Андрей Красников – Точка равновесия (страница 13)
На столе Павлова был только хлам. Откровенный, хотя и выглядевший весьма солидно. Различного рода посуда для химических опытов, какие-то блокнотики, старенький принтер, грязная кофейная кружка…
Мысленно помянув профессора несколькими крепкими словами, я окинул взглядом опустевшие стеклянные боксы, метнулся к стоявшим чуть в стороне шкафам, распахнул сразу оба и уставился на содержимое.
Полки левого оказались плотно заставлены всевозможной химией. Странные надписи, большие и маленькие бутылочки, порошки, слитки — полный набор юного экспериментатора, короче говоря.
В правом ученый хранил свои личные вещи. Уже знакомая мне бутылка минеральной воды соседствовала с помятым лабораторным халатом, на грязной тарелке лежала засохшая шкурка от колбасы, в уголке сиротливо притаилось средство для роста волос…
А еще здесь был сейф. Огромный блестящий сейф с тускло светившимся дисплеем, металлической клавиатурой и внушительным колесиком.
— Проклятые упыри, — донесся до меня едва слышный голос. — Наверняка ведь подсунули эту дрянь специально…
Моля всех богов о том, чтобы профессор меня не заметил, я стремительно прикрыл дверцы, шикнул на таракана и снова скрылся в темноте.
Теоретически, старикашку вполне можно было прикончить. Но у меня в памяти очень хорошо отпечатался его удар, после которого толстый металл смялся, будто невесомый пергамент.
Лишний раз получать люлей не хотелось.
— Проклятые заготовки для биореактора, — громко проворчал спустившийся по лестнице доктор. — Ничего, когда я добьюсь успеха, мы еще посмотрим, кто здесь будет смеяться…
Некоторое время он расхаживал вокруг своего стола, затем отошел к какому-то прибору и начал тыкать пальцем по кнопочкам.
Раздалось басовитое гудение.
Следующие минут двадцать одуванчик что-то увлеченно печатал на компьютере, то и дело всуе поминая биореактор, а также предоставляемые им восхитительные возможности. Меня вся эта тягомотина откровенно бесила, но сделать что-либо необдуманное я по-прежнему не решался.
Наконец, вдалеке еще раз стукнула дверь.
— Профессор Павлов, мы нашли нового желающего!
— Да? — Ученый буквально подскочил на месте и тут же выхватил из кармана огромный шприц. — Скорее, скорее, ведите его сюда!
Послышалась какая-то странная возня, сменившаяся жалобным хрипом.
— Дергается, падла… на!
— Это точно доброволец?
— Не сомневайтесь… а, мать твою! Он меня за палец укусил!
— По печени бей!
— Ну, раз доброволец, то хорошо, — успокоился профессор. — Ведите его уже ко мне.
Пока охрана тащила нового подопытного к ученому, тот успел выкатить из-за шкафов массивное кресло, украшенное многочисленными ремнями и фиксаторами.
— Сюда, сюда его… аккуратнее!
Охранники усадили отчаянно сопротивлявшегося непися в кресло, зафиксировали его там и только после этого смогли вздохнуть с облегчением.
— Выпустите меня, сволочи! Убери от меня эту штуку, лысый урод!
— Какой невежливый молодой человек, — Павлов сокрушенно качнул головой и очень ловко воткнул в руку бедолаги иглу.
— Дерьмо!
Не обращая внимания на негодующие вопли, доктор отошел в сторону, достал из ящика стола небольшую камеру и, повернув ее в свою сторону, принялся говорить:
— Экспериментальный состав номер триста четырнадцать. Объект эксперимента — мужчина… тебе сколько лет?
— Пошел в задницу, сволочь! А-а-а!
— Объектом эксперимента является мужчина средних лет с ярко выраженными признаками немотивированной агрессии, — невозмутимо продолжил одуванчик. — Цель эксперимента заключается в создании суперсолдата, обладающего повышенными физическими и ментальными характеристиками. К сожалению, предыдущие попытки оказались не совсем удачными. Итак…
— А-а-а! Сучара!
