Андрей Лобов – Рассказы 15. Homo (страница 13)

Однако волновали ответственного за переговоры с чужими впопыхах назначенного министра межпланетных дел отнюдь не фотографии, не мучительная музыка и не оскорбительные мемасики. Не заголовки желтой или не очень прессы, от содержания статей под которыми можно было сгореть со стыда, и даже не сами похороны, вернее вчерашнее происшествие, к ним приведшее, а нечто иное. То, чего он никак не мог понять.

За время присутствия на Земле Первого Посольства, «зданием» которого служил собственный космический корабль пришельцев, отнюдь не дипломатичные статьи, гуляющие по сети сотнями, стали совершеннейшей нормой. Министр надеялся только, что его визави из далекой-далекой галактики мусор в интернете не просматривает, или хотя бы не весь. Похороны супруги Первого Посла, как и само по себе ее убийство, безусловно, крайне неприятный инцидент, позорный для всех спецслужб, охранявших вчерашний прием. И последствия ожидаемы, но вряд ли это будет нечто непоправимое. Хотя… кто теперь подскажет пришельцам, что пластиковые бутылки – всего лишь пластиковые бутылки, а не уникальная высокотехнологичная продукция, достойная чипов ИИ-навигатора, выстраивающего маршруты для космических кораблей, и никак не меньше? Ушлых бизнесменов, желающих так или иначе надуть пришельцев, словно индейцев, когда-то обменявших землю на стеклянные бусы, нашлось немало. Досадно, конечно, потерять такого рода консультанта, разделяющего, где правда, а где пиар, но и это можно преодолеть новым витком переговоров, как был убежден министр.

И все же интуиция продолжала пощипывать нервы. Пытаясь понять причину, уполномоченный внимательно следил за похоронной процессией, за каждым пришельцем, и за каждым человеком тоже. За прозрачным саркофагом с телом супруги посла, медленно и печально спускаемым с космического корабля.

Они прилетели пять лет назад. Ну как «прилетели»… Неопознанный объект размером примерно со стадион внезапно возник и завис в воздухе, в сотне метров от поверхности, когда генералам от ВКС и ПВО-ПРО оставалось лишь рвать на себе волосы. Никаких угрожающих или враждебных действий, правда, со стороны гостей не последовало. Несколько дней корабль просто висел безо всяких признаков жизни, а когда люди к его присутствию более-менее привыкли, от него отделился не то шаттл, не то лифт. Нечто сферическое, почти мгновенно переместившееся к земле, откуда вышли пришельцы.

Так прибыла на Землю первая инопланетная делегация, посетившая человечество с официальным визитом. И вот сейчас похожая кабина, только поменьше, играла роль саркофага, а министр не находил себе места от плохих предчувствий.

Дав сигнал личному помощнику, он получил крупный план лица посла… нет, мордой это называть не стоит, недипломатично. Так вот, лицо посла, обычно недоступное для считывания каких-либо эмоций, сейчас вполне походило на печальное, если не сказать больше. Даже что-то похожее на слезы действительно можно было найти в уголках широко поставленных мелких глаз. Если только кто-то из служителей той части прессы, что начала перекрашивать себя в цвет осенней листвы, не успел подрисовать фоторедактором блестящие капли. Чтобы заголовок про «крокодильи слезы» выглядел основательнее. Надо будет потом своим спецам на проверку отдать. И все же интуиция министра подсказывала, что причина неясного беспокойства спрятана не здесь.

Саркофаг наконец опустился почти к самой поверхности земли, но не коснулся ее, а завис в воздухе, как мини-копия корабля-посольства. Сделал оборот вокруг своей оси и без всякого видимого воздействия извне загорелся. «Ну что за пафос!» – подумал министр. Хорошо, что покер-фейс был частью его профессии, а то бы глаза закатил. Ужасная похоронная музыка тем не менее продолжала звучать до самого конца, пока прозрачный летающий гроб не выгорел полностью. Времени оказалось достаточно: министр наконец понял, что его так беспокоило.

Оружие.

Оружие и одежда, подозрительно похожая на броню, были на каждом из присутствующих на церемонии пришельцев. А ведь до сегодняшнего дня никакого оружия инопланетяне с собой не носили и брони не надевали. По крайней мере, настолько заметной. Даже в тот самый, первый раз, спустившись с внезапно появившегося корабля, они вышли из кабины без брони и оружия. А как еще продемонстрировать свои мирные намерения и желание завязать с людьми исключительно торгово-экономические отношения?

«Они что, войну нам собрались объявлять? – ошарашенно подумал министр. Взгляд его упал на догорающий саркофаг: – Из-за…»

Но тут невыносимая музыка закончилась. Посол сделал шаг вперед и, покрутив висящий на его шее кругляш автоматического переводчика, громко объявил:

– Церемония завершена. Благодарю всех, кто почтил ее своим присутствием.

