Андрей Мартьянов – Чёрный горизонт (страница 61)

Пока оставался открытым вопрос «как скоро?». Долго нам ждать или нет? Прямого лабиринтного канала Лаций-Меркуриум нет, надо совершить двадцать восемь прыжков — от Магеллановых Облаков до Млечного Пути дорога неблизкая. Впрочем, я шёл на Лаций по одному алгоритму, а удавовские мулодцы вполне могли отыскать менее затратный способ перемещений. Полную схему Лабиринта, бесконечности бесконечностей, составить под силу разве что Господу Богу.

Прошло десять минут, пятнадцать, двадцать. На западе полыхал ярчайший закат, светило кануло за край мира. Восходила первая из трёх лун, крупный астероид Гери, захваченный гравитацией планеты.

— Разведём костёр, — предложил Вильрих. — В темноте неуютно. Вдобавок огонь отпугнёт зверьё.

Мысль разумная, тем более что я на излёте слуха начал различать звуки, издаваемые «нестандартной фауной», — тихий стрёкот демонов класса «Inferno», скулёж волколаков и ворчание хищников. Наступление страшилищ на юг продолжается: это уже не миграция отдельных видов, а широкая экспансия.

Поводья лошадок примотали к стволу тонкой рекомбинантной берёзы, быстро собрали кучу сухих веток, запалили костёр. Поляна озарилась пляшущими языками золотого пламени — огонь успокаивал и придавал уверенности в себе. Детектор движений постороннего присутствия в радиусе четверти километра не фиксировал, значит мы в относительной безопасности.

Это случилось внезапно, я от неожиданности вздрогнул. Секунду назад мы с Вильрихом оставались на прогалине одни, а сейчас над травяным полем висел тёмный с серебристыми полосами диск диаметром метров сорок — очень здоровая бандура, впечатляет. Я почувствовал всплеск гравитационной активности, лацианский браслет вздрогнул.

Они пришли. Ф-фух, можно расслабиться.

На куполе диска образовались десятки отверстий, из которых с тихим шипением взмыли небольшие летательные аппараты, не крупнее сковороды с кухни Злой Клары. Мерцают зелёные и красные огоньки. Поднялись высоко в воздух, рассредоточились, образовывая широкое кольцо.

— Это вы Николай Крылов? — ожил браслет. Голос мужской, низкий, на латыни незнакомец говорит без акцента, классический выговор. — Индивидуальный биоэнергетический фон идентифицирован, всё в порядке, вы опознаны. Благодарю за встречу.

— С кем я разговариваю?

— Не узнали? — Из браслета послышался смешок. — Принцепс попросил меня лично проследить за первым этапом вторжения… Деций Эмилий Квилин, к вашим услугам.

Вот даже как? Сам Первый консул?

Я покосился на Вильриха, он, как и любой образованный дворянин, знает латинский — как принц отреагировал на подозрительное слово «вторжение»? Его светлость не заметил, внимание Вильриха полностью занимал прибывший с Лация дискообразный корабль.

— Жду распоряжений по дислокации, — напомнил о себе старина Деций. — Вы тут хозяин. Десант и автоматические «Охотники» полностью готовы к бою, я хочу уточнить, где удобнее расположить материнский корабль.

Я вызвал из памяти браслета схему города, «глазки» змеек создали идеальную проекцию — достаточно вытянуть руку, и перед тобой возникает радужная голограмма. Вильрих лишь охнул. Ничего, пусть привыкает.

— Удобная стоянка возле Опольских ворот, — сообщил я. Мысленно определил нужную точку, на карте вспыхнула зелёная отметка. — Желательна маскировка, чтобы местные не глазели. Не поймут. Вернее, поймут, но не оценят.

— Принято, — согласился Деций. — Так устроит?

«Летающая тарелка» начала исчезать, силуэт размывался. Полминуты спустя корабль сгинул. Ясно, полимерный камуфляж. Качество идеальное!

— Принять вас на борт? — спросил консул.

— Спасибо, незачем. Мы лучше на лошадках, животные на корабле будут лишними. Сами доберёмся.

— Как скажете. «Охотники» уже зафиксировали двести шесть целей с повышенной биоэнергетической активностью. — После этих слов Деция я непроизвольно задрал голову, высматривая в темнеющих небесах левитирующие устройства, на которые была возложена главная миссия: искать и истреблять чудовищ. — Перевожу материнский корабль на основную стоянку. Надеюсь, там не болото?

— Ровное поле, незасеянное. Грунт плотный, суглинок.

— Отлично, порадовали. Ожидаю вашего сигнала из города, вы должны лично проинструктировать патрули.

— Какие патрули? — снова не понял я.

— Десант, — уточнил консул. — Выделяю тридцать человек, «Охотники» поддерживают людей с воздуха. Гарантирую, что спустя три-четыре часа после начала операции мы полностью очистим охраняемый радиус.

Где-то над вершинами деревьев ненавязчиво зашуршало — невидимый диск поднялся выше и полетел на северо-запад, к городу. Я быстро распутал поводья Карасика, Вильрих последовал примеру.

Только я поставил ногу в стремя, как вечно флегматичный мерин будто взбесился. Карась поднялся на дыбы, тоненько, с привизгом заржал, отбросил меня в сторону и галопом ринулся в лес, в темноту. Жеребец Вильриха рванул вслед.

— Чер-рт, — прорычал принц, прыгая на одной ноге. — Скотина, по колену копытом саданул! В чём дело?

По моим рукам, шее и спине пробежала знакомая дрожь, нечто наподобие воздействия статического электричества — предчувствие нешуточной опасности. Над головой тускло взблеснуло, я поднял взгляд и увидел золотистые капли, медленно-медленно стекавшие с небес. Две, пять, семь… Напоминает огненный дождь.

Первая «капля» ударила в той стороне, куда улетел лацианский корабль. Не рядом с городом, а по нашу сторону реки, южнее русла Римавы. Ослепляющая вспышка, грохот, вершины деревьев колыхнулись.

Что это может быть? Норикианские фрегаты? Они же покинули орбиту Меркуриума!

Второй сполох совсем рядом, не больше чем в километре. Ударила волна обжигающе-горячего воздуха, над лесом встала огненная стена, приближающаяся со скоростью урагана. Тактический ядерный удар? Нет, я бы почувствовал всплеск гамма-излучения, появляющегося при взрыве!

— За мной! — взревел я, понимая, что промедление станет фатальным. — Схватил Вильриха за ворот, толкнул вперёд. Ревущий пламенный вал приближался, стало трудно дышать. — Быстрее! Сдохнем ведь!

Ихнее высочество не сплоховал — припустил как заяц, напрочь позабыв об ушибленном колене. Инстинкт самосохранения на высоте.

Для того чтобы настроиться на точку сингулярности, оставались мгновения — на мне начала дымиться одежда, казавшийся жидким огонь залил поляну. Я успел поймать ладонь Вильриха, определил затвержённое раз и навсегда направление и нырнул в Лабиринт.

Слегка закружилась голова. Есть переход.

— Матерь Божья, — только и сказал остиец, повалившись наземь. Выдохнул, похлопал ладонями по тлеющим суконным штанам, загасив ползущие по ткани искорки. — Пан Николай, где мы? Другой мир? Что произошло?

— Не знаю, — сквозь зубы процедил я. — Одно могу пообещать твёрдо: кое-кому за это придётся ответить. Я человек не злой и не мстительный, но всему есть предел!

— Не вы один такой, — прокряхтел Вильрих фон Зоттау. — И всё-таки что это за место?

— Земля.

— Земля?!.. Настоящая?

— Единственная.