Андрей Левицкий – S.W.A.L.K.E.R. Байки из бункера (страница 67)
Водитель не откликнулся, но расслышал – джип резко забрал в сторону.
– Надо его завалить! – проорал подскочивший на кочке Спок, с носа которого слетело пенсне.
– Чем, а? – заматерился Саоб. – Мы ж все стволы у переправы оставили…
Четырехногое чудовище нагоняло. Из-под когтистых лап ритмично вылетали клочья вспоротого дерна, глаза – каждый с человеческую голову – налились кровью и полыхали страшным, первобытным огнем.
– Ручей! – проорал вслепую крутящий баранку Жикар. Его ирокез, потерявший форму от росы со стегающих встречных веток, болтался над исцарапанным черепом зеленым конским хвостом.
– Юка! Как окажемся на той стороне, сразу стреляй, понял? – обернулась в салон Дрессировщица. – Стреляй сразу же за ручьем!
Трос продолжал вбираться. Волочащееся по земле «жало», налетающее на кусты, взрывающиеся гудящими тучами насекомых, отделяло от капота всего метров семь. Засунув новый дротик в патронник пневморужья, Юка высунулся из окна и прицелился, стараясь освоиться с болтанкой. На долю секунды ему удалось поймать на мушку глаз монстра, но в следующий миг снайпер получил хлесткий подзатыльник от налетевшей сзади ветви и чуть не выронил ружье.
– ?!! – встряхнувшись, оглушенный стрелок полез обратно в салон.
В этот момент несущийся задом автомобиль на полной скорости вкатился в бурлящий поток и неожиданно резко подался вперед, отчего Дрессировщица с размаху приложилась лбом о торпеду. Хрустнули стекла слетевшего с головы ПНВ. Движение прекратилось.
– Что еще за хрень? – взвыл Саоб.
«Хамви», вращая колесами, поднимал фонтаны брызг, удерживаемый тросом от застрявшего в зубах щенка «жала». Застонал лебедочный барабан.
– Жахните его током!
– Кругом вода, хочешь поджариться?
– Держитесь! – рванув передачу, Жикар с силой вдавил педаль газа в пол.
Распробовав внезапно подвернувшуюся игрушку, щенок с урчанием замотал одутловатой башкой и, пятясь, стал подпрыгивать на передних лапах, натягивая трос на себя. Застрявший посреди ручья многотонный внедорожник, вхолостую полоща колесами, рывками пополз обратно. Сражающийся с управлением Жикар выругался и врубил фары в надежде ослепить животное. Но яркое освещение, наоборот, только раззадорило сильнее замахавшего обрубком-хвостом детеныша.
– Сбрасывай трос!
– Барабан заело…
– Юка, да стреляй же, твою мать!
– Замрите, пожалуйста!.. – кабину осветила фотоаппаратная вспышка, и Жикар, отпустив баранку, зажал глаза.
– Да уберите вы чертову камеру!!! – заорала перехватившая руль девушка – ослепленный напарник продолжал давить на педаль.
Саоб со Споком навалились на брыкающегося Журналиста. Тем временем высунувшийся из окна Юка выстрелил, и усыпляющий дротик угодил прямо в азартно раздувающийся нос волчонка. Тот, с жалобным визгом приземлившись на зад, выпустил «жало». Резко освободившийся «хамви» толкнуло обратно в ручей.
– Давай еще! – скомандовала Дрессировщица.
Вторая игла угодила чуть выше правого уха, и детеныш, покачнувшись, мягко завалился в прибрежные цветы. Рассчитанная на взрослую особь, парализующая сыворотка оказалась для него слишком сильна. Выскочив на берег ручья, внедорожник круто развернулся и застыл. Небольшой отряд выбрался на прибрежную гальку.
– Ты что, гад, делаешь? – мгновенно накинулся на Журналиста Саоб. – Сказали же – без спроса не телепаться. А ты… Тварям на корм решил всех пустить?
– Мне обещали охоту на волколака… вот я… – беспомощно болтался в крепкой солдатской хватке Журналист.
– Отстань от него, – одернула солдата девушка и посмотрела на противоположный берег, где невозмутимо похрапывал усыпленный щенок. – Потом разберетесь. У нас много работы, а время идет. Мы и так отстаем от графика. Жикар, устанавливайте манок.
При помощи Юки и Спока Жикар выволок на гальку извлеченное из багажника нечто громоздкое, напоминающее большую смятую шубу.
– Фу! Что это за вонь? – скривившись, Саоб зажал нос ладонью.
– Экстракт железы волколака, – деловито пояснил Жикар.
Дружно засопело несколько автомобильных насосов, и через некоторое время над землей стало неторопливо расправляться скроенное кое-как, но, тем не менее, весьма похожее на оригинал шерстяное чучело волколака.
– Ну, хоть теперь-то можно снимать? – заинтригованный происходящим, взмолился Журналист.
– Можно, – устало разрешила следящая за приготовлениями охотница.
