Андрей Левицкий – Череп мутанта (страница 27)
Сталкеры гурьбой двинули от костра к темному зданию, в глубине которого поблескивала светодиодами машина Слепого. Принесли ведра с полотенцами. Пригоршня вымыл руки, обтер и первым шагнул в сарай. Минутой позже вышел с другой стороны, сияя неуместной улыбкой.
— Следующий! — скомандовал Коваль.
Люди по одному входили в дом, топали к светлячкам диодов, нащупывали металлическую плоскость, припечатывали ладони… Постепенно однообразные действия всем надоели, прекратились шутки насчет мытья рук, что, мол, это совсем не больно… Вошел — постоял — вышел; вошел — постоял — вышел… Машина помалкивала. Все больше народу оказывалось позади строения, сталкеры озирались да поглаживали оружие — убийца среди оставшихся. Те, кто еще ждал своей очереди, опасливо косились друг на друга. Хуже всего пришлось Кирзе — он оказался последним, и когда входил в сарай, над лагерем повисла такая глубокая тишина, что слышно было, как в глубине Зоны за ЧАЭС чешет спину о дерево старый кровосос. Но и Кирза благополучно прошел испытание. Машина Слепого не издала ни звука.
— Ну? — крикнул Дантист. — А теперь как? Еще раз пройти через сарай? Так всю ночь циркулировать будем?
— Пригоршня, давай! — велел Слепой.
Никита щелкнул рубильником, под крышей вспыхнули загодя установленные лампы, охранник на вышке развернул прожектор.
— Поднять руки! — громовым голосом рявкнул Слепой. — Всем смотреть друг на друга!
Два десятка глоток с шумом выпустили воздух — у всех ладони были черные, перепачканные сажей, которую Слепой добыл в старых кострищах, чтобы вымазать как следует свой детектор. И только руки Дантиста сияли белизной в ярком свете.
Тут же убийца прыгнул в сторону, заорал:
— Не подходить! Завалю!!!
В руке его возникла граната, между бледными пальцами блеснули округлые рубчатые бока. Дантист вырвал кольцо, толпа отшатнулась, Коваль вскинул свой древний кольт… Бабахнул выстрел, в белом свете мелькнуло длинное тело Пригоршни. Раненый Дантист взвыл, Никита подхватил гранату и в падении отправил ее по дуге — через забор. Заорали на крышах бойцы Коваля, Стопка с Кирзой перехватили руки Дантиста, из простреленного плеча которого хлестала кровь. Убийца истошно завопил:
— Не хотел убивать! Он проснулся, я не хоте…
Прогремел взрыв, снаружи по бетонной стене заколотили осколки, оглушительно взвыли слепые псы — оказывается, свора успела подобраться совсем близко. Охранник на вышке торопливо развернул прожектор — и пулеметный грохот заглушил все звуки.
Выстрелы смолкли, завывание псов стало затихать, удаляясь. Коваль методично колотил Дантиста рукоятью кольта.
— Погоди, ты ж его так до смерти забьешь, — жалостливо сказал Пригоршня, склоняясь над убийцей. — Ты что, он же еще не сказал, куда хабар спрятал.
— Ладно, — согласился Коваль, опуская пистолет. — Я и сам не хочу спешить… Урод!
И он врезал обмякшему Дантисту сапогом.
Слепой с Пригоршней оставили хозяина заниматься делами и побрели в административное здание — там им обещали выдать по матрасу.
— Видишь, как оно вышло, — устало пробормотал Пригоршня. — Это Монтеру еще повезло. Если бы Коваль больше на грудь успел принять, так может, и проканало бы.
— Да нет, как же? Монтер только сегодня сюда…
— Да может убедил бы его Шаман как-то. Он никогда своих ошибок не признает. Видишь же, как дело повернул: Монтер, дескать, тоже того… одухотворенным стал.
— Инфицирован Черным Сталкером?
— Ну, типа того… Обуян, стало быть. Мол, духи не ошибаются — раз указали на Монтера, то и он в чем-то виноват.
— Да он просто выбирает того, кто легче поддается внушению. Талант, Зона его дери. Экзорцист.
— Я вот помню, было дело, тоже стали шмотки пропадать, и позвали Шамана. Он двоих указал. Ну, то есть не сразу, а по очереди — сперва одного, потом другого. Тогда без убийства вышло, просто воровали. Так что Шаман назвал, кто виноват, тому морду набили, выгнали и по всей сетке дали рассылку: мол, этот крыса. А потом снова кражи начались… Шаман опять — вот этот! Тут уж и покража нашлась, и все. Конец истории.
— Погоди, как конец? А тот, первый, которого выгнали?
— Да как… Его же ночью выгнали, без снаряги. Он и пропал, никто после не видел. Так что, хотя он, может, и не виноват, однако и предъяву Шаману некому выставить.
— Ну и порядки здесь… — покачал головой Слепой.
— А ты думал! Я же сразу сказал: народ простой, прямолинейный.
Они помолчали.
— А я новый анекдот придумал, — сообщил Слепой. — Сталкер Петров помылся, и когда три слоя грязи с него сошли, он опять стал пулепробиваемый. Как?
Никита покрутил головой, устало потер лицо.
— Вот у тебя шутки, как у Химика все равно, — сообщил он. — Такие же мутантские, обычный человек ни в жизнь не поймет. Вот этот твой анекдот — ну самый тупой. Ты лучше скажи, что за книжечку тогда нам показывал? Что за теория такая?
— А тут как раз никаких шуток, в книге вся теория этого детектора описана. Почитай, интересно.
— Да у меня с чтением-то не очень… — протянул Пригоршня, но книжку взял. Развернул самодельный переплет и прочел: Джек Лондон «Великий кудесник»…
Глава 5
ЖЕНСКИЙ ВОПРОС
Я знал, что с порядочным человеком дело имею! — прочувственно сказал Никита, разглядывая свою долю: жестянки с патронами, консервы, новенький охотничий нож — фирменный, дорогой, — контейнер с артефактами и мятые сотенные бумажки славного зеленого цвета. — Знал, что ты убийцу найдешь, а после со стариной Пригоршней поделиться не забудешь. Хороший вышел этот… блин, как его Химик назвал? Симбиоз! Хороший симбиоз.
Они с Хромым стояли под деревом примерно в полукилометре от лагеря Коваля. Давно рассвело, по небу ползли легкие облака, лес накрывал узор из блеклых теней и островков теплого света. Было тихо, только где-то далеко стучал дятел.
Пригоршня спрятал деньги, сунул добро в рюкзак, с натугой поднял и закинул лямку на плечо. Поглядел на Хромого, тот задумчиво рассматривал Walter Р99 — купил там же, у Коваля, вместе с удобной кобурой. Старому тэтэшнику, подаренному на прощание Костиком, Хромой теперь не доверял: если один раз пистолет отказал, лучше обзавестись другим оружием. Сталкер сунул «вальтер» в кобуру и поглядел на «старину Пригоршню». Никита мялся, словно хотел что-то сказать, да никак не мог решиться.
— Так что, пошел я… — начал Хромой, чтобы подтолкнуть его. — Счастливой Зоны, симбионт. Бывай.
Маневр сработал — Никита наконец решился:
— Не, погоди! Вот тут у меня… Глянь… — Он достал из кармана потертый ПДА, включил — разгорелся тусклый экранчик. — Знаешь, чей это?
Хромой пригляделся и покачал головой.
— Когда Коваль начал Дантиста метелить, у того машинка из кармана и выскользнула. Ну, я ее поднял, конечно…
— Поднял, значит, — пробормотал Хромой, разглядывая экран, где проступила карта.
— Ну, подобрал. А чего? Плохо же, когда добро пропадает!
— Вот тут ты прав. Ну так и что? Оставь себе на память о нашем симбиозе, а я пойду…
— Да погоди ты! Смотри — видишь, там помечено?
— Кем помечено?.
— Метка стоит, вот.
Примерно в трех километрах к северу от места, где они сейчас находились, на карте и впрямь стоял маркер.
— Вижу.
— И к этой метке есть запись… — Пригоршня повернул ПДА на широкой ладони, предварительно щелкнув по нужной кнопке. — Читай, читай!
— «Триста метров к северу от лощины. Квадрат Б-2, три березы, средняя — кривая. От них прямо север, до ручья, где бабы бегают. Потом: северо-запад, ориентир — узкий холм, не сворачивать, по сторонам аномальные поля. За холмом артефакты: „душа“, „кристалл“, другие. Насчитал около десятка, может и больше…» — Дочитав, Хромой поднял глаза на Пригоршню. — Бабы бегают?
Тот пожал плечами:
— А я знаю, что ему привиделось? Может, Дантист озабоченный… был. Оно и понятно, с такими зубами — ни одна не даст.
— Девушкам в «Сундуке» на зубы наплевать, — возразил Хромой. — Им только на деньги не наплевать, а насчет остального — пусть хоть мутант будет.
— Ну не скажи! — обиделся Никита. — Вот со мной они забесплатно согласны, а с Химиком почему-то нет. А? Значит, и личные достоинства тоже имеют значение. — Он выпятил грудь. — В Зоне, конечно, женский вопрос стоит остро, не хватает тут… гм… Не в порядке, в общем, демография. Я Химику говорил: давай еще напарника заведем. Напарницу. Мы ж не бродяги какие, считай собственный дом имеется, на колесах. А постель без женщины — как корабль без трюма… Ладно, это не важно, я ж о другом. Что думаешь насчет метки?
— Думаю, что дело темное.
— Почему? Дантист нашел место, богатое артефактами. Отметил путь к нему. Но не стало Дантиста, а добро так и лежит, ждет хозяина. Теперь надо туда пойти и эти артефакты взять.
— А чего ж их сам Дантист не взял?
— Да может, у него контейнера подходящего в тот момент с собой не было. Отметил же он местечко, сам видишь! Так что, идем?
Хромой покачал головой:
— Нет, Никита. Я нагружен, да и заработал неплохо… И потом, у меня кое-какие дела образовались, давно хочу посоветоваться насчет артефакта. Нашел редкую штучку… В общем, нужно показать специалисту. А тут мутное что-то. Какой-то Дантист, какие-то бабы бегают… Какие там еще бабы? Нет, не пойду. А тебе — удачи, потом расскажешь о бабах, если встретимся. — Он хлопнул спутника по широкому плечу и уже собрался уходить, но тот сказал: