём.

Гера удивлённо подняла бровь, но кивнула. Женщины любят загадки. Мы отошли на несколько метров. Дионис остался стоять, весь красный и дрожащий.

Я понизил голос до шёпота:

— У него психологическая привязанность, я точно вам говорю! Он всегда представляет именно ВАС в разных образах. Пару раз даже оговаривался. А стоило произнести ваше имя, как он становился дёрганным и пугливым. И куда-то убегал возбуждённый. Практически уверен: у него озабоченность развилась на фоне того, что он тысячи лет шлялся ко всяким срамным девкам с разными телами, разных рас и так далее. Его заводит сама мысль, что это вы обернулись, приняли новый облик и пытаетесь его соблазнить. Это стало для него… игрой разума.

Гера слушала молча, её лицо оставалось непроницаемым.

— Если у вас на этого весельчака действительно есть какие-то планы, — продолжил я, — то могу лишь посоветовать не принимать его одержимость другими женщинами близко к сердцу. Им движет любовь не к ним, а к той единственной, о ком он всегда мечтал. Я плохой психолог и божественные бзики Диониса не исправлю, но очень надеюсь, что его одержимость постепенно сойдёт на нет. А если он вдруг окажется… скажем так, не особо активным в постели, просто попробуйте сменить облик. Гарантирую — поможет. Только умоляю, не говорите ему, что это я вам рассказал!

Гера замерла, задумалась. С одной стороны, она была возмущена и хотела меня прибить. Видимо, за то, что я вообще в таком духе о ней думаю. С другой же… Её холодная маска чуть дрогнула, и я увидел нечто другое в её глазах.

— Никогда в таком ключе не думала… — тихо произнесла она, глядя куда-то мимо меня.

Дионис развернулся и начал гладить виноградные листья. Ну, хоть не траву…

— Быть может, и бывшего мужа я зря убила… — ещё тише добавила она. — Может, и Зевс… искал меня в смертных мирах. В каждой женщине видел меня. Но уже поздно. Ох! Они с Дионисом так похожи!

Гера встряхнула головой, и холодная маска вернулась на место. Богиня развернулась и пошла обратно к Дионису. Я последовал за ней.

Дионис всё ещё стоял, красный и растерянный, продолжая наглаживать лист винограда. Гера подошла к нему, остановилась в паре шагов. Изучающе посмотрела. Потом изящно подставила локоть.

— Куда ты хотел меня отвести? — спросила она, в её голосе появилась капля… мягкости?

Дионис судорожно сглотнул:

— Ресторан… «Спелая Кассандра»… На Олимпе… Там… там подают…

Гера скривилась:

— Фу. Сборище профурсеток и выскочек. Нет уж.

Она решительно взяла его под руку:

— Давай лучше сразу ко мне.

Дионис побледнел, потом покраснел ещё сильнее:

— К… К тебе⁈ — Он внезапно потерял голос и прокашлялся.

— Проблемы есть? — холодно уточнила Гера.

— Нет! Никаких! Вообще! — затараторил Дионис.

И они начали растворяться в воздухе. Их тела становились прозрачными, мерцающими. Дионис многозначительно посмотрел на меня, его глаза были полны одновременно благодарности и паники.

И в самый последний момент, прямо перед исчезновением, в мою голову прилетела единственная мысль от моего божественного покровителя:

«ТЫ ЧЁ ЕЙ НАГОВОРИЛ⁈»

Я ухмыльнулся и помахал рукой:

— Удачи, кучерявый.

И парочка исчезла.

Я постоял немного, переваривая произошедшее. Только что спас своего бога от гнева Геры. Может, даже устроил ему свидание. Надеюсь, Дионис не облажается.

Впрочем, это его проблемы. У меня своих хватает.

Я развернулся и пошёл проверять вышку. Дикари должны были уже принести часть древесины.

К моему удивлению, семеро избитых гоблинов действительно работали. Они еле ползали. Спины у всех были в красных рубцах, но они тащили брёвна. Ма и Спартак стояли рядом с суровыми лицами, не давая горе-трудягам расслабиться.

— Вождь! — подбежал ко мне Ма. — Они принесли много плохой древесины. Мы помогли разделить!

Я кивнул и подошёл к складу, посмотрел, что они там притащили… Немного гнилья, много хорошей и обычной. Отличного материала было мало. Но если так и дальше пойдёт, к вечеру начнём ремонт.

— Отлично. Продолжайте! Морковка! — позвал я гоблиншу.