Андрей Кузечкин – Дети девяностых (страница 5)

– Куда едем-то, братуха? – спросил Рей.

– Потом скажу.

Подошла грузная кондукторша с сумкой на животе. Митя спросил, сколько стоит проезд. Женщина слегка удивлённо посмотрела на него и назвала сумму. Теперь уже удивился Митя.

Впрочем, да. Тогда деньги были другие. Митя протянул две 200-рублёвых купюры, непривычно маленьких, с оранжевым узором в виде кремлёвской стены. За себя и за Рея.

Деньги он нашёл у себя в комнате, на полке, в разноцветной картонной коробке из-под жвачки «Турбо». Наверное, родители оставили, перед тем, как уехать… Куда? Надолго ли?

Судя по всему, надолго. И не побоялись ведь оставить сына одного. Точно – другие времена.

…За окном трамвая показалось здание кинотеатра, старинное, украшенное скульптурами: рабочие с молотками, крестьянки со снопами и серпами, спортсмены с копьями…

– Улица Свободы! – воскликнул Митя.

– Ну да, это она, – сказал Рей. – А что не так?

Улица была живой, обитаемой, полной людей, шагавших по своим делам.

Кинотеатр ещё не стал домом для инопланетного Мозга, который создал вокруг улицы Свободы мысленную стену и наплодил маленькую армию хищных тварей.

Вторжение ещё не началось.

Значит, его можно остановить. Задавить в зародыше эту плесень, не дать ей расползтись по всему миру. Поэтому Митя здесь.

– Всё так, – сказал Митя. – Всё, как надо.

Доехали до конечной.

– А теперь куда? – спросил Рей.

– Надо прогуляться в одно место.

…Аккуратного кирпичного коттеджа, где жила известная художница Ангелина Клячина, не было на месте. Не построили ещё. Вместо него стояла какая-то утлая деревянная избушка.

Мите, конечно, нужен был не коттедж, а сама Ангелина. Логично предположить, что если Альбина тоже сделала скачок во времени, то оказалась в теле своей мамы… Но где эта мама сейчас? Быть может, на другом краю страны?

– Бока, я не знаю, что мы с тобой тут забыли, но давай быстрее… – произнёс Рей. – Опасный райончик. Я понимаю, что ты пацан крутой, но всё-таки…

Да-да, в те времена нельзя было просто так гулять по городу, а то нарвёшься на уличную группировку подростков, которые не любят посторонних людей в своём районе. Про это даже сериалы снимают… Будут снимать спустя много лет.

– Я всё, – сказал Митя. – Мороженого хочешь?

– Да можно… Точно всё? Может, объяснишь, к чему была эта поездочка?

– Так, прошвырнуться, голову прочистить…

– Ну-ну, я сделал вид, что поверил…

– Э, пацаны! Курить чё есть? – неприятный голос прозвучал совсем рядом.

Пятеро мальчишек в потёртых спортивных костюмах, словно материализовавшись из воздуха, уже шагали к ним.

– Есть настроение помахаться? – шепнул Рей.

– В такой прекрасный день? Как-то не очень…

– Подрапали?

– Ага!

Они сорвались с места и помчались вдоль по улице.

– Стоять! – донеслось им вслед.

Десяток ног застучал по асфальту позади Мити и Рея, но преследователи быстро отстали.

– Куряки! – бросил Рей на бегу, смеясь. – Куда им до нас…

А Митя просто наслаждался своим новым сильным телом, которое может пробежать пару километров, не сбив дыхание. Да, он уже испытывал нечто подобное в обличие Клюва, но сейчас Митя был не каким-то там монстром, а настоящим человеком и находился не в призрачном Отражении, а в самом что ни на есть реальном мире.

Он решил: когда вернётся в своё время и в собственное тело – будет заниматься спортом каждый день.

Постепенно перешли на шаг и остановились, только когда добрели до площади с фонтаном. Народу здесь было особенно много – выходной, всё-таки.

Нашли тележку с мороженым, купили пломбир, уселись прямо на каменное ограждение фонтана. Вода в нём была непривычно грязной, а сам фонтан – ободранным и обшарпанным, как и всё в этом городе.

Откуда-то доносилась песня: «Сладкий мой бэби, я так люблю тебя…» Но вскоре её заглушил громкий девичий голос:

– Конец близок! Спасайтесь, пока не поздно!

Митя обернулся и увидел девицу лет тринадцати, с двумя хвостиками. Невысокая, но сразу видно – бойкая, и голосище зычный. Она раздавала прохожим какие-то листовки и кричала:

– Конец света наступит послезавтра! Смерть придёт с небес!

Митя вопросительно посмотрел на Рея.

– Сектанты, – пояснил он. – Их сейчас везде полно. Совсем уже обнаглели, детей припахали макулатуру ихнюю людям впаривать.

– Апокалипсис начнётся в этом городе! – продолжала кричать девица. – Через два дня сойдёт с небес враг! Он скроет правду из глаз людей!

Митя так и вскочил, глядя на неё. Девица заметила его интерес, подошла к Мите, протянула листовку и негромко произнесла:

– Сегодня, в 12.00, в доме культуры имени Кима. Собрания каждую субботу и воскресенье, в одно и то же время.

Она уже развернулась к Мите спиной, когда тот произнёс:

– Подождите! Что вы сказали про врага с небес?

– Через два дня сойдёт с небес враг, – заученно повторила девица.

– Так!

– Он скроет правду из глаз людей…

– Скроет правду – это значит, обморочит? Будет гипнотизировать? Что вы об этом знаете?

– Послушайте, молодой человек, я просто раздаю эти листовки. – Теперь голос девицы звучал раздражённо. – Мне заплатили, чтобы я их раздавала и орала речёвки, окей? Если есть какие-то вопросы, приходите в 12 в дом культуры имени Кима.

Всё это время она завистливо смотрела на недоеденное мороженое в руке Мити. Тот всё понял и кивнул в сторону белой тележки:

– Будешь?

– Буду, – словно бы нехотя призналась девица после небольшой паузы.

– Мы сейчас придём, сиди тут, – встрял Рей.

Пока шли за мороженым, Рей торопливо прошептал:

– Нормальная тёлка, да? Понравилась тебе?

Неожиданный вопрос. Митя не знал, что ответить, только плечами пожал:

– Да не то, чтобы…

– А мне понравилась! – шёпотом перебил Рей. – Дальше я буду говорить, лады? А то я тебя знаю, ты только всё испортишь. Не возражаешь, да? За себя не переживай, я спрошу – у неё наверняка подружка есть…

Пришлось согласиться.