Aндрей Леонтьев – Пират. Тайна золотого клинка (страница 39)
Когда яркий свет рассеялся, Мария не сразу начала понимать, что произошло. Перед ее глазами стоял лишь размытый светлый блик, и она сидела на деревянных досках пола, озадаченно моргая. Помощника Тича и остальных матросов постигла та же участь. Поскольку Тич стоял спиной к кристаллу, он пострадал гораздо меньше остальных и быстрее оклемался. Он попытался взглядом найти волшебницу и кристалл, но безуспешно. Разглядев Марию, он ковыляя подошел к ней, но она еще долгое время не могла прийти в себя.
Часть третья
Поиски
Глава 11
Время
Что чувствует растоптанный судьбой человек? Человек, которому пришлось пережить очередной ее удар, сбивший с ног и вытянувший все силы? Как подготовить себя к этим несправедливым тычкам по твоей жизни? Как смягчить падение, к которому ты абсолютно не готов?
Когда тебе хорошо, то кажется, что ты можешь преодолеть и пережить любые испытания, посланные тебе свыше, а с минутным отчаяньем справиться лишь уронив пару горьких слез. Но когда ты сталкиваешься с этим, то на практике все оказывается не так просто. Отчаянье, горечь утраты, разочарования, неудачи, предательство и все то, что может сломить тебя, сделать слабым и отнять вкус к жизни, – гораздо сильнее, чем размытое понятие счастья, которое так легко спугнуть. Если ты ступил на черную полосу, кажется, что просвета не будет больше никогда.
Но наряду с этим борьба с самим собой и чувство злости могут сработать как лекарство и дать пусть слабый, но твердый стимул двигаться вперед. И, как и любая человеческая рана, телесная или душевная, для своего восстановления она требует времени…
* * *
«Вперед! Останавливаться нельзя!» – внушал я себе, пробираясь по темному лесу. Я не знал, как перебороть обиду, комом подкатившую к горлу. Меня охватило отчаянье, я не осознавал, что делал и что видел перед собой. Несколько раз я оглядывался назад, перебарывая в себе желание вернуться и поговорить с Марией. Мне все казалось, что это какое-то недоразумение, но в ушах до сих пор стоял ее приказ расправиться со мной. Нет. Никакой ошибки тут не было. Я был выброшен как ненужная вещь.
Я никак не мог отойти от произошедшего. Перед глазами всплывал Тич, который обрадовался, когда ему представилась возможность прикончить меня. За что он так возненавидел меня? Как плохо я разбираюсь в людях! Я совершенно не почувствовал столь очевидной неприязни к себе.
Я отказывался понимать, что чуть не встретил смерть от людей, которым доверял. И тут я вспомнил слова волшебницы, которые она сказала мне во сне: «Никому нельзя верить!»
Усталость давала о себе знать, но я не прекращал бежать. Падая в очередной раз, я поднимался и мчался дальше, пробираясь сквозь кусты и спотыкаясь. Неожиданно земля под ногами пропала, и я упал в овраг, по которому протекал неглубокий ручей. Плюхнувшись с брызгами в прохладную воду, я намочил колени и руки. Выбираясь из воды по мокрой земле и траве, я на четвереньках поднялся по отвесному оврагу на другую сторону. Теперь и собака не возьмет мой след, и охотники остались на другом острове – вряд ли кто-то сможет выследить меня в темноте. Я и сам, наверное, не выберусь отсюда.
Остановившись, я облокотился на ствол дерева, чтобы перевести дыхание. Оглянувшись по сторонам и посмотрев в непроглядную тьму, я испытал ужас. Вокруг меня росли деревья и кустарники. Легкий ветер качал их ветви, листья шелестели, и казалось, что кто-то пробирался сквозь них. Не хотелось бы встретиться с каким-нибудь зверем, обитавшим здесь. Я немного отдышался, и ноги снова понесли меня вперед. Трудно было сдерживать свое воображение, рисующее чудовищ, выглядывающих из-за деревьев. И теперь, помимо обиды, мое тело взял под контроль ужас, который было невозможно побороть. По телу время от времени пробегала судорога, удары сердца отдавались в ушах, дыхание было скованно, тело – напряжено. Казалось, вместо крови по венам протекает страх.
Я бежал, и мне казалось, что я преодолеваю последние метры в своей жизни, как вдруг впереди послышался колокольчик. Его звон сначала еле коснулся моих ушей, но с каждым шагом становился все четче. Я замедлил бег и старался не шуметь, на ощупь ступая по земле. Мне приходилось двигаться наугад, натыкаясь на стволы деревьев и царапая себе лицо ветками, но то, что предстало передо мной, я разглядел и в кромешной темноте.
На меня не мигая смотрели два переливающихся желто-зеленых глаза. Остановившись, я приготовился к неравной схватке с обитателем этих мест. На какое-то мгновение в голове промелькнула мысль, что он сейчас раздерет меня на месте, но терять было уже нечего, и я решил продлить себе жизнь хотя бы еще на несколько мгновений.
