Андрей Кот – Песни служителей Адхартаха: призыв (страница 2)

Мелани даже привстала, но тут же свалилась с глухим стоном.

Вдруг несчастная женщина пробормотала что-то резкое, словно заклинание. Силы на миг вернулись к ней, и она села в седло. Агнесса вскочила следом.

Стоило им выехать на дорогу, как из леса, на четвереньках, выскочил человек.

Ростом он был чуть выше мальчишки лет двенадцати, но огромная шея, плечи, руки и грудь – все указывало на неимоверную, животную силу. За черными, спутанными волосами невозможно было разглядеть его черты лица – только пару смотрящих с ненавистью глаз.

Повернувшись к зарослям, он коротко свистнул и вытащил свой полуторный меч.

Агнесса разглядела горб на его спине, что объясняло угловатость его фигуры и странную манеру передвигаться.

В ответ раздался схожий сигнал, и на дороге появились еще двое.

Первый был высок и худ. Он высоко вышагивал, поднимая и переставляя ноги, словно паук, подбирающийся к жертве. Он вертел и игрался клинком, перекидывая его из руки в руку, хищно посмеиваясь.

У третьего их спутника была маленькая лысая голова, совершенно несоизмеримая с гигантским телом, а его короткие и пухлые конечности и вовсе словно взяли от другого человека и насильно прилепили к чужому телу.

Пот ручьем стекал по его лицу, на котором застыло брезгливое и недовольное выражение. Он задыхался, и его грудь быстро вздымалась, издавая свист и шипение, словно меха в кузнице. Одна его рука крепко сжимала лежащую на левом плече огромную булаву, а другая уперлась в бок.

Вся троица – в красно-желтых цветах дома д’Аркур.

Горбун заговорил хриплым, похожим на воронье карканье, голосом.

– Сударыня, костюм пажа не может скрыть женской красоты, до которой мы с друзьями, кстати, большие охотники, – он отвесил своим осклабившимся товарищам шутливый поклон.

Лицо Агнессы загорелось от их намеков.

Горбун заметил ее смятение и холодно улыбнулся:

– Вы действительно хотите рискнуть забрать то, что принадлежит дому д’Аркур? Оставьте это, – он запнулся, чтобы подыскать верное слово, – отродье дьявола и уезжайте, если вам дорога жизнь.

Его спутники принялись расходиться, чтобы отрезать девушкам отступление.

Из-за поворота показался рыцарь на коне в полосатой красно-желтой попоне – без шлема, но вооруженный. “Паук” и толстяк вернулись на дорогу к горбуну, и уже все втроем двинулись к девушкам навстречу.

– Мы в ловушке, – похолодела Агнесса и принялась хлестать Светлячка так сильно, как никогда ранее в жизни. – “Только бы доскакать до ворот замка. Полтора лье – и мы спасены! Нас заметят и бросятся на помощь!”

Испуганное животное рвануло таким бешеным галопом, что чуть не сбросило своих наездниц на землю.

Конь разметал троицу, которая расступилась в последний момент, осыпая женщин проклятьями.

Агнесса обернулась: рыцарь бросился за ними. К счастью, его конь – огромный дестриэ – годился больше для боя, а не для погони.

Но радость от спасения быстро испарилась.

Светлячок закусил удила и несся вслепую, не слушаясь повода.

Тщетно пыталась Агнесса перекричать ветер, чтобы голосом успокоить скакуна.

Вот уже промелькнули мимо ворота замка, и впереди начинался пологий, но очень каменистый спуск, где Светлячок неминуемо переломал бы ноги на такой скорости.

– Господи, спаси и сохрани! – простонала Агнесса.

Мелани наклонилась к шее коня, что-то выкрикнула и резко дернула повод влево.

Конь соскочил со своего рокового пути. Беглянка тащила повод, заставляя Светлячка двигаться по кругу.

Светлячок злился и брыкался на галопе – и в одном из прыжков Агнесса слетела с коня, потянув за собой спасенную женщину.

