Андрей Матвеенко – Сны Великого князя. Дилогия (страница 17)

Немцы управились с постройкой быстрее всех — их корабли, заложенные в мае-июне 1891 года, вошли в строй уже в апреле-мае 1892 года, уложившись в контрактные сроки. «Всадник» и «Гайдамак» строились практически вдвое дольше — с сентября 1891 по август 1893 года. Но антирекорд в этом отношении поставил черноморский «Гридень» — заложенный в ноябре 1891 года, он был принят казной ровно спустя три года, в ноябре 1894. Зато именно «Гридень» оказался самым быстроходным из новых минных крейсеров, показав на мерной миле 22,37 узла (у прочих кораблей серии этот показатель колебался от 21,1 до 22,19 узла).*

*Техническая информация:

«Абрек», «Посадник», «Воевода», «Всадник», «Гайдамак» «Гридень» («замещают» «реальноисторические» «Казарский», «Посадник», «Воевода», «Всадник», «Гайдамак», «Гридень»): постройка — 1891/1892-1894 годы, Германия («Абрек», «Посадник», «Воевода»), Финляндия («Всадник», «Гайдамак»), Россия («Гридень»), Черноморский флот («Абрек», «Гридень»), Балтийский флот («Посадник», «Воевода»), Тихоокеанская эскадра («Всадник», «Гайдамак»), минный крейсер, 1 винт, 1 труба, 425/450 т, 58,01/60,4/7,39/2,49 м, 3500 л.с. 21, 5 уз., 75/100 т угля, 2000 миль на 10 узлах, броня стальная, боевая рубка — 12,7 (бок)/6,4 (крыша), 6-47, 2-37, 3-381-мм т.а. (1 носовой надводный, 2 палубных поворотных, 6 торпед) (после перевооружения в 1902–1904 годах — 2-75х50, 2 пулемета, 2-381-мм т.а. (палубные поворотные, 4 торпеды)).

На флоте по названию первого корабля серии чаще всего именовались «абреками».

Стоимость каждого корабля — около 0,45 млн. руб. Перевооружение в 1902–1904 годах — около 0,05 млн. руб. на каждый корабль.

Скоростные показатели минных крейсеров типа «Абрек», несомненно, оказались на высоте, однако имелись у этих кораблей и существенные недостатки. Уже первые плавания показали их достаточно посредственную управляемость и мореходность — ввиду острых образований корпуса корабли не могли всходить на волну. Котлы локомотивного типа, уже считающиеся устаревшими и примененные авторами проекта только «по привычке», не позволяли на долгое время развивать максимальную скорость. При этом котельное отделение было крайне тесным, что превращало даже обычную замену трубок в операцию, требующую разборки переборок и доставки котла на берег. Недостаточные подкрепления корпуса и ограниченные емкости погребов делали затруднительным усиление артиллерийского вооружения минных крейсеров, состоявшего на этих довольно крупных кораблях лишь из 47-мм и 37-мм скорострелок.

Невзирая на отмеченные конструктивные недочеты, «абреки», составившие первую в российском флоте группу относительно больших однотипных миноносных кораблей, в целом оказались скорее полезным приобретением. Так, к примеру, «Всадник» и «Гайдамак» в дни назревавшего военного конфликта между Россией и Японией являлись главной минной силой сосредоточенной в 1895 году в Чифу русской соединенной (Средиземноморской и Тихоокеанской) эскадры и работали по своему прямому назначению, осуществляя охранение, отработку торпедных атак и выполняя экстренные посыльные поручения. В Порт-Артуре во время войны они несли сторожевую службу, охраняя рейд на подходах к гавани, вели траление мин, выставленных японцами, обеспечивая выходы эскадры в открытое море. А перевооружение минных крейсеров этого типа, все же состоявшееся в 1902–1904 годах, позволило повысить их боеспособность.

ї 15. Финский проект для Дальнего Востока

Одновременно с минными крейсерами началась постройка очередной серии миноносцев — все составлявшие ее десять кораблей предназначались для Дальнего Востока. При этом, в отличие от 125-тонных кораблей предыдущего проекта, к месту службы они должны были добираться своим ходом, что стало поводом для увеличения их проектного полного водоизмещения до 150 тонн — и четверть данной цифры приходилась на запас угля.

Проект этих миноносцев был разработан финским заводом Крейтона на основе своего же проекта 125-тонного миноносца, проигравшего предложению Нормана в 1889 году, и фактически представлял собой определенный симбиоз черт русской, английской, французской и немецкой школ кораблестроения. Симбиоз, по мнению членов МТК, ознакомившихся с результатами прогонов модели будущих миноносцев в опытовом бассейне, получился вполне удачным, что и стало поводом для заказа у Крейтона пяти кораблей данного типа. Право построить по финскому проекту еще пять миноносцев сумел выторговать отчаянно нуждавшийся в новых контрактах Невский завод. Вся серия закладывалась в период с января по декабрь 1891 года, а в строй корабли вступали в период с сентября 1892 по август 1893 года.

