Андрей Куценко – Геном Пандоры: селекция (страница 30)

Чего ей стоило вырезать решётку, страшно было представить. Прямоугольник металла, искромсанный по трем сторонам, как консервная банка, был отогнут книзу. Если не задевать места среза, можно вылезти не поранившись. Только вот Вика худее меня.

Я в последний раз подтянулся и уцепился за безопасный отогнутый край, подтянулся, навалился животом и выполз наружу. Всё же задел острое, затрещала униформа. Бок обожгло болью.

Я перевернулся на спину и лёг на асфальт, а потом несколько секунд просто смотрел на голубое небо. Чистое. Без единого дрона. Небо нового мира.

— Ты в порядке? — склонилась надо мной Вика.

— Да.

Я огляделся. Вылезли мы во внутреннем дворике между корпусами. Лавочки для студентов, автоматы с водой, газоны и пара статуй. На первый взгляд всё чисто. Но лучше поскорее убраться.

Я подошёл к вытяжке и стал вытягивать кабель с привязанным рюкзаком. На белой изоляции кровь. Моя. А руки уже зажили. Такие теперь дела.

Вытащил рюкзак, отвязал кабель. Бок потянуло, когда стал надевать лямку. Ничего себе! Глубокая, должно быть рана, униформа сильно запачкалась в крови.

— Алекс! — раздался встревоженный возглас Вики.

— Ерунда, — отозвался я вставая. — Скоро заживёт.

— Алекс! — повторила Вика. — Смотри, там!

И тут я понял, что беспокоится она совсем не насчёт моего ранения.

— Что?

Я проследил её взгляд.

Тот же сквер, лавочки, статуи. Вот только одна из них двигалась. Не спеша шла по газону. Я сообразил, что мы тут, как в ловушке. Выход воздуховода находился на небольшом пятачке внутреннего дворика. Со всех сторон стены, а единственный выход — вот он, через сквер со статуями. А там разгуливает это.

— Замри, он нас пока не видит, — прошептал я Вике. — Мия, приблизить картинку.

На виджете тут же развернулось увеличенное изображение. Теперь я понял, почему издалека тварь казалась похожей на статую. Всё тело человекоподобного монстра покрывали тонкие сероватые пластины. Внахлест, как чешуя. Сам мутант казался крепким и мощным: ноги на толстых лапах, широкий торс с шипами на загривке и мускулистые руки с длинными пальцами. А на пальцах — когти. Голова сохранила подобие человеческой, только глаза стали совсем узкими: две щелочки между пластин. А вот нос, наоборот, широким с большими ноздрями. Монстр повёл этими ноздрями, принюхиваясь, а затем повернул голову и уставился прямо на меня.

Показалось?

— Бежим, — громким шепотом окликнула меня Вика.

— Он кровь учуял, — вслух догадался я.

И тут же раздался дикий рёв. Несмотря на тяжеловесную комплекцию, тварь рванула к нам с неожиданной прытью. И я понял: не успеем.

Эмоции отключились, мозг стал лихорадочно просчитывать ситуацию. Оружие? Нож. Это не годится. У Инги хотя бы был голос. А у меня?

Электричество! Молния. Нужно попробовать.

Сложно сконцентрироваться, когда на тебя несётся такая туша, сложно не реагировать на истошные крики Вики за спиной, сложно поймать ощущение, почти невесомое, на грани. Как невидимая сила бежит под кожей, собирается на кончиках пальцев. А потом усилием воли направить её на противника.

Разряд сорвался с моих пальцев и сверкнул перед мутантом. Тот затормозил, теряя скорость, рухнул на четвереньки. От его воя заложило уши.

А потом он встал. Кажется, ещё более разьярённый, чем раньше. Вот сволочь! Не взяло. Чёртова броня!

Вторую молнию я создал быстро, но она оказалась слабее. Мутант только замедлился и снова заревел. А потом опять побежал к нам.

— Алекс, кабель! Возьми кабель! — почти в ухо прокричала мне Вика. — Потери энергии большие! Нужно не через воздух. Возьми проводник электричества!

Я глянул и увидел, что она зачистила кабель с двух сторон.

Ее обрывочные фразы сложились в картинку. Я понял идею. Умница! Если бы ещё уметь обращаться с этим. Просто кинуть, как лассо, держась за один конец? Этого я тоже не умел. Но можно попытаться хоть что-то.

Монстру оставалось до нас метров десять. Я схватил кабель и приготовился. Нащупывал пути энергии, как тогда с передачей энергии капсуле. И тут произошло странное. Я почувствовал кабель, или скорее электричество, которое бежит по нему. Но теперь эта длинная, закрученная в моток нить моей силы была как живая, как продолжение руки. Время застыло. Второй рукой я кинул моток, и он распрямился, повинуясь моей воле, и полетел к цели. Длины кабеля хватило, чтобы обвить тварь в два кольца. Сокращать расстояние я не решился.

Как же он орал! Меня тошнило от его воя, а желудок сводило спазмом. Ток шёл напрямую, монстр упал, но дергался и продолжал реветь. Я чувствовал, как силы уходят. Сколько ещё смогу продержаться? У этой твари всё давно должно было спечься! Но его защищает эта чёртова броня, чем бы её пробить?

