Андрей Лисьев – За каждый метр (страница 13)
– Проставляются на гражданке, а по уставу положено представляться. «Представляюсь по случаю получения очередного воинского звания», «представляюсь по случаю вступления в должность», «представляюсь по случаю вручения государственной…» – перечисляет Дрозд. – А бухать не время.
– Сухой закон, я в курсе! А за что орден?
– За Киев, видимо.
– Долго же он шел.
– Но дошел же.
– Второй?
– Угу. В эту войну первый!
Проза знает, что первый орден Мужества Дрозд получил за Осетию.
– А у кого больше?
– У Аляски – три. СВО в целом – война «трех мужиков».
– В смысле?
По лесной дороге к штабу подъезжает УАЗ с выключенными фарами. Проза загибает пальцы:
– Русский, хохол… Третий кто?
– Как хотите, так и понимайте. Здесь много смыслов. Вы же писатель. Нафантазируйте что-нибудь, – дразнит собеседника Дрозд. – Ладно, мне пора к комдиву.
Начальник штаба полка садится в уазик и уезжает на совещание.
Аргон, Синица и Проза ужинают поздно, после бойцов. В палатке только два повара гремят кастрюлями. Проза жалуется:
– Хочу про кого-нибудь еще книжку написать. На десантниках же свет клином не сошелся! Про луганских казаков – вон отец Пересвет советовал. К их комбригу постучались, тот отмахнулся. Про летчиков, моряков, морпехов тех же! Вы их под Херсоном ругали, а вот интересно их версию событий услышать.
– А что? Наш бывший замполит сейчас в авиации, – вспоминает Синица, – надо его найти и за вас словечко замолвить.
– Стучался я к авиаторам. Боятся фээсбэшных провокаций, встреча только на их территории, через пропуск, а потом начинается: то один в командировке, то другой, то некогда.
– Оставайтесь у нас, Андрей Владимирович, – предлагает Аргон, – вон Аляска Гостомель брал. Напишите книгу про Гостомель.
– Мне разведчики уже предлагали. Когда напоили меня кофием из безалкогольного мохито.
– Это как? – спрашивает Аргон.
– Сварили кофе, когда у них был, пообещали хороший. Пьем. Мне нормально, а они кривятся и между собой переглядываются. А потом я как глотнул осадочка!
– И что?
– Повар канистры перепутал, вместо воды взял безалкогольный мохито и сварил на нем кофе.
– У наших разведчиков жир с пальцев капает, – ворчит Синица, – я безалкогольный мохито и не пробовал никогда, только слышал. А они на нем кофе варят…
– Зажрались солдатики, лавровый лист уже не едят, – соглашается Аргон.
– Так вот, про Гостомель, – возвращается к идее разведчиков Проза, – Гостомель сейчас чей? Где я необходимые детали антуража брать буду? Где какая былинка куда клонилась? Сразу же станет понятно, что я там не был.
Все молчат.
– На худой конец журнал боевых действий покажете?
– Нет, не покажем. – Аргон категоричен.
– И где брать сюжет тогда? В принципе, задача решаемая. Взять схему атаки аэродрома, отыскать бойцов по одному из каждой группы, разного уровня и специальности, и описать штурм Гостомеля глазами участников с разных сторон. Живенько и рельефно получится. Так один немец историю Второй мировой написал, Пауль Карелл зовут. Но надо ж за что-то браться.
– С Аляской поговорите, зачем-то же он вас вызвал. Видимо, какие-то виды на вас имеет, – говорит Синица.
– Когда начнем побеждать, товарищи полковники? – меняет тему Проза.
– Ждем на помощь три бригады: бурятскую, тувинскую и калмыцкую, – Аргон загибает пальцы, – по полмиллиона человек каждая… И сразу начнем побеждать!
В штабную землянку входят два подполковника: умиротворенный Аргон аккуратно вешает куртку на спинку стула, а разъяренный Кречет швыряет на стол пакет с мочалкой. Целый час штабные разыскивали начальство, но все оказалось проще. Аргон и Кречет решили опробовать новую душевую. Вместо палатки комендачи выкопали капонир и поместили туда кунг – душевую на несколько кабинок. Едва подполковники зашли внутрь и разделись, в генераторе кончилось топливо, а батарея рации оказалась разряженной. Голое начальство просидело в абсолютной темноте, тихо матерясь, в ожидании, когда «дадут свет».
Выясняется, что Дрозд до КП дивизии не доехал, связи с ним нет. И Аргон уезжает на совещание вместо пропавшего начальника штаба.
Кречет заваривает чай. Проза подсаживается к нему:
– Помните, вы на колеса для уазиков жаловались? Вот смотрите! – Проза протягивает Кречету смартфон. – Технология боестойкого колеса, отечественная.
