Андрей Медведев – Украина. Геополитический миф (страница 7)
Для русских людей начала 14 века не было разницы между Русью Литовской и Московской. Даже более того, большинство представителей тогдашней, как сейчас сказали бы, «политической элиты», или «политического истеблишмента», были уверены, что именно русско-литовское государство станет преемником Киевской Руси, потому что никаких внешних предпосылок для возвышения русского Северо-Востока вроде бы не было. Да и Киев, откуда Русь началась, где была крещена, находился под контролем Литвы. Русский Северо-Восток во времена Ольгерда – это такая анти-Литва. Хуже климат, меньше территория, нужно платить дань татарам, вертикаль власти не выстроена. Еще только идет собирание земель, сильные удельные князья борются с Москвой, например князь Тверской, на чьей дочери был женат Ольгерд. И, на самом деле, русская история могла пойти совсем иначе. Ольгерд, являясь по духу глубоко русским человеком, всерьез был настроен собрать под своим руководством все земли бывшего Русского государства, или, скажем привычнее, Киевской Руси. И совершенно не факт, что эта объединенная Ольгердом Русь не стала бы такой же империей, как стала Русь, объединившаяся вокруг Москвы.
Но все нарушила смерть Ольгерда. И, как часто бывает, смерть великого правителя породила смуту. Его наследник, сын от второй жены (Иулиании Тверской, великой княгини Литовской), Ягайло (Яков) принялся воевать со своим дядей, язычником Кейстутом. А старший сын Ольгерда князь Андрей был недоволен условиями завещания отца. Дело в том, что завещание Ольгерд составил, нарушив традицию, и отдал корону не Андрею, как было заведено, а младшему сыну.
Из-за этого старшие Гедиминовичи открыто перешли на сторону Москвы. Ягайло же стал искать помощи у татар, обещая в случае военного похода против московских князей ударить по ним с запада. Сыновья Ольгерда едва не сошлись напрямую в битве, определившей весь ход истории Руси. На Куликовом поле на стороне Димитрия Донского боролись Ольгердовичи – полоцкий князь Андрей (тот, кого завещание оставило без короны) и его брат брянский князь Димитрий. А Ягайло спешил на помощь к Мамаю, но к битве опоздал.
Это, по сути, была не только битва Московского княжества против ордынского ига. Литва и Москва, а иначе говоря, Русь Литовская и Русь Московская стояли там в одном строю. О чем очень часто умалчивают авторы современных учебников и книг, лаконично именуя князя Андрея просто князем Полоцким, не уточняя, чей он сын. А ведь именно это – прямое доказательство того, что даже сотни лет спустя после нашествия Орды Русь оставалась единым организмом. И вот еще одна важная деталь битвы на Куликовом поле. Там же принимал участие, командуя засадным полком, князь Дмитрий Михайлович Боброк-Волынский, двоюродный брат Андрея Ольгердовича. Так вот, «Волынский» в его фамилии означает именно что место рождения. Волынь, которая сейчас находится на Западной Украине. То есть он не считал себя чужим в Москве, где, будучи безудельным князем, сделал отличную военную карьеру, прославившись не только участием в Куликовской битве, но и, например, походом на Волжскую Булгарию.
Но вернемся к событиям в Литве. После Куликова поля положение Ягайло стало критическим. Против него ополчились и русские, и литовские жители княжества. Но в этот момент снова сыграла свою роль, можно сказать, случайность. В Польше умер король Людвик Великий, который был одновременно и королем Венгерским. Конечно, встал вопрос, кто теперь займет престол. Королевой стала дочь Людвика Ядвига. А Ягайло сделали предложение, от которого вообще не отказываются, а в его положении тем более: жениться на Ядвиге, стать королем Польским и великим князем Литовским одновременно, получить поддержку католической церкви.
14 августа 1385 года в городе Креве был подписан договор об объединении двух государств. Ягайло перешел в католическую веру, обязался он и всех литовцев покрестить по католическому обряду, а также ввести им латинский алфавит. Согласно документу, Кревской унии, все русские земли Великого княжества Литовского тоже становились частью объединенного польско-литовского государства. В 1386 году Ягайло перешел в католичество, короновался под именем Владислава II, в течение одного года все остатки языческой веры в Литве были уничтожены. Именно при Ягайло, в 1387 году, был заключен договор, по которому Галиция стала составной частью Польши. Не объединенного государства, а только польских земель.
Кревская уния стала, возможно, главным историческим событием в совместной истории трех государств – Руси, Литвы и Польши. И последствия унии «аукаются» по сей день. Именно тогда началась политика окатоличивания русских земель, которая спустя два столетия привела к тому, что уже в едином польско-литовском государстве вспыхнуло восстание, точнее, война.
Но совершенно очевидно, что до Кревской унии государственность Великого княжества Литовского, Русского и Жемойтского (так оно именовалось в официальных документах) была по сути своей продолжением древнерусской. «Русская Правда» Ярослава Мудрого долгое время являлась основным источником права, регулирующим государственно-правовую жизнь Великого княжества Литовского. Языком официальных документов был западнорусский письменный язык, называемый также русинским или руським. На нем написан Статут Великого княжества Литовского, о котором мы упомянем чуть позже. После Кревской унии свой шанс объединить все русские земли под своим крылом Литва потеряла. Московское государство его обрело.
Глава 2
Древнейшие связи литовского народа были с русскими; через русский мир проникли к нему первые начала гражданственности, первые лучи христианства. Литовский народ льнул, так сказать, к русскому миру. Даже в то время, когда он господствовал над обширными русскими областями, он не только не утеснял русской народности, а напротив, охотно себе ее усваивал, давал русскому языку права языка официального в своей собственной стране. Но Польша успела на несколько столетий прервать эту древнюю связь, истекавшую из самой природы вещей, из самого положения литовского края. Распространенная Польшею между литвинами католическая религия стала между литовским народом и народом русским, распространенное Польшею в литовском крае шляхетство заслонило литовский народ от русского правительства даже тогда, когда край этот вновь вошел в состав русского государства. Таким образом, произошло это долгое отчуждение наше от литовского народа, это печальное наше к нему невнимание.
Если посмотреть на карты 15–16 веков, то становится ясно, кому из двух государств была больше выгодна Кревская уния. Территория Великого княжества Литовского была куда больше, чем территория Польши, и, конечно, именно польские магнаты полагали, что уния станет сделкой, которая принесет не только политические, но и вполне ощутимые финансовые дивиденды. Поначалу казалось, что объединенные в союз государства смогут противостоять вызовам времени – давлению Орды, усилению Москвы, нападкам Запада. Но слишком уж разные и в укладе, и в культуре, и в религиозной традиции были Польша и Литва, а именно последний фактор сыграл роковую роль в истории Литовской Руси.
В этой книге мы не станем подробно разбираться в истории возвышения и укрепления Москвы. В конце концов, каждый из нас учил (или должен был учить) это в школе и, хотя бы в общих чертах, имеет представление о Владимиро-Суздальской Руси, московских князьях, о борьбе с Ордой и Литвой. Важно подчеркнуть, что после Куликовской битвы стало ясно – на авансцену мировой политики выходит новый игрок, и есть новый кандидат на роль «собирателя русских земель» (как сказали бы сейчас, политический вес Москвы невероятно возрос). Для Литвы это означало потерю почти всех территорий Великого княжества Литовского. Огромную роль играл, конечно, тот факт, что именно в Москве находился теперь патриарх всея Руси, и для православного населения Литовской Руси было понятно, что общий русский духовный центр расположен там.
И конечно, Кревская уния вызвала очень жесткую реакцию, особенно среди крупного и мелкого русского православного дворянства; более того, многие помнили, что совсем недавно Ягайло выступил на стороне Орды против Москвы, помнили, и что старшие Ольгердовичи выбрали сторону Московского княжества. Внутренний кризис после унии вылился в борьбу Ягайло с его братом Витовтом, и после кровавой войны в 1392 году было подписано соглашение, по которому Витовта признали пожизненным правителем Литвы, Ягайло остался польским королем.
Годы правления Витовта стали временем нового расцвета Великого княжества Литовского, временем нового расцвета русской культуры в этом государстве. Государственные документы 14–15 веков, язык княжеского двора, язык дворян, магнатов и шляхты – древнерусский язык, язык Киевской Руси, язык летописей, «Повести временных лет». Этот язык сейчас украинские националисты называют древнеукраиским, белорусские – древнебелорусским или древнелитвинским, но если взять и прочитать, например, грамоты Витовта, то становится очевидно, какой же это был язык. И в те времена он был одинаково понятен и жителю Полоцка, и жителю Москвы, Киева, Рязани.