— Вика! — заорал я, что было силы, стараясь перекричать монстра. — Дай нож! Нет, не подходи! Кидай! Кидай нож!

Воздух вокруг меня наэлектризовался и трещал. Я подумал было, что Вику уже задело, но тут мне под ноги упал «Шарк». Свободной рукой я схватил его и пошёл к монстру. Не осталось ни страха, ни инстинкта самосохранения. Рёв его стоял в ушах, и я, кажется, сам заорал, втыкая лезвие в шею мутанта. Пробивая броню ещё раз и ещё. Как в масло! Из чего бы он там ни был сделан, без головы не живут. Я кромсал и резал, а ток продолжал бежать.

— Сдохни, тварь! Сдохни! Паскуда! Мразь!

Я пропустил момент, когда перестал генерировать ток, когда стало тихо. И в этой тишине раздался голос Вики:

— Алекс, хватит. Он уже мёртв. Остановись, Алекс.

Я сделал ещё несколько ударов, прежде чем до меня дошёл смысл сказанного. В висках стучало. Я сделал над собой усилие, чтобы слезть с мутанта. Отойти. Господи! Я почти отрезал ему голову! Я сам почти что стал монстром. Руки, перепачканные в чёрной крови, тряслись.

— Всё хорошо, Алекс, — произнесла Вика и положила руку мне на плечо. — Успокойся, всё хорошо.

Глава 15

Глайдер ректора ждал нас на крыше. Стоял на взлётной площадке и беззаботно ловил изогнутым лобовым стеклом солнечные блики, отражая зеркалом металла голубое небо. Я плюхнулся рядом прямо на шершавое покрытие площадки. Бросил рюкзак и моток кабеля, который так неожиданно меня выручил. Расставаться с ним не хотелось.

— Мия, получи доступ к системам глайдера.

— Расчётное время пятнадцать минут, — сообщила нейронка.

— Хорошо, — кивнул я и лёг. Меня шатало от слабости, виски ломило. Дико хотелось есть.

Вика села рядом. Выглядела она не очень: устало и потрепано, локти стерты в кровь, брюки на коленях порваны. Но держалась молодцом и смотрела решительно.

— Отец научил меня летать, — произнесла она. — Своего глайдера у нас не было, но на выходных мы ездили на аэродром. Он с детства брал меня с собой и привил любовь к небу. Помимо науки. Я не так давно получила права. Исследования, кандидатская диссертация, всё не хватало времени. И вместе мы так и не полетали. Я имею в виду, не когда я вторым пилотом, а на равных. Вдвоём в небе, на двух машинах.

— Они забрали капсулу. Думаю, с ним всё в порядке и он даже в большей безопасности, чем мы, — ответил я. — Насколько сейчас можно быть в безопасности в этом безумном мире.

Вика не ответила, продолжая смотреть перед собой.

— Доступ получен, — сообщила Мия.

— Пора.

Я кое-как поднялся.

Вика заняла место пилота, уверенно пробежалась пальцами по панели управления, и нутро глайдера ожило. Он завибрировал, загудел. Зашумели, набирая обороты, лопасти. Мягким рывком мы оторвались от земли.

Город с высоты оказался безрадостным зрелищем. Замершие без привычного движения мобилей и оживлённого потока пешеходов улицы. Здесь царили хаос и запустение.

Глайдер заложил вираж, и мы направились прочь из мёртвой столицы. Вика молчала, сосредоточившись на управлении. Я не отвлекал её, думая о своём. Какие действия можно предпринять дальше? Не для того чтобы вытащить профессора или противопоставить что-то NAVY, такое сейчас было бы сверхзадачей. Пока наша цель — просто выжить.

По левому борту показалась Останкинская башня, а вскоре появились колесо обозрения и статуя рабочего и колхозницы. Мы подлетали к ВДНХ.

Рекламные голограммы отключились вместе с электричеством. Гостиница «Космос», которая раньше походила на большой рекламный экран из-за постоянно бежавшего по её поверхности видеоряда, стояла теперь серой и унылой громадиной. Купола павильонов без привычных ярких узоров поблекли. Когда мы приблизились к выставке, мне показалось какое-то движение между павильонами.

— Мия, приблизь картинку! — попросил я.

И меня тут же передёрнуло от увиденного. Те самые твари, которые чуть не загрызли нас с Ингой около Бауманки! Они жрали трупы. Впивались в тела острыми зубами, рвали куски, давясь, по-собачьи заглатывали. А то, что я увидел дальше, заставило меня содрогнуться. Их было много. Целая стая. Серой рекой она хлынула из-за павильона. Заполнила площадь и тут же приступила к трапезе. И тут меня осенила догадка!

Не хищники, не мутанты, а мусорщики! Тысячи разлагающихся трупов нужно убрать с улиц, чтобы город не превратился в рассадник заразы. И эта стая тварей — часть плана. Один из его этапов.

— Что там? — спросила Вика.

— Хозяева нового мира делают уборку.

Меня аж дрожь начала бить от злости.

Я объяснил Вике свои догадки по поводу «собак».

— Звучит логично, — кивнула она. — Но это мы ещё посмотрим, не поторопились ли они объявить себя хозяевами.