Андрей Лобов – К обоюдной выгоде (страница 9)
– Как нас с тобой? Посадили? Пожалуй… – прищурился Ник и взглянул на меня (точно так же, с хитринкой, смотрел отец, когда затевал очередное «верное дело»). – Слушай, я тут уже больше месяца. Давай сбежим, а?
– Э-э-э нет, – замотал я головой. – «Сбежим» – это без меня. Мне тут зашибись.
– То есть тебе не хочется вырваться, поглазеть на Хьюстон, почувствовать свободу?
– Не-а! – я со смаком надкусил очередное крылышко. – Хочешь бежать – вперёд, а я тут буду жить один, как король. Насмотрюсь бейсбола, отосплюсь и отъемся…
– Вот именно! – грустно посмотрел на меня Ник. – За этим нас сюда и посадили.
– Зачем?
Ник огляделся, как шпионы в фильмах, и когда убедился, что подслушать нас некому, прошептал:
– Скажи, у вас дома держат каких-нибудь крупных животных? Коров, свиней или других представителей скота?
Кого-кого? Да уж – над английским Нику ещё работать и работать: надо ж так сказануть – «представители скота»! Но тут мне вспомнился Бобби Уилсон, решающий задачку по математике – толстый, пыхтит, весь красный от злости на собственную тупость. Вот как я его обзову в следующий раз! А нечего было дразнить меня «Тостером»!
– Коров и свиней? Да, свиней держали… недолго, правда, – я засомневался, стоит ли рассказывать русскому всю эту историю, но потом подумал «почему бы нет?» – Как раз перед «умными тракторами» папка решил заделаться мясным магнатом. Дедушкин гараж оборудовали под хлев, купили поросят, откормили их… Откормили – а забивать некому. Правда, дядя Джим вызвался – он у нас бывший морпех – но дед его спросил: «Мало ты поубивал?» – и тот вроде бы как смутился даже. В общем, так и продали их, живых, в «Тайсон Фудс» – это такая корпорация, мясом занимается. Потом уже выяснилось: дед, когда их кормил, немножко подпаивал, и вроде бы как через это закорешился с ними. Клички им дал: Рузвельт, Никсон, Буш – ну и всем остальным по тому же принципу. А нам объяснил, что не хотел, чтобы на руках Фостеров была кровь хоть одного президента!
– Но ведь в той корпорации их всех всё равно, наверное…
– Наверное, – кивнул я, и почему-то подумал: «Нет, не буду Бобби Уилсона скотом обзывать!»
– А если всё равно убили – какая тогда разница?
– Я без понятия – но для деда разница была.
– Грустная история, – сказал Ник, подумав.
– Ага… – мне и самому отчего-то стало грустно. – Ну а ты к чему спрашивал-то?
– А, ну да! – сразу же оживился он. – Подскажи, а когда вы их начали откармливать на убой? Когда вообще полагается это делать?
– Ну как же… – вот вам ещё одно подтверждение того, что этот Мистер Всезнайка не такой уж и умный. – Когда к праздникам готовишься: ко Дню Благодарения, или как здесь – к Большой Неделе. В общем, где-то за месяц…
– Ну вот!
– Чего «ну вот»? – нахмурился я. А он просто посмотрел на ведёрко с жареными крылышками, потом на столик, который по нажатию кнопки мог уехать вниз и вернуться вновь накрытым; посмотрел – и хитро заулыбался.
И тут до меня наконец-то дошло.
– То есть нас с тобой здесь… тоже откармливают?!
***
План побега был разработан за какие-то полчаса.
Для очистки совести мы попробовали присвистеться ко входной двери, но она не открывалась – видимо, была настроена на свист определённого человека. В пользу этого говорил и тот факт, что у неё не оказалось ручки – во всяком случае, изнутри.
Способ, предложенный Ником, мне поначалу понравился. В его навороченном планшете, плюшевой спиралью обвивавшем предплечье, откуда-то взялся план помещений – и схема вентиляции. Ближайший вход в неё – в смысле, лаз – отыскался в той самой комнате, которую я позабыл проверить, отвлёкшись на еду – это был не туалет, а маленький спортзал с двумя беговыми дорожками, турником и брусьями. Проникнуть в вентиляцию не составило труда – мы даже задвинули за собой решётку… но вот ползти внутри я бы никому не пожелал. Затылок всё время стукался о «потолок», колени скользили по гладкому металлу – просвет короба даже для меня был узким, а ведь в фильмах по ним ползают здоровенные мужики…
– Куда нам теперь? – уточнил я, чуть не застряв на развилке.
– Направо, потом еще раз направо, а потом ещё, – сказал Ник, заглянув в свой браслет.
– Да ну? Это ж получится, что мы ползём по кругу!
– У круга нет углов, – («Вот и пошути с таким!» – подумал я). – К тому же отрезки впереди разной длины и наклона: если ты имеешь в виду, что мы вернёмся туда, откуда начали, то не бойся – этого не случится.
«Не случится!» Отец тоже был горазд раздавать обещания – помнится, в Хьюстоне нас должен был ждать знатный улов, а не психи, которые откармливают подростков к Большой Неделе. Ещё вчера я бы ни за что в это не поверил, но Ник мне нарассказывал такого, что я испугался всерьёз… ну, почти всерьёз. Оказалось, сюда съедутся не только лучшие люди со всей округи, но и худшие, причём издалека: мексиканские наркобароны, гурманы-извращенцы… даже освободители дронов, продвигавшие идею, что у тех способно возникнуть что-то вроде коллективного разума. В общем, Ник знатно нагнал страху, но когда я сказал, что мой отец как раз работает с мексиканцами – впервые взглянул на меня с завистью.