Пока фотоаппарат деловито щелкал, на морде чучела расправилась пара выпученных глаз – футбольных мячей, намалеванные зрачки которых забавно уставились в разные стороны. Из раскрывшейся пасти с фальшивыми зубами вывалился длинный язык, сшитый из разноцветных лоскутов, сильно напоминающих российский триколор. Когда волколак был надут и Спок с Юкой отсоединили насосы, Жикар размотал шланг от бака на крыше «хамви».
– Что это такое? – оторвавшись от съемки, почесал макушку обескураженный репортер, наблюдая, как ассистент Дрессировщицы втыкает конец шланга в отверстие под хвостом чучела.
– Манок.
– Для кого?
– Снимать больше нельзя.
– Но…
– Я сказала. Профессиональный секрет.
Девушка вошла в воду, помогая мужчинам перенести конструкцию на другой берег и осторожно опустить ее в цветы неподалеку от щенка.
– Готовы? – спросила она, когда все вернулись к джипу и Жикар зарядил стреляющую «жалом» пушку. – Никуда не отходить, бить, только если переберутся на этот берег, помните? Тогда давай!
Неторопливо прицелившись, Жикар выстрелил. Ощетинившаяся электродами присоска со свистом воткнулась в бок мутанта, и послышалось привычное гудение электричества. Но в этот раз шерсть на неподвижном теле животного пришла в движение, хотя под куполом из переплетенных зарослей Леса не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка. Люди на противоположном берегу напряглись, расхватав приготовленное заранее оружие – кто металлические прутья, кто сачки.
Сначала тихо, а потом все явственнее и громче в сгустившейся ночной тишине стало различимо зловещее стрекотание и пощелкивание – словно догорали угли в затухавшем костре. Туша щенка заметно обмякла, и рядом с ней один за другим задергались стебли, через мгновение окружившие храпящего детеныша мерцающим кругом колышущихся цветов.
– Блохи! – одними губами выдохнул Журналист.
Надутый муляж-манок покачнулся, и на берегу ручья показалась встревоженная электрическим импульсом стрекочущая масса иссиня-черных насекомых размером с булыжник. Тут и там угрожающе щелкали жвала. Достигнув кромки воды, членистоногие в нерешительности остановились. Иные, повинуясь инстинкту самосохранения, привлеченные знакомым запахом, один за другим исчезали в искусственном чреве волколака-манка. Некоторые, наоборот, ретиво отталкиваясь многочисленными лапами и высоко подпрыгивая, помогали себе куцыми крыльями, перелетая на другой берег, где натыкались на ожесточенный отпор размахивающих сачками и прутьями людей.
– В машину! – коротко рявкнула Журналисту Дрессировщица, сдергивая с ремня упруго распрямившийся хлыст.
– Так вы не за волколаком… – замешкался фоторгаф.
– Назад, я сказала!
Хлыст несколько раз рассек воздух, на лету разрубая воинственно стрекочущих насекомых. Послушно забившийся в джип Журналист принялся шустро орудовать карандашом, через поднятое стекло во все глаза наблюдая за происходящим.
Выждав момент, когда на чучеле собралось наибольшее количество гонимых электричеством насекомых, Жикар потянул рычаг на корпусе «хамви». Протянутый к муляжу шланг заворочался, и облепившие ткань паразиты один за другим стали засасываться в специальные отверстия на поверхности манка. Влекомые воздухом, они заполняли чрево закрепленного на крыше автомобиля бака.
– Давайте, еще чуть-чуть! – подбодрила суетящуюся команду Дрессировщица.
Наконец, когда бак, играющий роль пылесоса, был полон и поток насекомых постепенно иссяк, люди на берегу с облегчением опустили оружие.
– Все закончилось, – скорее констатируя, чем спрашивая, заключил опасливо выбирающийся из джипа Журналист.
– Как видишь, – устало откликнулась Дрессировщица, наматывая на запястье перепачканный густой слизью хлыст.
– А что с ним? – фотограф кивнул на другой берег ручья, где продолжал отсыпаться щенок.
– Очухается, почувствует себя намного лучше. Скажем лесничему и можем убираться домой.
– Отличненько! – с присущей журналистской братии невозмутимостью откликнулся корреспондент, перелистывая исписанную страницу блокнота. – В таком случае, извольте на коротенькое интервью.
Команда была измотана до предела.
– Чего написал-то? Интересно хоть? – сняв пенсне, сидящий напротив Журналиста Спок устало потер глаза. – Или опять ваши газетные побасенки, как всегда?
– Учитывая специфичность темы… конечно, есть пробелы, – посасывая карандаш, неохотно отозвался тот. – Но уже вырисовывается цельный рассказ. Добавим снимки, причешем стиль…
– Дай-ка!
Выдернув у толстяка блокнот и водрузив пенсне обратно на нос, Спок бегло прочитал несколько строк.
– …потревоженные мощными разрядами электричества. Но наш отряд во главе с отчаянной Дрессировщицей сумел дать отпор полчищу прожорливых тварей, по сравнению с охотой на которых поимка волколака выглядит сущей безделицей. И теперь каждый сможет собственными глазами увидеть укрощенных насекомых в захватывающем представлении Северного Шатра под названием «Блошиный цирк», – наконец усмехнулся он. – Да, лихо закручено, брат.