Стоявший впереди зверь лишь глухо гавкнул и с фырканьем опустил морду к земле, отчего колокольчик снова зазвенел. Затем подняв голову, зверь гавкнул еще дважды, развернулся ко мне спиной и, отбежав, гавкнул снова. Я стоял не шелохнувшись, но зверь снова вернулся, продолжая коротко лаять и поскуливать. Сомнений не осталось: это была собака, и, кажется, она звала меня за собой. Я неуверенно последовал за ней.
Разглядеть собаку было практически невозможно, и мне пришлось ориентироваться только на звук колокольчика и глухое ворчание. Мне с трудом верилось в происходящее: неужели кто-то послал ее за мной? Но где тогда ее хозяин?
Куда она ведет меня? Надеюсь, это не ловушка! Хотя мне уже нечего было терять, я все равно не знал выхода из этой чащобы. Мы шли по ночному лесу, и общество собаки почему-то немного успокаивало меня. Силы были практически на исходе, ноги периодически заплетались, пару раз я даже падал, но поднимался и продолжал движение в неизвестность.
Следуя за собакой, стараясь не отставать от нее ни на шаг, я увидел, что деревья начали редеть. Лес стал более ухоженным, и казалось, что здесь часто бывают люди, в отличие от окрестностей ведьминого дома. Подняв голову, я увидел сквозь листья и ветки то, что никак не вписывалось в мои представления об этой части суши.
Над нами возвышался маяк.
Мало-помалу собака вывела меня на небольшой холм, с которого виднелся почти весь ночной город. Огней почти не было, но очертания городка все равно вырисовывались на фоне брезжащего рассвета. Туман рассеялся, и я увидел корабль, стоявший на якоре в ночном море неподалеку от причала. Также я смог получше рассмотреть и свою четвероногую спутницу. Коричневая дворняга с неухоженной шерстью стояла передо мной и смотрела в сторону города. Повернувшись, она села на задние лапы и взглянула на меня, дав понять, что мы на месте. На ее груди висело ожерелье, в которое были вплетены небольшие колокольчики. Собака смотрела мне прямо в глаза, и создалось впечатление, что она гипнотизирует меня. Внезапно по моей спине пробежали мурашки и показалось, что кто-то стоит за спиной.
Резким движением я обернулся, но, естественно, никого не увидел. Собака подскочила и, гавкнув, побежала в сторону леса.
Дьявол! Как же я испугался! Стараясь успокоиться, я взглянул в сторону города и решил направиться к нему, чтобы разведать обстановку и узнать, что ждет меня впереди.
* * *
Пройдя мимо маяка, я направился в центр поселения. Внезапно со стороны моря до меня донесся грохот боевых орудий корабля, который ни с чем нельзя перепутать. Этот неожиданный шум застал меня врасплох. Нужно взглянуть, что происходит в порту.
Двигаясь по улицам, я услышал, что залпы усиливаются, но понять, по кому ведется огонь, мне было пока не под силу. Приближаясь к причалу, я почувствовал запах дыма. У одного из прибрежных домов на земле я увидел играющее зарево. Я осторожно выглянул из-за стены, и передо мной предстал охваченный огнем корабль Марии. Сильный пожар освещал весь берег, а над судном возвышался столб дыма, поднимаясь в ночное небо. Внезапно раздался оглушительный взрыв, который отрезвил меня и заставил собраться. Кажется, огонь добрался до пороховых бочек. Почему судно горело? На нем ведь оставались часовые.
В воздух взлетали мелкие горящие ошметки корабля, и, со скрежетом трущихся и ломающихся досок, он начал тонуть. Остатки догорающего носа упали на другое судно. «Vessel of flesh» находился неподалеку – видимо, это он открыл огонь. Как они ухитрились выследить Марию?
Мимо пожарища проплыло два баркаса – на одном из них находился сам Герман Потрошитель. Вероятно, в городке сейчас начнется резня.
Я смотрел на приближающиеся лодки, как вдруг внезапно кто-то схватил меня сзади за плечо. Резко обернувшись, я увидел Джона Лорди.
– Господин Леонард, вы живы!
– Да! – растерянно ответил я.
– А госпожа Мария?
– Не знаю, я убежал!
– На корабле шел разговор, что они хотели убить вас. Они приказали всем молчать. Мне было жаль вас! Я рад, что вы целы! – улыбаясь, рассказал Лорди.
Но его слова пронзили меня глубоко в сердце. Меня сжигала обида на Марию, которая, оказывается, уже давно задумала разделаться со мной. Меня вернули к реальности слова мистера Лорди, который показал на лодки, доплывшие до берега.
– Сейчас будет беда! – нотки беспокойства прозвучали у него в голосе.
– Пойдем, я знаю место, где можно укрыться! – я хлопнул его по плечу, и мы побежали.