Андрей Ливадный – Репликант прорыва (страница 8)

Два мощнейших пробоя метрики, разделенные всего двумястами километрами, пагубно влияли друг на друга, – они тяготели к слиянию, постепенно теряя стабильность. Стоило выйти за границы маскирующих полей, взглянуть на окрестности и становилось не по себе.

Косматые дождевые облака прорезали полосы переливчатого сияния. При полном безветрии огромные волны обрушивались на галечные пляжи. Очертания прибрежных скал змеились искажениями. Иногда под ногами пробегали судороги несильных подземных толчков.

Карты распределения энергий на суммирующих экранах КП лишь подтверждали худшие опасения. На сотни километров вокруг шло формирование так называемых «зон рыхлого пространства», где происходили сдвиги времени и возникали спорадические локальные червоточины, соединяющие произвольные участки земной поверхности. Время от времени между аномалиями происходил неконтролируемый перенос вещества.

Клио работала с гибридными моделями местности, пытаясь отыскать безопасные пути для дальнейшей эвакуации. Ида занималась размещением грузов. Кроме беженцев через гипертоннель удалось переправить сорок семь серв-машин разной степени сохранности. Постоянно прибывали транспортные контейнеры с оборудованием, запасными частями, боекомплектами и расходниками. Все, что «Стальным» удалось отыскать в окрестностях космопорта и на ближайших к нему базах РТВ, сейчас спешно переправлялось на эту сторону.

Роб, действуя через мобильную станцию гиперсферных частот, мониторил обстановку на подступах к находящейся под атакой прародине человечества.

На командном пункте появился Арчибальд.

– Надо сворачиваться, – категорично заявил он.

– Нет, – обронил командир «Стальных», не отрывая взгляда от суммирующих экранов.

– Савва, откуда взялось столько народа? – с нотками раздражения спросил ИскИн. – Планировалось эвакуировать девятьсот пятьдесят человек, а прибыло уже больше двух тысяч! Я не могу ручаться за стабильность гипертоннеля. Боюсь, часть грузов и беженцев придется оставить на «той стороне».

– Нет. Работаем до последнего, – повторил командир «Стальных», не удосужившись дать ответ на вопрос.

Вместо него ситуацию прояснил Айрон:

– Жители многих поселений видели удар хитвара, но не попали под него. Как ты и предполагал, они не поверили, что последуют новые атаки из космоса. Уговаривать было бесполезно. Но мы все-таки оставили им десяток грузовых флайботов, управляемых автопилотами, и координаты точки эвакуации.

– И что же подвигло их к бегству? – уточнил ИскИн.

– Пробуждение техносферы Земли, – обронил Савва. – Оказывается, наследия прошлого люди боятся больше, чем гипотетической угрозы из космоса.

– Временами ваша психология для меня просто непостижима, – произнес Арчибальд.

– Короче: вопрос не обсуждается, – подытожил Айрон. – Частью грузов еще можно пожертвовать, но не беженцами, – добавил он, зная образ мышления боевого искусственного интеллекта.

– Но силовые установки «Нибелунгов» работают на пределе мощности! – попытался возразить Арчибальд.

– Значит, подключи к сети реакторы прибывающих серв-машин! – отрезал Савва. – Не превращай задачу в проблему, ладно?

ИскИн молча кивнул, развернулся и ушел.

– Типа, обиделся…

– Да, плевать! Тут ему не Везувий. Игнат, доложи обстановку.

– Мы с Идой засеяли датчиками дорогу, по которой отступали, но связь с ними сбоит. Практически все побережье во власти «рыхлого пространства», а взаимное влияние двух червоточин лишь усиливается.

– Попытайся выудить хоть какую-то информацию! Важно знать, что сейчас происходит подле гипертоннеля, ведущего в мир Иных!

– Работаю над этим. Не дави.

– Зоны «рыхлого пространства» быстро расширяются, – произнесла Клио. – Арч прав в одном: надо поторопиться с эвакуацией, иначе рискуем спровоцировать катастрофу планетарного масштаба.

– Айрон, что скажешь?

– Еще минут тридцать, в лучшем случае.

– Мне потребуется больше времени, – неожиданно заявил Захар Прилепин. Он работал за отдельным комплексом аппаратуры, который был доставлен с первой партией грузов. Внешне устройство выглядело неказистым. С десяток кибернетических блоков крепились к фрагменту обшивки. Их опутывали кабели. Одни подавали питание, другие тянулись к расположенному в отдалении контуру гипердвигателя, демонтированного с «фантома».

– Есть надежда на успех? – спросил Савва.

– Взаимная «наводка» двух червоточин формирует мощную аномалию. По сути, сейчас образовался узел гипертоннелей, объединивший три Вселенных[10], – ответил Прилепин. – Если смогу отправить данные, то их ретранслирует в самые потаенные глубины гиперкосмоса. Где бы ни застрял крейсер «Тень Земли», высока вероятность, что они примут нашу передачу.