Дочь графа ударилась головой, и все поплыло перед ее глазами. Мелани склонилась над спасительницей, натирая виски сорванной вонючей травой. Обессиленный, весь в пене, Светлячок трясся на боку и хрипел.

Подбежавшие слуги бережно усадили женщин в паланкин и понесли в замок.

Хозяин распорядился отнести Мелани в женские покои, а дочери хмуро приказал:

– Агнесса, иди за мной.

Пошатываясь из-за головокружения, она неуверенно вступила в зал следом за ним.

Отец долго молчал и рассматривал ее.

– Отец, простите меня…– робко начала она.

Он нервно прервал ее жестом.

– Не могу даже выразить, как я зол из-за твоей сумасбродной выходки. Не поздоровится тем, кто выпустил тебя из замка.

Агнесса молитвенно сложила руки.

– Отец, это только моя вина.

– Кто эта женщина? И что с вами произошло?

Граф прошелся по залу, пытаясь унять волнение.

– Ты хоть понимаешь, какой опасности себя подвергла? – он резко обернулся к ней, и в голосе его прозвучал не только гнев, но и страх.

Агнесса опустила голову. Граф помолчал, задумчиво рассматривая дочь.

– Не скрою, история странная. И эту гостью нужно допросить, как только она придет в себя. Скорее всего, она – простая жертва разбойников. А вот эта странная парочка не выходит у меня из головы… простые ли они путники или соглядатаи? Бретонцы давно зарятся на наши земли. – Он вызвал начальника стражи и велел прочесать лес. – А ты, Агнесса, ступай к себе. Больше никаких прогулок за стены замка!

День был в полном разгаре, но едва Агнесса коснулась подушки, как провалилась в глубокий сон без отчетливых воспоминаний.

Казалось, прошло мгновение, когда тихий шепот служанки Миранды разбудил ее:

– Госпожа, проснитесь. Надо поторопиться, ваш батюшка ждет вас.

Оказалось, что Агнесса проспала остаток дня и целую ночь.

Мелани поджидала ее в кресле у окна в дальнем углу комнаты. Солнечные лучи, преломленные сквозь мозаичные окна, танцевали разноцветными бликами на ее пышных огненных волосах, изящно уложенных в красивую прическу.

После отдыха и купания эта женщина засияла.

На вид ей было чуть меньше тридцати лет, она была высокого роста и прекрасно сложена.

Агнесса даже не предполагала, что на свете бывают такие томные зеленые глаза, обрамленные густыми ресницами. В них был и задор, и вызов, и женское коварство, и какое-то искрящееся лукавство, словно их хозяйка вот-вот прыснет со смеху.

Мелани изящно, словно кошка, выгнулась и вытянула шею, на которой Агнесса заметила несколько родинок, причудливо складывающихся в форму полумесяца.

– Мой дорогой друг, – заворковала Мелани нежным голосом, – ведь вы позволите мне вас так называть? Не могу думать о вас иначе, как о смелой сестре, посланной мне во избавление от мук Богом.

– Я буду счастлива называть вас своей подругой, – пробормотала Агнесса, смущенная ее простотой.

– Вчера я не осознавала из-за слабости: где я, и кто передо мной. Сегодня же я счастлива благодарить вас за то, что вырвали меня из рук разбойников…

В этот миг с молодой хозяйки словно спало наваждение. Перед нею, нервно кусая губы, стояла несчастная женщина, с болезненными синяками на руках, и с искусно скрываемым, но все же заметным ужасом в глазах.

– Не бойтесь, вы в безопасности! – Агнесса улыбнулась. – Спустимся к графу де ла Рош? Нас ждет обед.

– Я умираю от голода! – поклонилась Мелани.

Отец, услышав их шаги, обернулся – и замер, внимательно всматриваясь в лицо гостьи.

Мелани остановилась.

Эта сцена продолжалась довольно долго, затем граф опомнился и подошел.

– Поразительно, вы так похожи на Сибиллу де Куртинэ…