Тот увеличивает фотографию, читает описание, морщится:
– На практике показали себя исключительно с отрицательной стороны. Вот этот бондаж, что стоит внутри колеса… во время эксплуатации жрет резину. Та забивает воздушный канал подкачки. В итоге колесо невозможно накачать никак, вообще, просто не накачать – и все. Если прокололось или спустилось, покрышку нужно просто выбрасывать. Все это красиво, но на практике не показало должных результатов. Если проехать даже небольшое расстояние на таком колесе спущенном, проблема потом будет в разборке колеса, потому что обод этот собирается. Когда машина едет на спущенном, там получается деформация текстолитового обода, и выкрутить болты при надетой шине практически невозможно. В итоге выбрасываешь целое колесо: и диск, и покрышку, и обод. Поэтому, если они предлагают такое колесо, пусть дают сразу десять запасных. А так это пыль в глаза и деньги в никуда!
Кречет делает глоток кипятка, потом еще один.
– А вот, – Проза демонстрирует фотографию видеокамер СТЗА и ГОЭС-Т, – мои знакомые тестировали их, пробовали на воздушный шар подвесить.
Кречет внимательно изучает описание.
– Если все характеристики соответствуют заявленным, то камера достойная. Вопрос в следующем: когда они появятся у нас? И появятся ли вообще? Это касается, кстати, всего! Где «Арматы», где БПЛА, о сотнях моделях которых нам рассказывают? Где это всё? Пусть привезут, опробуем, мы дадим оценку и сделаем отчет! Но это не мы должны купить, а нам их должны привезти. А так не хочется никого обижать…
Фотографий новых образцов экипировки: бронежилетов, костюмов, пластин, касок – в смартфоне Прозы много, но Кречет просматривает их мельком.
– По экипировке скажу прямо: каски – говно! Броники – говно! Дайте «Ратник», который вы нам когда-то поставляли. Все это новое уже было здесь, опробовано, освоено. Солдат в этом ходить не хочет. Можно сразу сказать – идите на хер! А лучше «Ратника» пока я экипировки не видел.
Кречет умолкает, чешет длинный нос и продолжает:
– У «Ратника» есть один недостаток – у него нет разгрузочного пояса. Если ему сделать разгрузочный пояс, то лучше его ничего нет. У него все в комплекте предусмотрено, и все соответствует действительности. И люди просят «Ратник», каждый раз у меня просят: «Дайте каску «Ратник», дайте бронежилет «Ратник». Его просто чуть-чуть надо доработать – и все! А все это остальное – это так – насмешка над солдатами. Ну и рюкзак у «Ратника» – тоже говно, маленький рейдовый… Его тоже надо переделывать. И патрульный рюкзак – тоже говно. Маленький. Если его переделать – будет достойная экипировка.
Кречет не выбрасывает чайный пакетик и доливает в кружку еще кипятка. Пока чай повторно заваривается, зам по вооружению погружается в смартфон и пролистывает сразу несколько фотографий.
– Что касается дронов, то первое. Почему все названия на латинском языке? У нас что? Кто-то стесняется русского языка? Мы за него воюем, жизни кладем. Это – первое. Если они хотят косить под пиндосов, то пусть идут к пиндосам, там разрабатывают и им продают.
– Это – китайцы! – На голову Прозы капает смола с бревна перекрытия, и писатель яростно чешет темечко в тщетной надежде вычесать противную каплю, пока не присохла.
– Ладно. Тогда второе – это все надо тестировать: как устойчиво к РЭБу, происходит ли захват противозенитной ракетой данного образца, видит ли она его? Можно ли его использовать в условиях дождя, всепогодный ли он? Все это надо тестировать. На картинке все красиво, они пишут то, что мы хотим читать, а по факту получается совсем другое, так же как и с FPV-дронами. Вроде все они должны лететь и поражать цели, а из десяти заявленных летит один. Все остальное – это просто мусор, который можно собрать и выкинуть в урну. Нужен эффективный образец, практичный, ремонтопригодный, долговечный. Вот как-то так. О!
Кречет натыкается на фотографию специального автомобиля ЗАСН и читает описание:
– Вопрос один – когда будет в войсках? Очень ждем! Несколько образцов видел, отличный автомобиль. Особенно если разведподразделения перевооружить на этот автомобиль, цены не будет ему. Очень хорош!
Проза отбирает у него свой смартфон, чтобы самому убедиться, что же так понравилось заму по вооружению. Следующее фото:
– А вот машина дистанционного разминирования «Листва»?
– Не видел ее, но, думаю, если появится такая, то будет очень востребована.
– А вот вместо «Нон» разработали новую 120-миллиметровую САУ «Лотос», гляньте.
– Дайте мне скорее эту машину! Очень ее жду!
– Так, хорошо. Комплекс управления минометными подразделениями «Завет»!
– Ну так себе, думаю, она не очень мне будет полезна. Пусть лучше дадут побольше минометов. А мы вручную ими поуправляем эффективно, без этой машины. Вот! – Кречет трогает экран, появляется фото 82-миллиметрового самоходного миномета «Дрок».
Кречет читает описание, пьет чай и молча поднимает кверху большой палец.
Проза пролистывает несколько фотографий: