Aндрей Леонтьев – Иные жизни. Книга II (страница 4)

«Малышка, мне так одиноко без тебя. С нетерпением жду, когда ты вернешься. Захвати на обратном пути похавать».

Рамона несколько раз прочитала последнее слово. Это был их условный код при приобретении спидов. Когда они только познакомились, Том работал в крупной компании по информационным технологиям и был успешным программистом. Со временем объем работы, валившийся на него, стал расти, и он попросту не смог с ним справляться. Тогда-то в их жизни и появились спиды – запрещенные вещества, усиливающие работу коры головного мозга. Вот только запретило их государство после того, как на них подсел Том и миллионы людей во всем мегаполисе.

Многие считали это коррупционной сделкой между главами крупных корпораций и чиновниками государства: первые получали высокую производительность труда, при этом не неся дополнительных финансовых расходов, вторые – меньше негативной критики в адрес государства в глобальной сети из-за постоянной загрузки людей рабочими процессами. Только, как показала практика, руководители обеих сторон допустили значительный просчет, который привел к коллапсу. Спиды, наравне с другими наркотическими веществами, обладали обратной стороной медали, а именно, после их употребления мозг начинал активно работать, потребляя значительное количество энергии, которую требовалось восстанавливать. Восстановление же организма посредством постоянного употребления спидов не представлялось возможным, потому что они выполняли своего рода функцию катализатора, который только запускал процесс, но не обеспечивал его постоянное функционирование. Добавки и питательные вещества, которые имелись в фармакологических клиниках, попросту не были предназначены для восстановления такого количества энергии. Помимо восстановления энергии, остро вставал вопрос о завершении процесса действия спидов. На начальной стадии Том мог не спать более суток, затем уже более двух, что неизбежно приводило к истощению его организма.

Независимые средства массовой информации стали писать о тайной сделке между чиновниками государства и преступными группировками, в чьих подпольных лабораториях создавались вещества для частичного восстановления энергии и замедления действия спидов. Но, как и у спидов, у них был побочный эффект – со временем, при постоянном их употреблении, они полностью гасили когнитивные способности. Вскоре мегаполис стал наполняться безработными тощими скитальцами с нарушенным мышлением. Государство больше не могло закрывать на это глаза и ввело запрет как на спиды, так и на их антиподы.

Но любой запрет лишь порождает еще больший спрос. Люди, подсевшие на спиды, в их числе был и Том, попросту не могли отказаться от них. Государство же не проявило инициативу по созданию реабилитационных центров, отдав этот процесс корпорациям, тем самым выстроив сложную многоуровневую схему бизнеса, в которой, опять же, просматривалась коррупционная составляющая. Преступные группировки продолжали делать спиды в своих лабораториях, а корпорации предоставляли услуги по реабилитации за существенную оплату, которой у многих пострадавших попросту не было, поэтому они были вынуждены вновь идти к преступным группировкам за антиподами к спидам.

Когда зависимость Тома стала необратимой, Рамона стала изучать синтез спидов и их антиподов, в попытках найти идеальный баланс, который позволял бы останавливать процесс истощения с обеих сторон. Несмотря на то, что ей это практически удавалось, и Том находился в относительно адекватном состоянии, каждый раз это могло закончиться крахом. Именно поэтому, увидев в списке аккаунт Тома, ее рука машинально потянулась к телефону.

Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, Рамона продолжила работу. Она выбрала из списка данные и стала пробивать их по информационным кодам родственников и близких усопших. Найдя необходимые соответствия, она делала всем, связанным с усопшим, информационную рассылку с предложением сохранить данные о нем в глобальной сети. Наиболее часто на подобные сообщения откликались не родные усопшего, а его друзья, желавшие сохранить воспоминания из личных переписок.

Рамона знала: многие осуществляли привязку к базовым формам искусственного интеллекта, создававшим портрет личности, и с помощью этого машины могли общаться от лица усопшего. Как бы странно это ни звучало, но подобное общение было своего рода психотерапией, позволявшей услышать слова поддержки от самого близкого человека. Рамона, чувствуя неизбежность конца, и сама не раз задумывалась об этой идее, но так и не смогла решить для себя, способна ли она на такое пойти в случае гибели Тома.

Закончив работу, Рамона вышла из «берлоги», заперев дверь на замок со сканером отпечатков пальцев. Она прошла по тротуару, отделенному от одноэтажных построек лужайками с низкими заборами. Практически рядом с каждым домом стоял флагшток, на котором развевался красный флаг государства. Ухоженность домов вскоре сменилась запустением: в окнах отсутствовали стекла, и они были заколочены досками, разбитые входные двери, стены были сплошь укрыты слоями граффити, каждый из которых был меткой преступной группировки. Под ногами Рамоны ветер кружил пластиковые пакеты, выпавшие вместе с бутылками и остатками пищи из переполненных мусорных баков.

Свернув за угол, она подошла к точке сбыта веществ. Рамона остановилась возле одного из мусорных баков, стоявших возле стены заброшенного дома. Постучав специальным перестуком по его крышке, она тем самым обозначила, что пришел проверенный клиент. Рама окна приподнялась, и из нее выглянул молодой парень, лицо которого было скрыто под капюшоном. Рамона протянула ему пачку байткоинов. Внимательно посмотрев на деньги, парень забрал их, жестом указав на место, где Рамона могла забрать вещества. Она подошла к стене здания напротив. Парень подсветил лазерной указкой точное место расположения. Рамона приподняла сваленные доски и забрала оттуда пакет с веществами, положив его за пазуху куртки.

Выйдя обратно к дороге, она ускорила шаг. Если с байткоинами на нее могли и не напасть, то вещества были желанной добычей для зависимых, которым дилеры отказывали в продаже.

Оказавшись на остановке надземного транспорта мегаполиса, Рамона облегченно выдохнула, увидев приближающийся автобус. Войдя в него, она расплатилась байткоинами и села на последний ряд, прижавшись головой к окну. За стеклом она наблюдала, как высотки мегаполиса постепенно приближаются, и опускающаяся на город ночь украшает монолит и витрины зданий яркими огнями. По шоссе сновали электромобили на магнитных подушках, освещая на трассе желтыми лучами фар дорожную разметку. В небе сновали боевые вертолёты государственной полиции, изучая прожекторами наиболее, на их взгляд, криминальные участки мегаполиса. Один из прожекторов скользнул по пустынной местности, выхватив участок, наполненный кактусами. Рамона не смогла рассмотреть, что именно выделял луч прожектора, и в ее воспоминании всплыл луч лазера, указывающий место хранения веществ.

Она достала смартфон. Автобус только что заехал в район, находившийся за границей зоны безопасности «берлоги», а это значило, что можно было позвонить Тому. В динамике послышались долгие гудки. Ответа не последовало. Ее разум понимал, что при выгрузке данных об аккаунтах из глобальной сети попросту возник баг, но что-то внутри нее вызывало тревогу.

Автобус остановился на ее остановке. Выйдя из него, она ускорила шаг, пробираясь сквозь толпу, наполненную зеваками, разглядывавшими неоновые вывески реклам, прохожими, погруженными в мир дополненной реальности, людьми в последний момент уклонявшимися от столкновения, и кошками, снующими под ногами в поисках пищи.

Время вокруг Рамоны будто замедлило свой ход. Лифт очень долго следовал до первого этажа. Когда его двери раскрылись, в него хлынула толпа. Каждый из вошедших нажимал кнопку нужного ему этажа. Она тяжело вздохнула, осознав, что неизбежные остановки лифта на этажах будут для нее невыносимой пыткой.

Наконец двери лифта открылись на нужном этаже, и она поспешила в конец коридора. Открыв электронным ключом дверь, Рамона в темноте комнаты увидела голубоватое свечение, исходившее от монитора. Том, как всегда, работал без освещения.

– Том, я дома, – громко произнесла она, закрывая за собой дверь.

Ответа не последовало.

– Том, у тебя все в порядке?

Не дождавшись ответа, она бросилась в его комнату. Тело Тома лежало возле рабочего стола. Рамона подбежала к нему и перевернула на спину. Она увидела, что его рот был наполнен пеной, из уголков рта стекала тонкая струйка слюны. Указательным и средним пальцем она стала прощупывать пульс в артерии на шее. Он был слабым. Она кинулась на кухню. В верхнем ящике гарнитура хранился адреналин. С учетом затруднительного положения Тома это был один из обязательных медикаментов, хранившихся в аптечке. На ходу она сорвала упаковку и, нажав на кнопку, активировала шприц. Сенсорная панель, находившаяся на его цилиндре, замигала оранжевым. Спустя секунду цвет сменился на зеленый. Рамона приставила его к бедру Тома и повторно нажала на кнопку. Острие иглы прошило тонкую материю брюк и вошло в мышцу. Через пару секунд легкие Тома стали засасывать воздух, и она услышала его хриплое дыхание. Положив его голову себе на колени, Рамона разглядывала в тусклом свете монитора разбросанные упаковки спидов – их доза значительно превышала выведенный ею баланс.