Андрей Лобов – Рассказы 15. Homo (страница 10)
– Совсем скоро, через межгалактический сверхсветовой год, все алькари навсегда уйдут, – вздохнул круд. – Достигнув пика развития, они заскучали, потеряли тягу к жизни и в результате решили совершить Исход. Навсегда покинуть этот мир, чтобы…
Круд замялся и снова закрутил маленькой ручкой, как пропеллером. Затем выпил чая и продолжил:
– Не знаю, куда они там изойдут, в такие тонкости мы решили не залезать. Самое главное, что все технологии и знания они хотят оставить расам Галактического Совета. Как мудро сказали алькари: «Каждому – по возможности, в силу их потребности».
– Ох и петрушка там у вас. Это ж как завещания ждать, небось все теперь перед ними на коленях ползаете, шоб побольше досталось?
– Безусловно, в чем-то вы правы, – произнес со вздохом капитан, – всем хочется получить самые перспективные технологии. А еще алькари очень грустят, что им нужно в Исход, и объявили, что готовы принимать посланников с разных планет, которые смогут помочь им отказаться от этой затеи.
– Ах вот, значит, почему мы туда летим! – воскликнул старший бухгалтер. – Попробовать вернуть им смысл жизни, а для вас при любом исходе…гхм… Исхода – награда. Чтобы времени не терять, вы и вытащили тех, кого знаете и кто легко согласится. Хорошо придумано.
Видимо, капитан не заметил иронии в голосе Ивана Петровича, посчитав, что его хвалят за изобретательность своего народа. Он с улыбкой наполнил чашки всем гостям и, вдохнув аромат фиолетового напитка, закатил от удовольствия большие глаза.
Иван Петрович понимал, что Мах Тах’Сум что-то не договаривает. Но также помнил, что вывести на прямой ответ круда, если тот не хочет, почти невозможно. В прошлом путешествии старший бухгалтер даже поставил эксперимент. Узнав, что круды совсем неспособны врать, а к тому же очень не любят обижать гостей, он за ужином рассказал, что очень любит зеленый цвет. А затем показал на синий чайник, сказав:
– Отличный зеленый цвет, не так ли?
Круды переглянулись, но тут же старший из них сказал:
– Безусловно, этот цвет превосходен.
– Он ведь зеленый, правда?
– Цветовое восприятие – очень сложная и неоднозначная вещь, обусловленная в том числе эмоциональным отношением. Вот вам нравятся зеленые чайники?
– Весьма.
– Поэтому мы рады, что смогли доставить удовольствие своему гостю, подобрав посуду нужного цвета.
– Но она разве не синяя?
– А как вы относитесь к синему цвету?
– Неплохо, но разве это имеет значение?
– Конечно, мнение гостя всегда важно для нас. Давайте отведаем наш чудесный десерт катаси.
Тогда на этом эксперимент и закончился. Круды забегали, принося новые угощения. Незаметно со сменой блюд со стола пропал и чайник. Новые тарелки с пышным десертом, чем-то напоминающим безе, были белыми.
Иллюминаторы на корабле отсутствовали, поэтому возможности полюбоваться на удивительные по своей красоте пейзажи планеты Ортан с величественными, доходящими до неба постройками, бескрайними заповедниками, полными удивительных зверей, а также всеми прочими великолепиями у друзей не было. Все, что пока они узнали о ней, было со слов капитана и старенькой рекламной голографической проекции, которую откуда-то раскопал Мах Тах’Сум.
– Главное – не попасть на проверку, – повторял во время посадки капитан, расхаживая по кают-кампании, благо у его корабля был хороший автопилот.
– Таможня?
– Хуже! Дираки! Вы когда-нибудь сталкивались с бюрократией космического масштаба? Нет? Надеюсь, и не придется.
Оказалось, что большинство бюрократических функций в содружестве Двух Галактик взяли на себя дираки. Ростом чуть больше крудов, они были практически круглыми, что часто использовали для передвижения, во всяком случае раньше. Отличались упорством, усидчивостью и полным отсутствием чувства юмора. Памяти же их завидовали почти все. Едва ли не любого из служащих дираков можно было попросить процитировать строчку какой-нибудь из пяти тысяч страниц кодекса межгалактического поведения, и они с легкостью это делали. Правда, если хотели.
Существа по натуре добрые и спокойные, возможно потому что травоядные. Но вопрос питания и доцивилизационной принадлежности, оказывается, находился под строгим запретом на обсуждение.
– Сказать, что дираки травоядные – это примерно то же, что спросить у охтазаров, зачем у них сбоку из головы растет небольшой хвост! – воскликнул капитан на неполиткорректное замечание Михалыча по поводу питания бюрократов и их любви к зелени.