– Хорошо. Будем держать наше «окно» открытым сколько сможем, – подытожил командир «Стальных». – Роб, доложи по хитварам.

– Пока все идет по плану, – откликнулся тот. – Первый корабль вышел близко к Земле, попал под огонь платформ, сбросил рагдов и сразу же ушел в гиперкосмос. Три минуты назад датчики зафиксировали групповой прыжок. Десять хитваров в боевом построении.

– Точка перехода? – нетерпеливо спросил Савва.

– Далеко за орбитой Марса.

– Уже неплохо. Дает нам фору по времени…

– Пульсация! – прервал его чей-то возглас.

Хмурый дождливый полдень разорвала серия далеких отсветов. Гипертоннель, издревле связывающий Землю и Рокс[11], неожиданно утратил стабильность. Такое могло произойти только при его активном использовании.

– Нет ни сигнатур, ни визуальных данных, – с досадой отчиталась Клио.

Тем временем партии беженцев и техники продолжали прибывать.

– Игнат, мне нужны актуальные данные!

– Работаю. Терпение.

В полукилометре от КП полыхнул запуск. Серв-машина класса «Фалангер», задействовала установку «Легион». Наскоро переоснащенный «Пилум» устремился в кипящие небеса.

– Спутник выведен на низкую орбиту, но соединение неустойчивое. Идет накопление данных. Сканированию препятствуют аномалии, – отчитался Игнат. – Карта сигнатур формируется. Доложу по завершении.

На связь по установленной сервами кабельной сети вновь вышел Арчибальд:

– Долго поддерживать гипертоннель не смогу. Энергоресурсы фактически исчерпаны. Подключение реакторов серв-машин не особо помогло. Мне не удержать стабильное окно. На той стороне придется бросить часть техники и припасов.

– С людьми успеваешь? – спросил Савва.

– Да, – коротко обронил ИскИн, – Но сразу возникает еще одна проблема. Как организовать дальнейшую эвакуацию? У нас нет транспортов для такого количества беженцев. Во временном лагере уже скопилось две с половиной тысячи человек. Много стариков, детей и женщин. Как и куда их эвакуировать?

– Понял тебя. Сейчас решим, – ответил командир «Стальных». – Игнат, идеи?

– По ту сторону болот есть город репликантов. Думаю, его защита все еще держится. Придется пешком вести людей к технопарку «Южный». Неподалеку от него расположена точка доступа к постоянно действующей локальной червоточине. Используя ее, срежем километров триста.

– Сколько отсюда до «Южного»? – спросил Савва.

– Двадцать пять километров, если по прямой. Сам технопарк занят киллхантерами. С ними вряд ли договоримся, придется выбивать.

Тем временем орбитальное сканирование дало накопительный результат. Трехмерная модель местности наконец-то пополнилась новыми отметками. Красные пятна неправильной формы обозначили участки «рыхлого пространства», возникшие из-за взаимного влияния двух мощнейших пробоев метрики. Кое-где между ними оставались извилистые «тропы», по которым теоретически можно пройти, но, к всеобщей досаде, ни одна из них не вела по направлению к технопарку. Свободные от пагубных влияний «коридоры» протянулись вдоль побережья, причудливо сплетаясь между собой. К слову, конфигурация красных пятен постоянно менялась, порой сужая границы «безопасных пространств» до нескольких метров.

Савва хмурился, изучая обновленную карту. Как провести две с лишним тысячи испуганных, неподготовленных людей по узким тропкам между опаснейшими аномалиями? Любая случайность чревата паникой. Если беженцы вдруг бросятся кто куда, – погибнут. В зонах искажений пространства не выживет никто.

Значит, «Южный» – не вариант. Более или менее безопасный маршрут ведет на северо-запад. Но там почти пятьсот километров топей.

– Есть прямая трансляция со спутника! – прервал его мысли Игнат.

Все невольно обернулись к сборке суммирующих экранов.

Вторая червоточина пульсировала в такт гиперпространственным переходам. Ее выход располагался в склоне огромного кратера, обрамленного руинами прибрежной застройки. С каждой бледной вспышкой из мрака появлялись группы существ, лишь отдаленно, по общим чертам гуманоидного телосложения, напоминающие людей.

Изображение со спутника укрупнилось, но однотипная экипировка и глухие вытянутые к затылку шлемы, не давали представления об истинном облике инопланетных созданий.

– Кто они? – спросил Айрон.

– Конструкты, – ответила Ида. – Древние переходные формы Иных.

– Киборги? – уточнил Савва.

– Нет. Именно генетические конструкты. Плод биотехнической эволюции. Намного более совершенные и выносливые, чем мы. По сути – искусственные оболочки, которые использовались Иными на пути к цифровому бессмертию.

– Они разумны? – допытывался командир «Стальных».

– В точности не известно, – ответил Игнат. – Думаю, что технология создания репликантов возникла в результате реверсивной инженерии, после изучения останков подобных существ, обнаруженных на Роксе.