Сейчас, впрочем, ни мне, ни ему никто завидовать не стал бы – оба в пыли, мы ползли, ползли, ползли, и преодолели уже куда больше трёх поворотов. Наконец я не выдержал:
– Ник! Долго ещё?..
– Тссс, Марти… Мы почти на месте!
Странно, но он оказался прав. Скоро впереди показался просвет, забранный решёткой – точно такую же мы закрыли за собой, влезая в вентиляцию.
– Кладовка! – обрадовался Ник. – Но почти пустая. Интересный факт…
– Пустая? Вот ведь гадство! – я подождал, пока он откроет решетку, и вылез на свободу следом за ним. Помещение и впрямь оказалось почти пустым: голые стеллажи, старый моечный робот…
– И куда дальше?
– Сейчас… – Ник вновь сверился со своим планшетом. Странно – почему мой телефон отобрали, а этому русскому планшет оставили? Наверное, обхитрил их как-нибудь… да и что ковбои понимают в современных гаджетах?
– Ну чего там? – поторопил я его. План побега предусматривал, что в кладовке мы найдём плащи и респираторы – где же им ещё храниться, в конце-то концов? – наденем их и, выйдя, смешаемся с толпой. Но ни масок, ни плащей здесь не нашлось… да и никакой толпы за дверью не было слышно.
– Погоди. Строю новый маршрут, – сосредоточившись, этот Мистер Умник смешно хмурился. – Так-так. Вот… Ага! Сейчас мы спокойно выйдем, пройдём до конца коридора – там лестница; потом спустимся на первый и оттуда уедем.
– Уедем? – с сомнением протянул я. – Машину угоним, что ли? Ты умеешь водить? Я – нет, а учиться у нас нету времени…
– Нам и не надо ничему учиться, – улыбнулся мне Ник. – Мы уедем не на машине!
***
От запаха навоза кружилась голова. Казалось бы – используют самую навороченную систему вентиляции, так что влёгкую могли бы эту вонь отфильтровать, или распылить в воздухе ароматизатор какой-нибудь. Но нет – тут всё делалось, как в старину: даже за лошадьми убирали живые люди.
Надо сказать, работы у них было невпроворот. Народу в конюшнях толпилось – будьте нате, но и лошадей было не перечесть. Их вели в стойла, рассёдлывали там, чистили, кормили, осматривали ноги… Вдалеке виднелся скан-шлюз наружу; он – дикое дело! – был открыт насквозь, и безопасников рядом видно не было. Идеальный путь для побега – если б не одно «но».
– Слышь, Ник… Как бы это сказать… Ездить верхом я тоже не умею…
– Не умеешь? – опешил он. – Ты же американец!
– Но не техасец… Я и лошадей увидел только сегодня – в смысле, живых, настоящих. Которые не по телику…
Ник помолчал, что-то прикидывая. Я уж испугался, что упал в его глазах – но вот он улыбнулся мне:
– Ладно – в конце концов, я ведь тоже не kazak. На самом деле, ничего особенного уметь не нужно. Лошади тут спокойные, выезженные. Когда ты сядешь, я возьму поводья твоей. В седле держись прямо, не елозь, и не трогай лошадь пятками. Остальное я объясню позже, по ходу.
– Отлично… – я приободрился. – Тогда чего стоим?
– Нам нужны специальные сёдла и стремена повыше, – Ник присмотрелся к лошадям. – Вон те две нам подходят – они уже засёдланы, как надо. Сейчас договорюсь, – он шагнул вперёд, явно собираясь провернуть всё сам, но мне опаскудело таскаться за ним хвостиком:
– Ну-ка, постой… – притормозил я его. – Лошадей беру на себя, а ты смотри и учись!
***
Конюх – парень немногим старше нашего с Ником возраста – был весь из себя ковбой: сапожки, раскрашенные под крокодилью кожу, шейный платок и гарнитура в ухе.
На шевроне у парня значилось «Бен». Я мигом сориентировался:
– Приветик, Бен. Ну-ка, выведи нам вон тех вон двоих!
Он смерил меня оценивающим взглядом – и явно оценил дешевле, чем следует:
– Ага, щас. Ты кто вообще такой?
– Я – гость мистера Вильямса. Марти Фостер – не слыхал? – тут я понял, что зачем-то сдуру назвался собственным именем, но отступать было поздно. – Решил вот посмотреть Хьюстон со своим другом, – я указал большим пальцем себе за спину, где, на порядочном отдалении, ожидал Ник. – Нужны две лошади, чтобы сёдла повыше… и чтобы стремена тоже специальные. Да ты сам знаешь – чего тебя учу?
– Много вас тут гостей наприезжало… – после упоминания мистера Вильямса Бен, по крайней мере, стал говорить вежливо. – Даже если б я вас вспомнил – порядок же есть. Верховые экскурсии – только в составе группы. Дети – только в сопровождении взрослых. Так что извини, – развёл он руками, и добавил, будто сжалившись: – Выше, у «Макдоналдса» – игровой зал. Там можете купить виртуальные туры – хоть пешком, хоть верхом, хоть на коптере.