Тщательная проработка обводов корпуса, применение водотрубных котлов дю Тампля, поставленных производившим их по лицензии Путиловским заводом, и увеличенная мощность машин привели к тому, что в этой серии миноносцев была наконец практически достигнута контрактная скорость — но если корабли завода Крейтона даже в среднем на четверть узла превзошли ее, то построенные Невским заводом на ту же величину недобрали.* Также в свете роста размеров как собственных, так и миноносцев потенциальных противников на этих кораблях было усилено артиллерийское вооружение — его составили две 47-миллиметровые пушки. Минное осталось без изменений и включало в себя один носовой и два поворотных палубных минных аппарата.

*Техническая информация:

311, 312, 313, 314, 315, 316, 317, 318, 319, 320 («замещают» «реальноисторические» «Уссури», «Сунгари», «Адлер», «Поланген», «Пакерорт», «Выборг», «Экенес», «Борго», 212, 213): постройка -1891/1892-1893 годы, Финляндия (311, 312, 313, 312, 315), Россия (316, 317, 318, 319, 320), Тихоокеанская эскадра, миноносец, 2 винта, 2 трубы, 137,5/150 т, 45,34/46,18/4,93/1,37 м, 2250 л.с., 22 уз., 25/37,5 т угля, 2000 миль на 10 узлах, 2-47, 3-381-мм т.а. (1 носовой надводный, 2 палубных поворотных, 6 торпед).

Стоимость каждого корабля — около 0,2 млн. руб.

Добротно выполненные, новые миноносцы считались наиболее отвечающими условиям службы на Тихом океане. Однако таковое мнение несколько развеял их переход на Дальний Восток, когда в результате полученных повреждений во время шторма в Красном море в марте 1894 года затонул миноносец N 319. Была у кораблей этого типа и вторая небоевая потеря, понесенная уже в ходе службы на тихоокеанском театре — от таранного удара миноносца N 304 на маневрах флота под Порт-Артуром в сентябре 1900 года погиб N 317.*

*Справочно:

Описанные инциденты основаны на реальных событиях из нашей истории — гибели в ходе испытаний в 1895 году миноносца N 269 при столкновении с минным крейсером «Казарский», таранении миноносцем N 204 миноносца N 207 во время и при обстоятельствах, указанных выше, и гибели во время шторма в Красном море 25 марта 1904 года миноносца N 221.

ї 16. «Потаенные суда» — начало

Первая половина 90-х годов 19 века ознаменовалась также появлением в российском флоте нового вида оружия — подводных лодок.

Нельзя сказать, что усилия по их созданию не предпринимались ранее, тем паче, Константин Николаевич в известной мере благоволил смелым техническим начинаниям. Однако проводившиеся в 1866–1871 годах первые опыты с подводной лодкой, сконструированной художником-фотографом И.Ф.Александровским и имеющей пневматический движитель, были определенно не вполне удачными.

Новый импульс работы в этом направлении получили стараниями талантливого польского инженера-изобретателя Степана Карловича Джевецкого, по приглашению великого князя перебравшегося из Парижа в Санкт-Петербург.

В 1878 году Джевецким на собственные средства была создана одноместная подводная лодка, движимая силой ног человека и способная запускать с глубины к поверхности всплывающие мины. В том же году эта лодка в течение пяти месяцев испытывалась на одесском рейде. Результаты были получены достаточно обнадеживающие и уже в 1879 году Джевецким, также за свой кошт, была построена вторая, усовершенствованная модель его подводной лодки — на сей раз четырехместная.

Новинку в начале 1880 года планировали продемонстрировать цесаревичу, однако убийство Александра II и все государственные хлопоты, свалившиеся на венценосную отныне голову Александра III. не позволили этим планам осуществиться.* Впрочем, для изобретения Джевецкого этот факт отнюдь не стал фатальным — и тому была причиной позиция руководителей Морского ведомства.

*Справочно:

В нашей истории этот показ состоялся 29 января 1880 года на Серебряном озере в Гатчине. Подводная лодка Джевецкого произвела впечатление на наследника российского престола, оценившего ее словами: «Эта лодка, я уверен, будет иметь большое значение в будущем и сделает порядочный переполох в морских сражениях». В итоге после испытания Военным ведомством был сделан срочный заказ на серию из 50 таких лодок для обороны приморских крепостей.

И великий князь, и новый глава МТК Лихачев вполне осознавали перспективы подводных лодок как класса кораблей. Посему, дабы поддержать изобретателя и испытать лодки в деле, Морское министерство в декабре 1880 года заказало изобретателю постройку двух его подводных судов. В основу их конструкции был положен более крупный второй вариант лодки Джевецкого, в который по требованию МТК были внесены некоторые изменения — в частности, экипаж был уменьшен с четырех до трех человек, а для удержания глубины на подводном ходу использовался подвижный груз на червячном валу, который можно было перемещать по длине лодки.* Обе лодки строились с февраля по июль 1881 года на Невском заводе. По завершении постройки одна из них была оставлена на Балтике. Вторую же отправили на Черное море. Помимо того, Константин Николаевич добился выделения из казны средств на оплату расходов Джевецкого по созданию двух его опытных подводных лодок, оставив их в собственности изобретателя для дальнейших опытов.