Министру снова понадобилась способность прятать эмоции на лице. Не такой же он дурак, этот посол, чтобы не понимать, что ни о каком «почтении» на похоронах и речи не шло.

– Вынужден сообщить, – продолжил главный пришелец ровным, без намека на какие бы то ни было эмоции электронным голосом, перекрывавшим шелест, шипение и щелчки, – что в связи со вчерашними событиями протокол Первого Контакта прекращает свое действие. Все заключенные контракты расторгаются. Все торговые союзы разрываются. Все сделки и соглашения отменяются. Все договоренности теряют свою силу. Первое Посольство прекращает всякую деятельность и в течение местных суток покидает эту планету навсегда. На вашу расу накладывается полная и бессрочная изоляция. Ни один корабль ни одной из союзных рас ни при каких обстоятельствах не подойдет к вашей звездной системе ближе, чем на один парсек, никогда.

Не обращая более внимания на людей, Первый Посол развернулся и вошел в кабину. В сопровождении полнейшей тишины, повисшей на площади, и всей своей инопланетной свиты. Уже через секунду та поднялась и исчезла в недрах космического корабля.

Дверь кабины отъехала в сторону, приглашая посетителя войти. Только так можно было попасть внутрь корабля-посольства. Ученые и инженеры все еще ломали копья, споря о том, что за технология лежала в основе движения этого не то шаттла, не то лифта. Ведь она могла оказаться ключом к пониманию принципа полета самого космического корабля. Сверхпроводящие магниты? Звуковая левитация? А может, телепортация? Обычно перемещение происходило почти мгновенно, и никаких признаков наличия собственных двигателей у кабины не было. Исключением стала утренняя церемония похорон, когда с корабля медленно спускался саркофаг. Значит, не телепортация. Наверное.

Фотографии и видеозаписи схода или возвращения на корабль инопланетных делегаций гуляли по интернету тысячами, но предположения так и остались предположениями. Конкретно эту технологию пришельцы на торги выставлять не спешили, а договоры по тем, что выставлены были, откладывались «до момента одобрения их на совете союза». Когда этот «момент» настанет – тоже было не очень ясно, но здесь играли свою роль и космические расстояния, и дипломатическая привычка принимать ответ «как только, так сразу», пока иных возможностей не было. Министр провел внутри не больше секунды и никаких колебаний, рывков, ускорения или понижения температуры не ощутил. Это его слегка расстроило, потому что склоняло к версии телепорта, а он хотел бы чего-то более научно обоснованного. То есть достижимого в ближайшем будущем. Теоретически.

За вновь открывшейся дверью перед взглядом министра предстал самый смелый футуристический сон дизайнера интерьеров. Полукруглое помещение в мягких, но не очень понятных человеку цветах, без какого-либо намека на углы, с асимметричным, многоуровневым потолком и со множеством настенных ниш такой же неправильной формы, назначение большинства из которых опознать было совершенно невозможно. Только иллюминатор более-менее походил на иллюминатор, хотя, скорее всего, это был все же экран, демонстрирующий вид с одной из наружных камер. В соседней с ним нише устроился большой овальный аквариум – стайка жмущихся друг к другу разноцветных рыбок внеземного происхождения не оставила шансов облажаться с угадыванием. Стол и два кресла, одно из которых уже было занято, тоже легко определялись во внеземном интерьере.

Хорошо бы тайно отснять помещение, в конце концов он всего лишь второй человек на планете, попавший внутрь посольства. Только скомпрометировать себя попыткой использования скрытой камеры не хотелось. Пришельцы не жаловали слишком настойчивое любопытство.

– Добрый день, господин министр, – поздоровался посол. Это он сидел в кресле напротив входа, ожидая посетителя. Неразборчивый шелест инопланетянина сразу же подхватил знакомый кругляш и выдал синхронный перевод четким электронным голосом неопределенного пола. – Проходите, присаживайтесь.

– Здравствуйте, господин посол. – Министр чуть наклонил голову, как это было принято между чужими. Успел насмотреться и запомнить. К тому же трактовка именно этого жеста у земных лингвистов и ксенопсихологов не вызывала сомнений.

Посол ответил зеркальным наклоном своей головы, тем самым подтвердив правильность догадки, но все же поправил:

– Господин Первый Посол.

После чего указал понятным жестом на второе кресло необычной, в глазах человека, ломаной формы. Министр не стал спорить и с достоинством сел в него. Сидение тут же подстроилось под его тело, мгновенно превратившись в Самое Удобное Кресло Во Всей Вселенной конкретно для него. Черт, этой технологии они тоже не предлагали, может где-то на Земле есть похожие разработки? Одно только покрытие чего стоит…