Андрей Львович Ливадный – Темный рубеж (страница 45)
Я нервно усмехнулся.
– Хочешь сказать, что он – Атлант? Ну, пошли, спросим напрямую. Может он что-то вспомнит?
– Я бы не стал, – насупился Лурье.
– Почему?
– Подумай сам. Мифы об Атлантиде давай пока не будем рассматривать. Никто не доказал ее существования. Что мы имеем в сухом остатке?
– Некий загадочный глубоководный комплекс, использующий неизвестный тип связи?
– Да. И, что немаловажно, – расположенный на такой глубине, где длительное пребывание человека затруднительно, хотя бы исходя из вопросов снабжения и жизнеобеспечения. Кто или что при таких условиях может генерировать сетевое воплощение Джеба?
– Искусственный интеллект? – предположил я.
Лурье кивнул.
– С большой долей вероятности, Дэн.
Машина, которой не требуется жизнеобеспечение? Кто же ты Джеб?!
– Я рискну спросить. Если он – ИскИн, пусть скажет правду.
– А если мы ошибаемся? Джеб – наш друг и приходится ему несладко.
– Предлагаешь оставить все, как есть?
– Не знаю, Дэн!
– О чем спорите? – на верхнюю площадку укрепления поднялся Джебер_Ариум. Взглянув на карту реального мира, он приподнял бровь.
– Знакомые места? – спросил Сашка.
– Нет.
– Джеб, а что вообще помнишь? Ну хотя бы обрывочно?
– Подземелье Ноогарда, – хмурясь, ответил он. – Безразличие. Словно я умер. А потом что-то случилось, – погрузившись в воспоминания, продолжил Джеб. – Я увидел тебя, Дэн. Ты выходил из тупичка со светящимся мхом. Вот, наверное, мое первое, настоящее, осознанное воспоминание. Что было раньше, либо не помню вообще, либо вижу смутно, обрывочно, бессвязно и не могу узнать ни единого образа. А к чему вопросы?
Под его взглядом мне стало не по себе. Лучше сказать правду, чем постоянно коситься, теряясь в догадках.
– Джеб, взгляни еще раз и ответь честно, – я указал на карту реального мира. – Действительно эти места незнакомы?
– Никогда не бывал там. Что за море?
– Средиземное. А твоя вирткапсула, судя по трассировке сигнала, лежит на дне, примерно в четырех километрах от поверхности.
– Дэн, я не знаю, что ответить. Честно, – Джеб ссутулился.
– Ладно, не переживай, разберемся, – Лурье ободряюще похлопал его по плечу. – Говоришь, тебя что-то подтолкнуло, вырвало из состояния безразличия?
– Ну, да. Словно очнулся, не помня, кто я и где?
– А какие предметы были у тебя в инвентаре? Изначально? В те первые минуты? Может какой-то артефакт сработал?
– Вот смотри, – в ладони Джебер_Ариума появилось незамысловатое украшение на тонком шнурке.
Меня пробила короткая дрожь.
– У меня есть такой же, – я извлек свой артефакт из инвентаря, одновременно транслируя Сашке и Джебу описание.
– Выходит, он и «прокнул», заставив Джеба прийти в себя?! – неподдельно удивился Лурье.
– Наверное, – я своими словами пересказал разговор со старшей дриадой. – Она намекнула, что мой амулет давно мог сработать, только я об этом не подозреваю.
– Значит я, – какое-то древнее существо? – растерянно спросил Джеб. – Или вообще не человек, а нейрокомпьютер?
– Не обязательно, – успокоил его Сашка. – У Дэна на тот момент не было требуемых двадцати пунктов «интеллекта», и способность «концентрация» ему недоступна. Так что амулет, как и сказано в описании, мог сработать случайным образом. Просто пробудить твое сознание.
– Возможно. Но это не объясняет и не отменяет странного местоположения моей вирткапсулы. Ладно, – Джеб махнул рукой, нисколько на нас не обидевшись. – Хорошо, что спросили. Попытаюсь что-то вспомнить, – он демонстративно экипировал амулет «Нить Времен» и добавил: – Буду юзать его время от времени. Если снова «прокнет», обязательно скажу. И, кстати, я нашел способ защитить Проныру.