— В данный момент мы наблюдаем спонтанное деление клеток и глобальную перестройку мышечной ткани, — Павлов направил объектив на подопытного. — Следующим этапом должна стать эволюция сознания…
Несчастный, до этого усиленно крывший всех вокруг неприятными словами, внезапно успокоился и задумчиво уставился на пол у себя под ногами.
— Мне кажется, я хочу есть, — произнес он с откровенным сомнением в голосе. — Возможно, подвергшийся генетическим изменениям организм должен восполнить энергетические затраты.
— О, боже, да! Получилось!
— Однако, учитывая сложившуюся ситуацию, наиболее правильным поступком станет перепрофилирование организма на дальнейшее распространение генома.
— Ты о чем? — Судя по всему, такие размышления подопытного не принесли экспериментатору никакой радости. — Отвечай!
— Внешняя среда чрезвычайно недружелюбна, — кивнул собственным догадкам модифицированный. — Распространение генетической информации является превалирующей задачей.
Его глаза закрылись. На лице появилась гримаса боли.
— Профессор, что он делает? — Чувствовалось, что задавшему вопрос охраннику немного не по себе. — Какие задачи?
— Пытается настроить свой организм… почему-то мне это не нравится…
Веки подопытного снова поднялись.
— Жрать хочу, — уверенным тоном заявил он. — А еще мне срочно нужен секс.
— Но…
— Ты че, лысый, не осознал перспективы? Думаешь, меня эти ремешки сдержат? Жрать неси, резко. И приведи мне девку какую-нибудь. Бегом, задница ушастая! Иначе сам на ее месте окажешься.
Несколько мгновений профессор безмолвно открывал и закрывал рот, вызывая тем самым невольные ассоциации с сурдопереводчицей, вынужденной комментировать забористый порнофильм. Затем стремительно покраснел и взвизгнул уже знакомым мне голоском:
— В биореактор! Немедленно!
История с вывозом из лаборатории топлива для биореактора повторилась. Единственное отличие от предыдущего раза заключалось лишь в том, что на сей раз Павлов отправился вслед за жертвой эксперимента, оживленно с ней переругиваясь на радость охранникам.
А мне наконец-то выпал еще один шанс на грабеж.
Внимательно прислушиваясь к звукам постепенно удалявшейся брани, я скользнул к ближайшему шкафу, приоткрыл его и, не мешкая, ткнул вытащенным из инвентаря тестером прямо в экран сейфа.
Послышалось слабое жужжание. Затем приборчик резко нагрелся и очень жалобно пискнул, а еще спустя мгновения во все стороны полетели искры и металлический ящик с весьма громким лязгом открылся.
— Дерьмо…
Созданный шум совершенно мне не понравился, но прерываться я не стал. Даже если убьют, то и хрен бы с ним…
— Потом, блин, — я сбросил сообщение и запустил руки внутрь сейфа. — Так…
На верхней полке лежали четыре шприца — точно такие же, как и тот, который использовал на своей жертве Павлов. Чуть дальше обнаружился толстый журнал в непрозрачной обложке. Нижняя полка порадовала огрызком яблока и красивой кожаной папкой, где…
За спиной послышался шорох, а затем гневный окрик:
— Это еще что такое?!
Вздрогнув и стукнувшись головой о дверцу шкафа, я начал как можно быстрее запихивать находки в инвентарь.
— Воры!
— Эдик, мочи козла, — моя рука ощупала самый дальний уголок ящика, но ничего там не обнаружила. — Мочи!
Увы, как и предполагалось, маленькому таракану ничего не светило в поединке с безжалостным профессором. Когда я отвернулся от разграбленного хранилища, ученый уже успел поймать шестинога и с упоением лупил его головой о столешницу.
— Получай, лоша…