Правда, Мах Тах’Сум быстро понял, что сравнение неудачное, и начал объяснять проблематику хвостов у охтазаров. Больше всего эта тема заинтересовала Иннокентия Игнатьевича, поскольку, как оказалось, этот самый хвост определял политическое влияние и социальный статус владельца. Все было бы ничего – во Вселенной у рас разные традиции, но сперва ученых у самих охтазаров, а затем виднейших пришельцеведов Двух Галактик поставило в тупик предназначение этого самого хвоста.
Ученые мужи и дамы, а также особи, не совсем определившиеся, в один голос утверждали, что существование подобного хвоста просто невозможно. Конечно, рождение одного или двух с подобной мутацией вполне вероятно, но закрепляются в поколениях те изменения, которые несут пользу.
Может ли существовать мышь с четырьмя руками и размером с человека? Вполне, если эти руки помогают ей справляться со своими задачами. А вот загадочные охтазаровские отростки совсем не подходили ни под какую из привычных хвостовых целей. Ни насекомых отгонять, ни за ветки цепляться. Их как будто просто приделали к головам охтазаров в качестве шутки. Но, поскольку с определенного времени хвосты стали индикатором социального положения, охтазары стали очень обижаться на любые высказывания об их ненаучности. Уже пару сотен межгалактических лет эта тема табуирована, и на хвосты даже не смотрят, как будто их и нет.
– Ну, е-мое, туда не смотри, сюда не смотри! Чегой-то в ваших центрах ерундень творится какая-то.
– Мой друг разлюбезный, мы ведь здесь в гостях. Придется немного потерпеть, тем более что мне кажется прекрасным, когда никто не начинает издеваться или подшучивать над твоими телесными недостатками, – произнес Иннокентий Игнатьевич, поправив ремень, передавивший столитровую профессиональную мозоль.
Когда открылась шлюзовая дверь, Иван Петрович даже немного расстроился. Он ожидал увидеть необычные картины космопорта центральной планеты Двух Галактик, а перед ним открывался вид на хороший, может быть даже заграничный, аэропорт. Конечно, посетители этого места удивляли своими размерами, формами и внешним видом. Кто-то шел, кто-то полз, кто-то летел, а один слизнеподобный господин (почему-то старший бухгалтер решил, что это точно мужчина) перетекал по лестнице.
Но в остальном – те же очереди к парящим в воздухе будкам то ли с таможенниками, то ли с паспортным контролем. Те же кафе и рестораны, только с удивительными блюдами, та же суета. Капитан провел их к ближайшему парящему кубу и попросил встать за большим жуком, который недоверчиво посмотрел на своих новых соседей по очереди.
– Друзья, мне пора улетать, после контроля вас встретит мой друг и ваш провожатый в столице Ких Нес’Там, – сказал капитан и помахал на прощание рукой.
Михалыч не выдержал и даже обнял Мах Тах’Сума, оторвав его от пола.
– Бывай! Мы вас не подведем, покажем ентим вашим деградантам, как у нас веселятся.
– Не деградантам, а находящимся в депрессии, – поправил его на автомате Иннокентий Игнатьевич.
– Депрессанты, делеганты, да фиг их разберет. Поглядим, как они запляшут, когда я достану баян, – буркнул Михалыч.
Очередь шла быстро, и уже минут через двадцать друзья оказались рядом с шарообразным служителем, парящим на высоте полуметра в своей каморке.
– Здравствуйте. Цель прибытия? Наличие незаконного багажа, организмов, морфов? Откуда прибыли? Номер планеты в тентуре? – быстро и четко, как заправский диктор, выпалил дирак.
– Добрый день, – только и ответили друзья. Они вдруг поняли, что совсем не подумали о прохождении каких-то процедур, а капитан уже улетел.
– Вот я ж этому … – ругнулся Михалыч.
– Уважаемый капитан обещал, что за нами придут, а пока давайте скажем то, что знаем.
Полчаса друзья пытались сформулировать цель своего приезда и рассказывали, что у них нет всевозможных нелегальных веществ и морфов. Около часа ушло на поиск адреса Земли.
– Спасибо! Я поздравляю вас с прибытием в столицу Двух Галактик, – отстраненным голосом без интонаций произнес дирак и снял силовой барьер.
Друзья шагнули к коридору, но тут же уперлись в невидимую стену.
– Эт чего такое?
– Мы ведь предоставили все данные.
– Да, по данным к вам претензий нет. Но у вас отсутствуют образцы ДНК. По решению правительства вас не могут допустить на планету.
– Так возьмите их!
– В базе нет лицензии на взятие образцов ДНК у вашей расы. Тест невозможен. Следующий.
И к парящей конструкции подошел следующий посетитель. Вернее, попробовал подойти, но его остановил Михалыч:
– Погодь-ка! Ты чего, думаешь, прицепил себе какую-то веревку к голове и могёшь переть вперед всех? Ну уж нет, мы с ентим шариком в будке еще не закончили!;