Глава 12
Мгла плывет слоистыми сизыми полосами.
Стены укреплений вздымаются на недосягаемую для штурма высоту. Растительности нет, все живое погибло под гнетом многочисленных аур Бездны, уцелели лишь отдельные образцы флоры и фауны, подвергшиеся мутациям и получившие иммунитет к негативным воздействиям, надежно защищающим подступы к темной цитадели.
Кое-где взгляд Проныры находит чахлые пучки видоизмененной плотоядной травы, пятна сочащихся ядом мхов, либо кривые деревца, почему-то напоминающие пластиковые подделки, которыми изобилуют современные города.
В хмуром небе, под низкими облаками кружат патрули на летающих маунтах. Лурье ошибся относительно драконидов, – летающие существа скорее напоминают огромных мутировавших шершней, покрытых растущими внахлест пластинами природной хитиновой брони.
В сумрачном пространстве нет ничего привычного человеческому взгляду.
Я наивно полагал, что «темные кланы» будут представлены игроками, переметнувшимися на сторону загадочных «теней», но нет, часовые на стенах лишь отдаленно напоминают людей. Они выше ростом, носят костяную броню, однако, не классифицируются как «нежить».
Попадаются и любопытные экземпляры:
…
– Цитадель – средоточие «тьмы», или «зла», называйте, как хотите, – заключил Джеб и добавил: – Конечно, «зло» классифицируется нашей точкой зрения. Адепты – это игроки. Новообращенные, – НПС, подвергшиеся мутациям и попавшие под контроль «Узурпаторов». С воинами, заклинателями и рабочими все не так просто. Они, – порождения Бездны. Их ментальная энергия очень слаба, – Джеб вслух анализирует данные, получаемые от Проныры. Способность бельчонка «увидеть сокрытое» в данном случае оказалась поистине бесценной. Смышленый зверек выполняет сейчас роль мобильного сканера, оснащенного многослойной, но, увы, не вечной защитой.
– В чем же их сила? – спросил Лурье.
– По сути, телесные оболочки этих существ мертвы. Давно и безвозвратно. Возможно, мы видим облик, сконструированный из видоизмененных Бездной природных материалов. Ментальная энергия теней ничтожна, она лишь поддерживает процессы осознания окружающего мира и самоидентификации.
– Значит они уязвимы для магии? – предположила Ветта. К всеобщему разочарованию, ее визит к дриадам не принес ничего нового. Те попросили дать им время для поиска информации и принятия решения, но пока молчат, так что мы начали разведку самостоятельно.
– Не думаю, – ответил Джеб и сразу пояснил: – Если рассуждать беспристрастно, то магия, – это способность изменять окружающее силой мысли. Но мы не настолько могущественны, чтобы воздействовать на саму ткань мироздания, потому привлекаем на свою сторону стихии, – «огонь», «воду», «хаос», «природу», «землю», «воздух» и так далее. Мы находим способы вливать различные энергии в оружие или напитывать ими экипировку, придавая ей защитные свойства. А теперь посмотри на «скитальцев из Бездны». Их тела – лишь прочные оболочки, защищающие слабую искру сознания. Не обладая избытком ментальной энергии, они действуют иным способом: вторгаясь в наш мир, каждый «скиталец» генерирует ауру, губительную для живых существ. Но все, виденное нами ранее, – это лишь слабое подобие той концентрации «тьмы», что окружает цитадель.
– А как же «браконьер»? – напомнил я. – Он ведь был существом во плоти!
Джеб развел руками.
– Я не знаю. Разнообразие «скитальцев» заводит в тупик. Вспомни ифрита, или морозную пепельную тучу. Здесь скрыта загадка, ответ на которую придется искать долго, ценой многих усилий и жертв. Сейчас с уверенностью можно сказать лишь одно: «тьма» – это производная Бездны. Некая деструктивная способность, антипод «жизни». В зависимости от силы воздействия, попавшие под ее влияние существа либо погибают, либо видоизменяются, чтобы какое-то время служить новым хозяевам.